Радисты быстро настроили аппаратуру комплекса. Большая тарелка спутниковой связи пришла в движение после долгих лет бездействия. На пультах замигали разноцветные огоньки индикаторов, засветились экраны компьютеров.
– Мы готовы к выходу в эфир, – доложил Тим Ноуд. – В течение десяти минут мы сможем перекрыть все каналы галактической связи, пока с центрального пункта не пройдет команда блокировки всех спутников и станций.
– Я понял, Тим, спасибо. Десяти минут мне хватит.
– Тогда пройдите в лабораторию, сэр. Камеры уже включены.
Генерал прошел в небольшое помещение, забитое аппаратурой связи. Здесь была установлена телекамера и светились два софита. Генерал сел за стол и прикрепил на камуфляжный костюм микрофон. Таймер на столе отсчитывал секунды. Ноуд оставил дверь в аппаратную открытой и встал за углом, отслеживая показания приборов.
– Можно начинать, сэр. Мы в эфире.
Конахен волновался. Ему не часто доводилось выступать перед телекамерой. И даже после выполнения миссии на Таре ему удавалось весьма успешно ускользать от вездесущих репортеров.
– Здравствуйте, друзья! – произнес генерал чуть хрипловатым голосом. – Многие из вас меня знают, для тех, кто не знает, хотел бы представиться – генерал Конахен, командующий силами аэрокосмической обороны. Знаю, что объявлен преступником и меня разыскивают по всей Земной Федерации. У меня есть всего десять минут, чтобы рассказать вам, что в действительности произошло на планете Тар и почему меня объявили преступником. Поэтому буду предельно краток.
Во-первых, правительство лжет вам, когда говорит, что зорги, существа, с которыми мы столкнулись на Таре, уничтожены. Уничтожена планета, но не зорги. Прямо сейчас в секретной лаборатории на Земле правительство пытается клонировать зоргов. Если им это удастся, погибнет все человечество. Спасения от этой заразы не будет, зорги размножаются и мутируют бешеными темпами.
Во-вторых, как единый живой организм зорги управляются из одного центра, или Мозга. У кого в руках Мозг, тот и контролирует зоргов. В настоящее время Мозг Зорга в руках правительства. Я пытался отбить его у правительства и уничтожить, но мне не дали. Повторяю, тот, кто контролирует зоргов, контролирует всю Вселенную. И наши с вами судьбы в его руках.
В-третьих, в кампании против зоргов мы столкнулись с присутствием высокоразвитой цивилизации. Они называют себя протоссами. Именно с помощью оружия протоссов нам удалось уничтожить захваченную планету Тар. Всю, сразу и полностью. Ни одним земным оружием сделать бы это не удалось.
В-четвертых, если протоссы узнают, что на Земле выведены зорги, они уничтожат нас так же, как Тар. Таким образом, благодаря действиям земного правительства все человечество подвергается смертельной опасности. Оно оказалось между молотом и наковальней.
У меня заканчивается время. Через несколько секунд по приказу властей будут отключены все транслирующие станции и спутники. Я хочу, чтобы каждый из вас, люди, осознал смертельную опасность, грозящую всему человечеству. Если мы не хотим, чтобы завтра наступил конец света, мы должны все вместе выступить против преступных и бесчеловечных замыслов правительства. Мы должны потребовать отчета у властей и уничтожить клонированных зоргов. Секретная лаборатория, где выводят зоргов, находится в Боснии вблизи города Мостар.
Пискнул таймер. Конахен вопросительно глянул на Ноуда.
– Все отлично, сэр. Мы уложились.
Через семь секунд экраны покрылись серой рябью. Правительственная комиссия по связи отключила все ретрансляторы.
– Пора убираться отсюда. Радар засек старт – через десять минут здесь будут самолеты, – сообщил Трип.
– Уходим, – сказал Конахен. Он с удовлетворением отметил, что недоумение во взглядах подчиненных сменилось уважением. Хорошо, когда люди понимают, что служат великой цели. Генерал потрогал Эрлиер. Чудесный талисман открыл ему многие вещи, которые для всех на этой планете пока оставались тайной.
Джипы взревели моторами и рванули в джунгли. Только они скрылись во тьме, как воздух наполнился гулом приближающихся самолетов. В рассветном небе появились тяжелые бомбардировщики, идущие на малых высотах. Оглушительные разрывы и яркие вспышки мощных бомб разбудили сонный мир джунглей и разогнали остатки африканской ночи. На месте радиоцентра остались пылающие руины. Бомбардировщики проследовали дальше и нанесли удар по джунглям в радиусе пяти километров. Вакуумные бомбы зажгли джунгли и окончательно превратили ночь в день.
Земля.
Европейский сектор. Мостар
Генри Симпсон спал в шикарном отеле «Обала». Рядом с ним была очаровательная блондинка. Она была почти его женой. Во всяком случае, каждый раз, когда Симпсон был не на службе, Мария оказывалась рядом с ним. Шел пятый час утра и было уже почти светло, когда с прикроватной тумбочки, где лежала телефонная трубка, донеслись мелодичные звуки.
Генри за время работы на военных привык к ночным звонкам. Правда, в последнее время его беспокоили нечасто. Значит, случилось что-то серьезное. Он повернулся на спину и секунду-другую полежал, вслушиваясь в негромкое телефонное пение. Мария тоже заворочалась и скользнула головой под подушку. Генри не стал больше испытывать терпение тех, кому он вдруг понадобился так рано.
– Симпсон, – коротко сказал он в трубку.
– Извини, Генри, что поднял среди ночи, – услышал он характерный с акцентом голос генерала Плавича. – У нас ЧП.
– Что случилось?
– Я уже выслал за тобой машину. Умойся и спускайся. Позавтракаете вместе с водителем в лаборатории. Времени нет.
– Да что же случилось, Павел?
– Потом, Генри, все обсудим, когда приедешь. Но пока едешь, подумай, что делать с клонами и с этими яйцами, черт их возьми.
– Да что, в конце концов, случилось?
– Спускайся, машина, наверное, уже пришла. – В трубке раздались короткие гудки.
Наскоро справив нужду, ополоснув лицо и надев свежую рубашку, Генри Симпсон выскочил из номера.
– Что там у них случилось? – Мария окликнула его уже у порога.
– Не знаю, ничего пока не знаю. Меня ждет машина.
– Ты позвонишь?
– Разумеется, дорогая, как только доберусь до лаборатории.
– Пока. – Мария улыбнулась ему и повернулась на другой бок.
Горная дорога петляла между скалами. Здесь особенно не разгонишься, но Петр, водитель Плавича, выжимал из машины все, на что она была способна.
– Что случилось? – спросил у него Симпсон.
– Только что по всем галактическим каналам выступил генерал Конахен. Он объявил, что у нас в лаборатории производят клонов зоргов, и призвал уничтожить их вместе с лабораторией. Иначе Земле угрожает опасность.
– Какая, к черту, опасность?! – возмутился Генри. – Все под контролем. Специальный подземный бункер. Да мы и начали всего неделю назад. Еще ни один эмбрион не вышел из инкубатора. Каким образом ему стало известно об этом?
– Представляете, что сейчас начнется! – сказал Петр. – Гринпис, антигалактисты, коммунисты – кого только тут не будет!
– У тебя есть запись выступления Конахена?
– Да, шеф распорядился. – Петр кивнул на встроенный в переднюю панель экран.
– Давай посмотрим. – Симпсон включил запись.
Машина приблизилась к центру города. На площади перед штаб-квартирой НАТО уже собирались люди. Генри заметил у некоторых пикетчиков плакаты. Удивительно, как они смогли все так быстро организовать? С момента выступления Конахена прошло не больше двух часов. Создавалось впечатление, что без предварительной подготовки тут не обошлось.
– Да, времени они не теряют, – заметил Петр.
«Тяжко придется сегодня Плавичу отбиваться от манифестантов», – подумал Генри.
Они с Петром проследовали дальше по дороге на запад в i секретный исследовательский центр, что находился в сорока километрах от города. О его существовании, по идее, никто не должен был знать. Но как только они выехали на дорогу, обсаженную пирамидальными тополями, увидели, что и здесь собираются манифестанты и расставляют свои пикеты.