Я, подобравшись сзади, автоматом указал в сторону, откуда ощутимо тянуло теплом. Полковник раздвинул стебли.
- Черт! Это же...
Я не успел рассмотреть, что так удивило дона Толуоло.
- Муравьи! Муравьи! - закричали откуда-то сбоку. Затрещал автомат. Я обернулся.
Из-за зеленой стены зарослей стремительными молниями выбегали черные многоногие создания похожие... Да какие к черту "похожие" - самые настоящие муравьи, только величиной с собаку. На грохот выстрелов они останавливались, недоуменно поводили усами и бросались сквозь цепочку людей. В воздух летели клочья плоти, сегменты тел. Перебивая аромат цветов, тропу затопил незнакомый резкий запах. Так пахла муравьиная кровь...
Словно не замечая потерь, черные снаряды проскакивали сквозь цепочку людей и скрывались в зарослях.
Полковник первым сообразил, что это не нападение. Громадным муравьям до людей не было никакого дела. Люди всего лишь не вовремя очутились на чужой дороге.
- Не стрелять! Замереть!
Грохнула граната, раскидав куски хитина от очередного незваного гостя, и стало тихо. Люди замерли, давая возможность насекомым убраться с дороги. Десяток черных молний проскочил в промежутках и пропали за стволами. Мы с полковником напряженно смотрел на лес перед собой, внутренне ощущая какую-то несообразность во всем этом.
- Это не деревья, -сказал, наконец, полковник.
- Что?
- Это не деревья. Это - трава...
В моей голове что-то сдвинулось. Трава... Не стволы. Трава... Муравьи...
Полковник, первым сообразивший, что к чему обошел меня и пошел на тепло... Сделав несколько шагов, он встал, как вкопанный. Я глянул через плечо. В пяти шагах от нас, за зеленой стеной не костер горел, а тлел красным огоньком непогашенный окурок. Огромный, величиной, наверное, с человека, окурок сигареты лежал в траве, курясь ароматным дымком. Тлеющий огонь, пожирая её, подбирался к букве "f", оттиснутой на папиросной бумаге. За "f" следовали "ild". Сигарета. Окурок сигареты, поправил себя я...
-"Chesterfild". Неплохие сигареты тут курят... -сказал полковник. Он успел справиться с недоумением или вовсе не испытал шока от увиденного.
Пока я соображал, чем это все можно объяснить из зарослей высунулась чья-то рогатая морда. Дон Толуоло осторожно поднял пистолет, но ветер, дунувший нам в спину, погнал на морду волну дыма и незваный гость убрался обратно. Честно скажу - растерялся я от такого. Видя мою растерянность, полковник и сам вернул челюсть на место и спокойно так спрашивает.
- Где террористы, майор?
- Это трава, - тупо повторил я, не совсем понимая, что хочет полковник.
- Я понял, майор. Это трава. А где враги?
У меня сейчас не нашлось ответа на этот вопрос. Я посмотрел, как по зеленому желобу лесной травинки катится капля, величиной с человеческую голову и смог только повторить.
- Это трава. А та вмятина, скорее всего, след от каблука...
- Это ничего не меняет. - Полковник был неумолим. - Размер обуви террористов для меня безразличен...
За нашими спинами грохнул взрыв, застрекотали автоматы. Мы разом рванули назад.
- Воздух!
С зудом, от которого зачесались зубы, над головами пронеслась стрекоза.
Воздух над прогалиной звенел от грохота автоматов и треска прозрачных крыльев. Огромные, с человека размером стрекозы сновали над травой, ныряя вниз и стараясь ухватить кого-нибудь из бойцов. Но те не сдавались. Одну стрекозу уже разнесли в клочья, и её остатки трепетали рядом со сломанными травинками, но четыре других не оставляли попыток добраться до людей. Рядом с нами рявкнуло. В двух шагах от них боец, дождавшись момента, выстрелил из гранатомета. Зависшее над головой насекомое взорвалось и рассыпалось фрагментами тела на десантников. Рядом с полковником упала огромная - с хороший баскетбольный мяч - голова монстра с кривыми жвалами и иллюминаторами глаз. Присмотревшись, я увидел там свое отражение, и меня передернуло, словно сама Смерть глянула на меня оттуда.
Это все было настоящим - и мы сами и твари, что сновали вокруг. Только как это могло быть?
Что же это, черт побери, за место такое, в котором все это соединилось? В любом случае людям тут не место... Полковник пришел к той же мысли секундой раньше.
- Майор! Командуй отход!
- Отходим! Все назад!
Портал, приведший нас в этот мир, оставался на месте, но добраться до него без приключений не удалось.
Вдруг со всех сторон из-за зарослей на прогалину хлынули мелкие и крупные твари. Казалось, что они наконец-то разобрались кто тут друг, а кто враг и записали пришельцев в чужаков.
Тяжелый, словно древний броневик, жук-рогач вылез из зарослей и неторопливо побрел по тропе, подминая под себя высокие стебли. Здоровый, словно деревенский новобранец, и такой же тупой. Переставляя суставчатые ноги, раздвигая мордой траву, насекомое проталкивало себя сквозь заросли, сокрушая все, что противилось. Полковник выстрелил из пистолета. Легкая пуля скользнула по хитину. Тогда я присел на одно колено и тщательно целясь, выпустил обойму по жучиным ногам. Со скрежетом, словно не живой он был, а металлический, жук завалился набок и пополз кругами. Десантники отскакивали, пока кто-то не сообразил добить его, вбив в голову гранату из подствольника.
- Назад! Все назад! Отходить к точке входа!
Люди не побежали, но отстреливаясь, отходили, прикрывая друг друга. Только местная фауна не хотела отпускать нас. Между порталом и десантниками шевелилась трава, скрывая хитиновых врагов.
- Огонь!
Волны насекомых разбивались о свинцовый шквал, устроенный людьми, но на смену одной живой волне тут же вставала другая. Я понял, что нам не устоять. Тут нужны не люди, а танки.
Тем не менее, группа медленно продвигалась вперёд, гася все живое перед собой.
Тут все оказалось настолько не так, что, поневоле я ощутил в себе нечто чужое, что-то такое, чего он никогда в себе до этого момента не ощущал, словно что-то липкое мазнуло по ладоням и осталось там.
Я тряхнул ладонями, словно сбрасывал с них эту липкость, но вместо капель с ладоней сорвались зеленые нити.
Они выскользнули из пальцев и словно осенние паутинки полетели по ветру. Я успел удивиться происходящему, но тут меня захлестнуло удивление еще большее. Тонкая зеленая нить коснулась муравья и тот замер над телом десантника. Мгновенная судорога пробила меня. Я ощутил себя... муравьем. Ум насекомого пытался сопротивляться напору моего разума, но где там муравью устоять против целого майора!
- Смирно стоять! - скомандовал я. Муравей, только что по-собачьи трепавший во всю оравшего спецназовца, застыл. Боец, почувствовав, что в их отношениях с муравьем что-то изменилось, случая не упустил - изловчился и громыхнул ногой по муравьиной морде. Башка застывшего насекомого отлетела, и воин с руганью повалился на землю.
Покуда спасенный разжимал жвала, освобождая ногу от башки насекомого, другая ниточка улетела вперед.
Громадный жук тоже попробовал сопротивляться, но я одолел и его. Теперь я словно сам стал этим жуком. Две картинки совместились в моей голове, добавляя обзор поля боя.
Я почувствовал себя кукольником, в подчинении которого оказались живые марионетки. Слава Богу, мне не нужно было дергать за веревочки. Я знал, что должен только передать им свое настроение, свои чувства. От меня требовалось лишь транслировать их...
Несколько секунд я формировал для себя команду, способную решить задачу прорыва к порталу.
Ниточки летали, касаясь то одного насекомого, то другого...
С сожалением отпустив от себя медлительную гусеницу, выстроил свой отряд "свиньей". Первым встал тот самый тупой жук-рогач с огромными, почти оленьими рогами. По бокам - два и два - бронированные муравьи. Для симметрии я поставил их парами черный с рыжим. За ними еще два жука, помельче первого, но тоже ничего. Юркие, бойкие и с рогами.
Треск наверху. Стрекоза.