— Милорд? — Из глубины комнаты появился камердинер.
— Взгляните, что там на горизонте?
Мистер Бантер вышел в коридор и увидел пожилого джентльмена, осторожно пробирающегося в ванную комнату, и юную леди в розовом кимоно, высунувшую голову из соседней двери и при виде его тут же нырнувшую обратно. Бантер громко, выразительно высморкался.
— Спокойной ночи, — сказала миссис Руслэндер, — и благодарю вас за все.
Незамеченная, она скользнула в свою комнату.
— Мой дорогой мальчик, что заставляет вас искать встречи с этим отвратительным типом — Мелвиллом? — спросил полковник Марчбэнкс.
— Бриллианты, — ответил лорд Питер. — Вы действительно так о нем думаете?
— В высшей степени неприятный субъект, — подтвердил достопочтенный Фредерик Эрбетнот. — Черви. Почему вы решили увидеться с ним именно здесь? Это весьма приличный клуб.
— Что? Опять трефы?[20] — спросил сэр Импи Биггс, который заказывал виски и потому уловил только последнее слово.
— Нет, нет, черви.
— Извините. Ну, друзья, а как вам пики? Отличная масть.
— Пас, — сказал полковник. — Не представляю, во что превращается сегодня армия.
— Без козырей, — откликнулся Уимзи. — Не беспокойтесь, дети мои. Положитесь на дядюшку Питера. Ваш ход, Фредди, сколько этих червей вы еще собираетесь объявить?
— Ни одного, полковник здорово меня потрепал, — заявил достопочтенный Фредди.
— Осторожный вы тип. Все согласны? Прекрасно, мой дорогой партнер. А теперь сделаем шлем. Рад слышать ваше мнение, полковник, потому что я собираюсь просить вас и Биггса сегодня вечером не отходить от меня ни на шаг и поиграть со мной и Мелвиллом.
— А как же я? — заинтересовался достопочтенный Фредди.
— У вас свидание, старина, и потому вам надо пораньше уйти домой. Я нарочно пригласил сюда моего друга Мелвилла, чтобы познакомить его с грозным полковником Марчбэнксом и величайшим знатоком уголовного кодекса сэром Импи Биггсом. Какую карту я собираюсь разыграть? Ходите, полковник. Вам все равно придется выложить короля, так почему бы не сейчас?
— Это заговор, — объявил мистер Эрбетнот с выражением мрачной таинственности. — Ну да ладно, пусть будет по-вашему.
— Как я понимаю, у вас есть личные причины для знакомства с этим человеком? — высказал предположение сэр Импи.
— Причины, конечно, есть, но отнюдь не личные. Вы и полковник в самом деле окажете мне большую любезность, если позволите Мелвиллу занять место выбывшего игрока.
— Как вам угодно, — проворчал полковник, — но я полагаю, этот нахальный побирушка не будет настаивать на знакомстве?
— Я за этим прослежу, — успокоил его Уимзи. — Ваш ход, Фредди. У кого туз червей? О! Разумеется, у меня. Наши онёры… Хэлло! Добрый вечер, Мелвилл.
«Плющ» был по-своему симпатичным созданием. Высокий, загорелый, с широкой улыбкой, открывающей великолепный ряд зубов. Он сердечно приветствовал Уимзи и Эрбетнота, с некоторой долей фамильярности — полковника и сказал, что будет счастлив познакомиться с сэром Импи Биггсом.
— Вы как раз вовремя, чтобы занять место Фредди, — сказал Уимзи. — У него свидание. Знаете, не везет в картах — везет в любви. Так что хочешь не хочешь, а идти надо.
— Да-да, — поднимаясь, покорно откликнулся Фредди. — Ничего не попишешь. Бегу! Привет, привет, привет всем.
Мелвилл занял его место. Игра с переменным успехом продолжалась еще два часа, пока полковник Марчбэнкс, под грузом красноречия своего партнера, излагающего ему теорию карточной игры, не изнемог окончательно.
Уимзи тоже зевнул.
— Немного заскучали, полковник? Неплохо бы что-нибудь изобрести, чтобы оживить эту игру.
— О нет, бридж — дело гиблое, ничего не поможет, — сказал Мелвилл. — А не попробовать ли нам в покер, полковник? Вы ведь играете во все карточные игры на свете. Что скажете, Биггс?
Сэр Импи внимательно посмотрел на Уимзи — так, словно он оглядывал свидетеля. И только потом ответил:
— Согласен, если другие не против.
— Черт возьми, неплохая идея, — сказал лорд Питер. — Выше голову, полковник! Фишки, я думаю, в этом ящике. В покер я всегда проигрывал, но стоит ли о чем-то жалеть, если получаешь удовольствие. Давайте возьмем новую колоду.
— С лимитом или без?
— А вы что скажете, полковник?
— Не больше двадцати шиллингов, — ответил полковник. Мелвилл, сделав гримасу, предложил увеличить ставку на 1/10. Все согласились. Колоду карт вскрыли, сдавать выпало полковнику.
Вопреки своему заявлению, Уимзи начал с большого выигрыша. По мере того как шла игра, его болтливость все возрастала, и в конце концов даже опытный Мелвилл начал сомневаться: что это — невероятное тщеславие или маска опытного игрока, напускающего туману, чтобы скрыть свои истинные намерения. Вскоре, однако, он перестал сомневаться: удача повернулась к нему лицом. Он начал выигрывать: с легкостью — у сэра Импи и полковника, которые играли осторожно, не рискуя, и с трудом — у Уимзи, который играл смело, опрометчиво и к тому же, казалось, был навеселе.
— В жизни не везло так, как вам, Мелвилл, — сказал сэр Импи, когда тот в очередной раз сорвал большой куш.
— Сегодня игра моя, завтра — ваша, — бросил Мелвилл, подвигая карты Биггсу, которому пришла очередь сдавать.
Полковник Марчбэнкс потребовал одну карту. Уимзи, бессмысленно рассмеявшись, попросил заменить все пять карт; Биггс взял три, а Мелвилл, подумав, — одну.
Казалось, что на этот раз у каждого на руках была сильная комбинация, хотя Уимзи, имея только пару валетов, делал большие ставки, чтобы взвинтить игру. Теперь он стал особенно упрям и, покраснев, сердито бросал свои фишки, невзирая на уверенную игру Мелвилла.
Полковник запасовал, Биггс тут же последовал его примеру. Мелвилл продолжал делать ставки до тех пор, пока банк не достиг примерно сотни фунтов, и тогда Уимзи неожиданно заупрямился и попросил предъявить комбинацию.
— Четыре короля, — сказал Мелвилл.
— Черт побери! — воскликнул лорд Питер, выкладывая на стол четыре дамы. — Ничто не удержит сегодня этого малого. Вот, соберите эти проклятые карты, Мелвилл, и сдавайте.
Мелвилл перетасовал карты, сдал их, и в тот момент, когда он заменял себе три карты, Уимзи издал неожиданное восклицание и мгновенно протянул руку через стол.
— Привет, Мелвилл, — сказал он ледяным тоном, ничуть не похожим на его обычную речь. — Что, собственно, это означает?
Он приподнял левую руку Мелвилла и резко тряхнул ее. Из рукава что-то выскользнуло и упало на пол. Полковник Марчбэнкс нагнулся, подобрал с пола карту и в зловещей тишине положил на стол джокера.
— Боже милостивый! — сказал сэр Импи.
— Негодяй! — закричал полковник, обретя дар речи.
— Что, черт возьми, вы хотите этим сказать? — тяжело дыша спросил Мелвилл, бледный как полотно. — Да как вы смеете! Это… фокус, это… ловушка… — Его охватила ужасная ярость. — Вы осмеливаетесь утверждать, что я плутую? Вы — лжец, паршивый, мерзкий шулер!.. Джентльмены, это он ее туда положил! — бушевал он, бросая отчаянные взгляды на своих недавних партнеров.
— Ну хватит, хватит, — сказал полковник Марчбэнкс. — Не стоит продолжать в таком духе, Мелвилл. Вы только ухудшаете дело, мой дорогой. Мы все это видели, вы же знаете. О Боже, Боже, во что превращается армия…
— Вы хотите сказать, что верите ему? — закричал Мелвилл. — Ради Бога, Уимзи, вы пошутили, не так ли? Биггс, у вас-то есть голова на плечах, неужели вы тоже верите этому полупьяному шуту и трясущемуся от старости идиоту, которому уже давно место в могиле?
— Не стоит разговаривать таким языком, Мелвилл, — заметил сэр Импи. — Боюсь, мы все видели это совершенно ясно.
— Знаете, у меня были подозрения, — произнес Уимзи. — Поэтому я и попросил вас двоих остаться сегодня вечером. Конечно, публичный скандал нам не нужен, но…
— Джентльмены, — прервал его Мелвилл, несколько успокоившись, — клянусь вам, я абсолютно не виновен. Верьте мне!
20
Игра слов. По-английски club означает и «клуб» и «трефы» — карточная масть.