Над реальностью.
- Вот так рождаются сенсации про огнедышащих тварей...
Второй возражать не стал, а только похвастался, словно сам все это сделал.
- И ведь, главное, никакой магии. Только физика с пиротехникой.
- И склонность к алкоголоизму!
Реальность.
Интродукция.
То, что в Природе ничего не исчезает без следа и ниоткуда не появляется само собой, капитан Макароно знал с самого раннего детства. Эту философскую максиму папаша вкладывал в него ремнем каждый раз, когда обнаруживал пропавшую из кармана мелочь или полегчавшую на пару сигарет сигаретную пачку. Но больше всего капитану запомнилось не то, что в этом мире ничего не исчезает бесследно, но и то, что ничего просто так не появляется. Когда он по молодости и глупости связался с такими же малолетними бандитами со своего района и в папашиной сараюшке появился новенький мопед, папаша кулаками вбил в него убеждение, что даже если что-то появится "из ничего", то радости это не принесет. Слава Богу, папашино воспитание помогло ему поумнеть, бросить сомнительные знакомства и посмотреть на жизнь серьёзно. Следствием этого стало его сегодняшнее положение: капитан, кавалер орденов, Академия....
- Ничего не появляется просто так,- пробормотал он, машинально потирая спину, вспомнившую папашин ремень,- и тем более не исчезает...
Это сейчас значило только одно - боевики "Общества" не могли взять и раствориться в воздухе.
В фургончике оперативного штаба дышалось тяжело. Ворот форменной рубашки давил на горло, словно удавка и капитан посмотрел на вентилятор. Тот, разумеется, вращался, но пользы от этого не наблюдалось никакой. Духота была тут, там и даже под самим вентилятором. Спертый воздух носился по салону, не принося облегчения.
Духота, тоска, работа...
Глаза резало от яркого света галогеновых ламп. Нащупав пачку сигарет, капитан знаком подозвал заместителя.
- Я у входа. Покурю.
Предвкушая первую за два часа сидения затяжку (мелькнула мысль - пора завязывать с куревом) он протиснулся между сидевшими спина к спине операторами и вышел из машины.
Ночь. Тишина. Только где-то негромко работает генератор.
Сигарета, спички....
Он прикрыл глаза, когда вспыхнула спичка, и через секунду отвел от лица тлеющий огонек... Сигаретный дымок спиралью уходил вверх, к луне и облакам. Ветер принес откуда-то запах леса.
- Лес, Луна, девушки - пробормотал капитан. Он смотрел на Луну и на звезды, и вполне могло так получиться, что эти чертовы бомбисты также как и он сам любовались в эту минуту небесной иллюминацией.
"А, может, бросить это все к чертовой матери?..."
А что? Пенсию он себе выслужил. Вполне мог бы, отойдя от дел, и бизнесом каким-нибудь заняться. Или мир посмотреть не только сквозь прорезь прицела, а как все нормальные люди... Разве плохо мотануть куда-нибудь в Европу, повстречать там утонченную девушку, чтоб любила классику и ходила в очках... Обязательно в старомодных очках...
За спиной распахнулась дверь.
- Есть! Есть господин капитан!
Есть! Этого слова он ждал. Огонек недокуренной сигареты улетел в темноту, и воин рванулся обратно в салон. На пороге оглянулся. Нет, не Луна там плыла в небе, а разведывательный геликоптер!
Над реальностью.
- Ну что, действительно нашли?
- Ну, а как ты думаешь? Если у нас игра, то одна сторона должна обязательно найти другую. Иначе, зачем все это?
- Трудно спорить. Ну теперь-то постреляем?
- Не сразу, разумеется...
Реальность.
Интродукция.
Дом, в котором жили и работали Дрюня и Папа Шульц внешне ничем не походил на оплот агропиротехнической науки. Построили его лет сто назад, как загородную резиденцию какой-то значительной клерикальной персоны в те времена он играл роль политического салона, однако со временем, ввиду то ли смерти, то ли опалы епископа перешел в ведение светских властей. Открытые семьдесят лет назад по соседству с ним горячие источники превратили его в модный курорт. Первое время народ валом валил, но отсутствие каких-либо сдвигов в здоровье лечащихся не позволил санаторию стать в один ряд с Баден-Баденом и Кисловодском. Лет 10-15 санаторий хирел, пытаясь как-то приспособиться, но это не удалось, и он медленно угас. Позже он побывал в руках у пары-тройки частных владельцев, пока не попал в руки нынешних хозяев. Папу Шульца и Дрюню привлек не сам дом - не нашлось в нем ничего удивительного - а его расположение. Достаточно уединенное, чтоб сохранить минимальную секретность и довольно близкое к городу, что тоже было немаловажно. С дороги дом оставался незаметным. К нему вела простая лесная дорога, петляющая двумя поворотами. Место оказалось безлюдным, а с тех пор, как там поселились ученые, оно и вовсе стало пользоваться дурной репутацией. Время от времени к ним захаживали бродяги, но все-таки чаще тут приходилось видеть людей в форме или в штатском, но с армейской выправкой.
И тех и других интересовал лабораторный огород, но если для бродяг такой визит чаще всего становился первым и последним, и их поток довольно быстро иссяк, то военные тут не переводились.
Они наезжали небольшими компаниями и в такие дни окрестности чаще содрогались от взрывов.
Хлопот у хозяев хватало. Кроме всего прочего жители лабораторных огородов отличались от ящика с динамитом еще и тем, что активно размножались, сохраняя свою взрывоопасность до 3-4 поколения.
Не смотря на предпринимаемые меры предосторожности, взрывоопасные растения появились в окрестных лесах. Почти полгода назад ураган Зизи задел лабораторию своим краем. Дорога над континентом истощила его, но всеже оставшихся сил хватило на то, чтоб порвать пластиковые полотнища, покрывавшие лабораторные грядки, и разбросать щедро уродившиеся семена по округе. Теперь, расхаживая по окрестностям, профессора внимательно смотрели под ноги, высматривая в траве своих питомцев. По необходимости обнаруженные беглецы или переносились в лабораторию или подрывались на месте. Во избежание, так сказать. Ближние окрестности профессора уже исходили, и теперь приходилось описывать по лесу круги немаленького диаметра...
Такой вот прогулкой, соединяющей в себе полезное с приятным, Дрюня начинал почти каждый рабочий день. Вместе с терьером, тащившим в зубах моток детонирующего шнура, он шел по лесу, внимательно смотря по сторонам, а особенно внимательно - под ноги. Их у него было две, и ни одну он не считал лишней.
Настроение у профессора было отменным - Военно-Техническое Бюро наконец-то пообещало выдать деньги на новое оборудование! Собака, чувствуя настроение хозяина, прыгала вокруг. Улыбаясь, профессор высматривал знакомые очертания листьев в лесной траве. Терьер убежал в кусты. И бегал там, опустив нос к земле. Несколько секунд он трещал ветками, потом тоненько, с подвыванием, залаял.
Поглядывая под ноги, профессор подошел. Так и есть! Между собачьих лап торчал хвостик довольно большой морковки.
- Молодец, собака! - похвалил пса Дрюня. Морковка действительно оказалась хороша, но, к сожалению, уже не транспортабельна. Пока собака хрустела кусочком сахара, профессор поджег шнур и по своим следам отбежал до кустов. Шнур горел секунд 30. Через полминуты, вместо струйки дыма, вверх взлетел фонтан земли. Грохот рванулся в небо, но, задержанный кронами деревьев, упал назад на поляну.
Ученый не спеша поднялся. Отряхивая брюки он с нескрываемым удовлетворением смотрел на почти метровой глубины воронку. Морковка оказалась хоть куда! Удовлетворение сменилась с недоумением, когда земля в двух шагах от воронки вспучилась, и оттуда выскочил человек с автоматом. Профессор к этому оказался не готов и оторопел. Этим он спас свою жизнь. Несколько секунд появившийся из-под земли человек осматривался, цепким взглядом вырывая любую подозрительную мелочь.