— Не смотри на меня так.
— Чего ты хочешь, Харпер?
— Я хочу вернуть Реган. Хочу, чтобы они с Рори были в безопасности.
— Нет. Я имею в виду для себя. Чего хочет сама Харпер?
Она отвернулась от него и обхватила себя руками.
— Какое это имеет значение? Я — раб, гладиатор без шанса вернуться домой.
Подойдя к ней, Райден обнял ее и, ухватив за подбородок, вынудил поднять взгляд.
— Ты не одинока.
— Я всегда была одинока, даже при жизни родных, — ее гнев начал утихать, а выражение лица смягчилось.
Райден почувствовал скачок эмоций.
— Мне нужно в тебя.
— Райден…
Он подхватил ее на руки и отнес к столу у окна. Усадив Харпер на край, Райден задрал ее рубашку до груди. Желание напоминало ему беснующееся чудовище, не поддающееся контролю. Оно хотело соединиться с Харпер, предъявить на нее права — очень хотело.
Раздвинув ей ноги, Райден приспустил свои штаны и освободил член. Он взял его в руку и, проведя ладонью по стволу, грибовидной головкой потер влажные складки Харпер.
— Смотри.
У нее участилось дыхание, и она оперлась ладонями на гладкий стол. Харпер исполнила приказ и посмотрела между телами.
Райден протолкнул член в ее маленькое, но готовое тело. Из раза в раз он поражался ее способности принять его. Тихий стон Харпер эхом разнесся по комнате, и ее тело растянулось, вмещая член.
Тогда Райден одним толчком полностью вошел в нее. Она хваталась за него и звала по имени. На этот раз он двигался медленно и размеренно. Харпер впилась ногтями ему в плечи.
Она была горячей, тесной и ощущалась лучше всего на свете. Харпер ощущалась, как возвращение домой.
Когда они вошли в общую гостиную, присутствующие тут же повернулись к ним. На минуту повисла неловкая тишина, но затем все начала хлопать и приветствовать.
Харпер пыталась не улыбаться, в то время как Райден напрягся, обнимая ее.
— Хватит, — проворчал он.
Торин подошел к ним, потирая руки.
— Спасибо тебе, Харпер. Спасибо, что положила конец его страданиям.
Райден замахнулся кулаком, но Торин со смехом уклонился.
— Пожалуйста, Торин, — ответила Харпер. — Но, должна признать, я тоже получила удовольствие.
Все присвистнули, и Сэфф приблизилась, чтобы протянуть кружку, над которой поднимался пар.
— Моя персональная благодарность.
— А что это? — Харпер приняла угощение.
— Скорее всего, ты не захочешь узнать. Просто наслаждайся. Тебе понравится, обещаю.
Сделав глоток, Харпер обнаружила, что напиток и вправду очень вкусный, чем-то напоминавший горячий шоколад и почти столь же крепкий, как аурелианский чай Райдена.
— Спасибо. Что это?
— Напиток называется окла, — Сэфф пошевелила бровями, — и стоит больше, чем я зарабатываю за месяц. Мне подарил его поклонник.
Райден провел Харпер к мягким диванам и, устроившись на одном из них, усадил ее рядом. Она прижалась к нему и улыбнулась. Прошло очень много времени с тех пор, как она в последний раз расслаблялась и наслаждалась компанией. Даже на космической станции она старалась держать дистанцию и не позволяла себе сближаться с людьми.
Боже, они с Райденом стали настоящей парой.
Торин что-то говорил, перетягивая внимание на себя, но Райден постоянно прикасался к Харпер и водил пальцами вверх-вниз по ее руке.
На противоположном конце комнаты она заметила за столом Неро натачивающим свои ножи. Харпер покачала головой. Этот мужчина никогда не отдыхал и не расслаблялся. Лор крутил над ладонью небольшие металлические шарики. Как он умудрялся удерживать их в воздухе, Харпер не знала. Кайс же неуклонно сминал гору еды.
— В итоге, — сказал Торин, — палата Тракс за свой подлый трюк с ядом получила всего-то незначительное предупреждение.
— Словесное предупреждение? Их шлепнули по руке и отпустили? — выпрямилась Харпер, чуть не пролив напиток. — Так просто?
— Шлепнули по руке? — нахмурился Торин.
— Земная фраза, — отмахнулась она.
— Пока никто не умер, «властям» плевать, — ответил Райден, — или через кого там проходят деньги, — он осмотрел комнату. — Вы готовы к сегодняшнему бою?
— Черт, да.
— Нужно победить.
— И если мы сегодня победим, вернем Реган, верно? — Харпер поставила чашку на стол.
— Да.
— Но как быть с Рори? — она вспомнила свою избитую, но дерзкую подругу.
— Сомневаюсь, что траксианцы отпустят еще и ее, — посерьезнел Райден.
Харпер напряглась.
— Но мы не прекратим пытаться, — Райден ухватил ее за подбородок. — Нам нужно будет провести больше боев, — и рискнуть. Ради нее и ее друзей. — Этим мы и занимаемся, — напомнил он ей. — Я без малейших угрызений совести лишний раз изобью траксианцев.
Однако она слышала в его голосе серьезность. Траксианцы знали, что Харпер захочет вернуть своих друзей, и палата Галена примет правила игры. А учитывая жажду мести Райдена…плохое сочетание.
Беспомощность. Харпер ее ненавидела. Именно беспомощность она чувствовала, когда Брианна ломала себе жизнь. Поднявшись, Харпер подошла к большому окну, за которым светило два больших солнца.
Невидящим взором она посмотрела на древний город вдалеке и гигантские светящиеся шары в небе. Почувствовав порыв печали, Харпер подумала о Сан-Диего, о своей маленькой квартирке и солнце гораздо меньшего размера. Раньше она любила наблюдать за тем, как оно вечерами погружалось в Тихий океан. Но ее печаль была далекой — горьковато-сладкие мысли о том, что осталось позади.
— Харпер?
К ее спине прижалось тело Райдена твердое, будто гранит. Окунувшись в его силу, она откинула голову ему на грудь.
— После смерти сестры пусть не сразу, но я поняла, что жизнь продолжается. С чем бы ты ни столкнулся, куда важнее то, как с этим справился, — повернувшись лицом к своему гладиатору, Харпер обрисовала пальцами татуировки на его груди. К сожалению, он вряд ли извлек тот же урок. Харпер знала, что прошлое до сих пор ведет его, заставляя искать мести.
Она задалась вопросом, принесет ли ему отмщение столь необходимый покой.
Если быть до конца откровенной, после потери Брианны Харпер ужасно справлялась. Она с головой ушла в работу и улетела от Земли так далеко, как только могла. Продолжала существовать, но не жила по-настоящему.
Быть может, пришло время перемен? Даже если она оказалась на незнакомой планете в дальнем конце галактики. Даже посреди дикой пустыни — арены — ставшей для Харпер центром мира, как и стоявший возле нее гладиатор.
Она нежно провела пальцами по другой его татуировке.
— Прекрати, иначе снова окажешься в моей постели, — его голос был глубоким и хриплым.
— Что здесь написано? — улыбнулась она.
— Клятва моему народу и моей планете. Мое обещание вести их вперед, защищать и всегда ставить на первое место, — его голос был спокоен, но она слышала в нем горе.
От сочувствия у нее болезненно сжалось сердце. Подавшись вперед, Харпер поцеловала Райдена в грудь. Из его горла вырвалось рычание, отозвавшееся вибрацией под ее губами. Внезапно за порогом послышались звуки борьбы.
— Посмотрите-ка, кого я нашел на улице, — Торин нес за шкирку маленького ребенка, удерживая его в метре от земли.
Отощавший мальчик упорно брыкался, ругался и пытался освободиться.
— Поставь меня! У меня послание для женщины с Земли.
Замерев на месте, Харпер почувствовала, как Райден рядом с ней напрягся.
— Это я, — шагнула вперед она.
Торин отпустил мальчика. На ребенке была простая одежда, изорванная и перепачканная. Он внимательно осмотрел Харпер взглядом слишком серьезным для такого мальчишки.
— Вы маленькая.
— Все так говорят, — закатила она глаза. Схватив со стола булочку, Харпер протянула ее. — Что ты мне принес?
Мальчик посмотрел на хлеб, как вор на алмаз. Молниеносно схватив угощение, он сунул Харпер листок бумаги. Пока ребенок вгрызался в хлеб, она развернула записку.