5. Знание окрестностей. Значок — указующая рука. Мальчик должен знать каждый переулок, каждую тропинку на расстоянии по крайней мере двухмильного радиуса вокруг местной скаутской главной квартиры и быть знакомым с окрестностями на пять миль расстояния вокруг главной квартиры настолько, чтобы быть в состоянии в случае необходимости служить проводником для прохожих в любое время дня и ночи; должен знать направление, в каком лежат важнейшие соседние города в окружности на 25 миль расстояния, и уметь дать прохожим ясные и точные указания, как до них добраться; в провинции на две мили расстояния должен знать названия различных ферм и количество акров земли, принадлежащей владельцам этих ферм; в — городе на полмили кругом должен знать все хлебные магазины, пекарни, мясные лавки и т. п.; в городе и провинции одинаково должен знать, где находятся полицейские участки, госпитали, телеграфные и телефонные станции, амбулатории, пожарные депо, пожарные краны, кузницы, мастерские и заводы; мальчик должен быть также несколько знаком с историей местности и старых зданий, как например церквей, замков и т. п. Топографические данные должны быть занесены скаутом на карту большого масштаба и предоставлены для справок в распоряжение местной главной квартиры.
6. Сигнализация. Значок — два скрещенных флага. Мальчик должен уметь послать и принять известие при помощи сигнализации по семафорной системе или системе Морзе, причем минимум скорости определяется в 24 буквы в минуту для системы Морзе ив 36 букв для семафорной системы. Он должен также знать звуковую сигнализацию и сигнализацию при помощи дыма и вспышек огня. Требуется также умение сигнализировать при помощи скаутского посоха.
Все перечисленные навыки усваиваются мальчиками самыми разнообразными путями, но всегда практически. Очень часто мальчик сам находит нужные для него средства обучения той или другой интересующей его отрасли профессионального труда, обращаясь с этой целью нередко к знакомым и даже незнакомым мастерам данной профессии. Иногда, запасшись нужными инструментами, дети самостоятельно пытаются достигнуть известных успехов, необходимых для того, чтобы выдержать нужный экзамен и получить заветный значок. В этих случаях роль местных главных квартир сводится только к поощрению такого рода деятельности, к производству испытаний и выдаче значков. Но очень часто местные скаутские организации приходят на помощь детям и устраивают при скаутских клубах своего рода трудовые курсы, чаше всего в форме вечерних классов, особенно по таким отраслям труда, которые благодаря своей сложности требуют умелого руководства и известной теоретической подготовки. С этой целью приглашаются опытные местные мастера и сведущие работники, которые — надо отдать им справедливость — несут этот труд часто безвозмездно, уделяя для этого свои свободные часы, просто из любви к делу и под влиянием сознания важности такого рода деятельности для будущности родной страны.
Приведем здесь небольшой очерк таких вечерних курсов для бойскаутов в Манчестере при муниципальной школе Блэклей, на которых я останавливаю свой выбор, с одной стороны, потому, что они кажутся мне типичными в своем роде, с другой стороны, потому, что основные принципы и общая история организации этих курсов известны мне из лекции их руководителя и основателя Бэн Уайльда, прочитанной в Бирмингеме на собрании инструкторов скаутского движения.
«Когда мне пришлось взяться за составление проспекта для скаутских вечерних классов, — говорит Уайльд, — я попытался встать на точку зрения мальчика-подростка. Что ему надо? Чего он хочет? Прежде всего в работе должно быть нечто такое, что отвечало бы его запросам и было бы ему близко и понятно, что могло бы до некоторой степени служить для него развлечением после утомительной дневной работы в магазине, на фабрике или в мастерской. Он должен затем иметь тот или другой исход для своей энергии. Он хочет деятельности. От природы в нем заложен импульс к действию. Он — борец, деятель, исследователь. Мы можем, конечно, сделать невозможным для. мальчика проявление всех этих качеств, обратить его в автомат и подавить его личность, его индивидуальность. Но мы можем также направить эту кипучую энергию по правильному руслу, где мальчик найдет нечто пригодное для осуществления своих идеалов и где его «я», развиваясь и укрепляясь, пойдет по самоотверженному пути служения ближним, и таким образом облагородится и углубится его понимание жизни. В мальчике, затем, есть потребность делать то, что может иметь для него практическую пользу.
Наша задача, таким образом, состояла в том, чтобы организовать вечерние классы таким образом, чтобы занятия в них отвечали запросам мальчика и оказали ему практическим путем пользу в осуществлении его идеалов.
Только в этом направлении и лежит разрешение проблемы, если мы хотим привлечь детей к вечерним классам при их добровольном согласии. Мальчики так же, как и взрослые, не любят, чтобы их тащили на буксире.
Вставали и другие задачи. Дело в том, что мальчики, оканчивая школу, часто воображают, что их образование вполне закончено, и, только вступив в жизнь, они убеждаются, что, строго говоря, они не знают ровно ничего, что помогло бы им пробить дорогу в жизни. Многие принимаются за уличные занятия и проводят свой досуг в том, что слоняются по улицам (или наводняют ипподром и кинематографы). В возрасте от 17 до 18 лет некоторые из них пытаются наверстать упущенное время и поступают в городские вечерние классы. Другие, не делая никаких усилий, просто отдаются течению обстоятельств и увеличивают собой ряды неумелых рабочих и безработных.
Мы хотим, чтобы со скаутами дело обстояло иначе. Мальчик-скаут еще до окончания школы поступает на наши вечерние курсы и в избранной им отрасли труда добивается известных успехов настолько, что приобретает право на значок. Он приобретает привычку пользоваться своим досугом разумно и не только для себя, но так, чтобы иметь возможность быть полезным для других. В процессе работы он может затем развить скрытые в нем способности».
Манчестерские вечерние классы для скаутов помещаются в здании муниципальной школы Блэклей, предоставленной для этой цели скаутской организации Манчестерским воспитательным комитетом. Занятия происходят три раза в неделю.
Понедельник: топографский и землемерный классы — с 7 до 8 час; амбулаторный — с 8 до 9 час; плотничий — с 7 до 9 час; пожарный — с 8 до 9 час.
Вторник: плавание (в бассейне городских бань) — с 6 час. 30 мин. до 8 час. 30 мин.; стенография — с 7 до 8, с 8 до 9 час; «Мастер на все руки» и пионерный класс — с 7 до 9 час.
Четверг: спасание утопающих (в бассейне городских бань) — с 6 час. 45 мин. до 7 час. 45 мин.; плотничий класс — с 7 до 9 час; работа по коже и сапожное производство — с 7 до 9 час; класс письмоводителей — с 7 до 9 час.
Хотя посещение классов является совершенно добровольным, но тем не менее принимаются некоторые меры, чтобы мальчики, раз записавшиеся на тот или другой предмет, посещали занятия регулярно. С этой целью ведется регистрация отсутствующих, и наиболее ревностные из мальчиков назначаются так называемыми «помощниками-руководителями», которые ведут эту регистрацию. Попечению каждого руководителя вверяются 4–6 мальчиков, за аккуратностью посещения которых он обязан следить. В случае отсутствия кого-нибудь из вверенных его попечению руководитель навещает отсутствующего, чтобы узнать причину неявки. Если причина окажется совершенно неуважительной, руководитель имеет право сделать ему выговор. Мера эта оказывается вполне достаточной по отношению к тем мальчикам, которые при наилучших желаниях не отличаются постоянством характера и склонны иногда уступить слабости настроения. С другой стороны, эти товарищеские упреки делаются всегда на почве сознанной ответственности каждого мальчика за успех всего класса. При посредстве руководителей это чувство общей ответственности внушается таким образом всем участникам класса.
В конце каждого полугодия производятся экзамены для желающих получить значок той или другой профессии. Успешно выдержавшим экзамен, кроме значков, выдаются также свидетельства от Манчестерского воспитательного комитета.