— А вы? — внезапно спросил Алавэр.
— Что «я»?
— Разве вы не хотели быть такой, как Беатрикс?
— М-мм, да, пожалуй, — Лейда отпила еще вина и покривилась — экая же дрянь, не может быть, чтобы в погребе не хранилось что-нибудь получше… — В детстве я читала про Железную Волчицу все, что можно было отыскать в Книгохранилище. И даже иногда мечтала, что моя судьба сложится так же, как ее. И все же я — не Беатрикс. Хотя бы потому, что мне бывает страшно. Даже очень страшно… Например, как полчаса назад. Я думаю, что королева Беатрикс любила воевать — тогда как у меня просто нет выбора. Но сути дела это не меняет, правда?
— Правда, — согласился Алавэр. — Леди Гефэйр… Гверру сейчас нужен мужественный человек, который сможет справиться с тем хаосом, в котором мы находимся. Несколько недель назад я был уверен в том, что никакой надежды уже нет. Но я ошибся. Полчаса назад, когда я слушал, как вы отвечаете этим троим болванам, я внезапно понял, что нашел такого человека.
Лейда была так поражена его словами, что никак не отреагировала даже на признание, что Алавэр, оказывается, мог прийти ей на помощь с самого начала — а вместо этого держался в стороне и хладнокровно наблюдал за тем, как она в одиночку противостоит Ульфину Хоббарду и Лэнгдему с Бокаром.
Алавэр посмотрел прямо ей в глаза.
— Я родом из Гардаторна, месс Гефэйр. У нас не считается зазорным приносить присягу женщине. Но даже если бы считалось, это ничего бы не меняло. Начиная с нынешнего дня, мой меч, моя жизнь, моя честь — ваши.
Алавэр внезапно опустился на одно колено и, взяв ее руку, почтительно прикоснулся к ней губами. А потом так же легко поднялся и опять уселся в свое кресло. Сердце у Лейды бешено стучало. Если бы она не чувствовала тыльной стороной ладони жесткое прикосновение мужских усов, она подумала бы, что произошедшее ей попросту привиделось.
— Ни души, — заметил Юлиан. — Впервые вижу, чтобы таким образом бросали крепкие, хорошие дома. Ты посмотри на окна, там же и внутри все цело!
Рикс кивнул. Похоже, жители деревни покидали ее в такой спешке, что не взяли с собой никаких пожитков.
— Как-то грустно здесь, да, Рик? — продолжил Лэр. — Хотя, может быть, все дело в этих мерзких зимних сумерках. Мне от такой погоды всегда удавиться хочется…
Юлиан криво усмехнулся, как бы извиняясь за свою сентиментальность, и добавил:
— Хорошо, что нас тут двое. Честное слово, я бы здорово струхнул, если бы оказался тут совсем один.
«Я бы тоже… Только сумерки тут совершенно ни при чем» — подумал Рикс. Он готов был поклясться, что в покинутой деревне не осталось даже крыс. Да что там, даже тараканов, хотя их никакой магией не изведешь.
— Привал? — с надеждой предложил Юлиан, глядя на крайний дом. Должно быть, калариец уже предвкушал ночлег под крышей.
— Нет. Только не здесь, — негромко сказал Рикс. Резко дергая за петли, энониец распустил шнуровку на воротнике дублета — хотя вокруг по-прежнему было холодно, воздух казался уплотнившимся и душным, как перед грозой.
— Да, неприятное местечко, — кивнул Юлиан. — Но, если честно, я ждал чего-нибудь похуже. А так — просто опустевшая деревня…
— Не в этом дело. Ты что — ничего не чувствуешь? Уверен, они где-то рядом…
— Кто, солдаты Дарнторна? Или «кромешники»?
Последнее слово калариец произнес с заметным скепсисом. Похоже, он, как и сэр Эккерт, не особо верил в реальность Безликих.
— Нет, не те и не другие. Я имел в виду Каменные столбы. Такие же, как у нас в Хоэле. Понимаешь, это как бы дверь между мирами… через нее Безликие могут попадать сюда и делать то, что им приказано. Но ты ведь мне не веришь, правда? — перебил он сам себя.
— Не то чтобы не верю… просто это как-то странно, не находишь? Если бы с помощью Каменных столбов и правда можно было попасть в другой мир, и Безликие ходили бы туда-сюда, никто не сомневался бы, что они существуют. Тогда как на самом деле их даже никто не видел.
— Я их видел, Лэр.
Юлиан подавился очередной фразой.
— Ты это серьезно? — спросил он.
— Абсолютно, — кивнул Крикс. — А теперь скажи честно: ты мне веришь — или, может, думаешь, что я сошел с ума?
Лэр в замешательстве почесал бровь.
— Я уже однажды не поверил в то, что фэйры в самом деле существуют. Думаю, ты помнишь, чем это закончилось. Так что я тебе верю. Расскажи об этих Каменных столбах.
Крикс задумался. Он вдруг сообразил, что знает о вратах не так уж много. Их сделали Альды — об этом обмолвился сам Олварг. Он же упомянул о том, что дверь между мирами пропускает далеко не всех… Ученые рассуждения о «мерцающих» магических порталах выглядели куда более солидно, но, по сути, ясности не добавляли.
— Хмм, Столбы… Саккронис говорил, что Темные истоки как бы разорвали мир на части, и единственной связью между этими частями остались двери, созданные Альдами. Но ими могут пользоваться только Альды или люди, а для Безликих это просто бесполезное нагромождение камней.
— Подожди! Но ты ведь сам сказал…
— Я просто еще не закончил. Вратами можно пользоваться и без Тайной магии — только для этого необходимо убить человека.
— Откуда ты все это знаешь?
— Кое-что прочитал в книгах, остальное… остальное видел сам.
— Когда?! — вытаращил глаза Юлиан.
— Как-нибудь расскажу… но только не сейчас. Здесь и без этого довольно отвратительно.
Пару минут они ехали молча. Потом Лэр встрепенулся.
— Слушай, если здесь — все то же самое, что возле Каменных столбов, то почему тогда местные сервы бросили свою деревню?.. Из Хоэля же никто не бегает.
— Так там и не живет никто, — напомнил Рикс. — Ну и потом, аркой в Хоэле пользовались всего пару раз за десять лет. А здесь, судя по слухам, врата открывают постоянно. Это как незаживающая рана, понимаешь?..
— Если честно, нет, так что поверю тебе на слово. И кстати, Рик… ты правда знаешь, куда нужно ехать, или мне так только кажется?
— Да, знаю. Я их чувствую, — просто ответил Рикс.
Он в самом деле чувствовал эти проклятые Врата. Крикс помнил, как Саккронис ставил опыты с магнитом и железной стружкой, собранной в кузнечных мастерских… Сейчас он ощущал себя чем-нибудь вроде этой стружки. Притяжение, идущее от Каменных столбов, было почти материальным. Собственно, в Хоэле было то же самое. Его всякий раз тянуло подойти к Столбам, коснуться древних, как сама Адель, шершавых плит, пройти сквозь каменную арку… и одновременно хотелось развернуть коня и гнать его по бездорожью, пока Хоэль и развалины не останутся далеко позади. Но сейчас это чувство было в десять раз сильнее.
Лэр нахмурился, но ничего не сказал. «Дан-Энриксу» стало неловко. Оказаться неизвестно где, да еще обнаружить, что твой спутник толкует о каких-то непонятных вещах и вообще ведет себя довольно странно — сейчас Юлиану можно было только посочувствовать. Крикс пожалел, что несколько последних лет скрывал от побратимов правду о Галарре. Правда, умолчать о чем-то важном — это еще не обман. Вот только иногда это гораздо хуже…
— Долго нам еще ехать? — спросил Юлиан примерно через полчаса. — Может, нам будет лучше осмотреть эти твои Врата не ночью, а хотя бы завтра утром?
Криксу показалось, что ему на голову внезапно вылили ушат воды. Он резко потянул на себя повод, и Фэйро, недовольно захрапев, остановился. По спине у Рикса прошел странный холодок. Ему вдруг показалось, что нетерпеливое желание немедленно поехать к Каменным Столбам было чужим, искусственным, как будто бы навязанным ему извне… Теперь, когда внезапно наступило отрезвление, он осознал, что это было глупостью. Почти одновременно с этим у «дан-Энрикса» возникло ощущение, что чей-то взгляд следит за ним из темноты.
— Поехали назад, — сказал он.
— В деревню?..
— Нет! Быстрее, Лэр.
Юлиан ударил пятками свою кобылу, с места послав ее в галоп — впрочем, довольно вялый, потому что лошади не отдыхали толком с самого утра — и уже на скаку спросил «дан-Энрикса»: