- Прости, Панго, - он заслужил право знать правду. У нас осталась лишь неделя. Если бы я ему все объяснила, он, возможно, понял бы, и мы бы попытались снова. - Это был единственный способ, когда я могла..., - я взглянула в его изумрудные глаза и сделала глубокий вдох, - связаться с мамой.
Кровать подпрыгнула, как только Панго и Меррик резко с нее встали.
- Еще раз, - сказал Панго.
- Ночью, когда Никси забрала меня на вечеринку Ровнана, мне было плохо... очень плохо... и я видела маму. Я думаю, она хотела мне что-то сказать. Перед тем, как я упала в бассейн, она сказала, что кто-то может умереть. Я думаю, у нее есть ответы на мои вопросы, но чтобы говорить с ней, мне нужно быть в очень плохом состоянии.
Меррик выпучил глаза, напоминавшие по цвету лимон.
- Ты понимаешь, как безумно это звучит?
- Ты шутишь? Мы наполовину рыбы. Мы управляем водой, говорим при помощи телепатии и передаем друг другу воспоминания, а общение с духами кажется бредом?
Панго массировал свои виски.
- Что еще она сказала?
Меррик подпрыгнул.
- Панго, ты серьезно в это веришь?
- Яра права. Почему это должно казаться невозможным, учитывая то, каким магическим является все существующее? - Панго положил голову мне на голову. - Продолжай, что еще сказала твоя дорогая мамочка?
Я вновь прокрутила ее слова в своей голове. Посетить... сирена... кровь.
- Я думаю, она хотела, чтобы я отправилась к сиренам.
- Невозможно, - сказал Меррик. - Этого не будет.
Я попыталась сорвать с себя одеяло, но на моей руке дернулся катетер.
- Подумай об этом. Объяснение того, как открыть ворота лежит в форме стиха, а морские жители и Селки по-разному интерпретируют его. Сирен создали в качестве дополнения горгонам, чтобы они доставляли им сообщения, верно?
Панго кивнул, но Меррик смотрел на меня так, словно настороженная рысь, готовая наброситься.
- Это могло иметь хоть какой-то смысл, - продолжала я, - то, что сирены будут лучшим способом верной интерпретации стиха?
Меррик подбоченился.
- Думаешь, Фиалки до этого не додумались? Они просили их перевести стих, как только ворота закрылись.
- И что они сказали? - спросила я.
Панго качал головой из стороны в сторону.
- Мне кажется, их ответ был чем-то в роде «Катитесь к черту».
- Они не помогут вам?
- Конечно, нет, - ответил Меррик. - Им тут нравится. Им становится плохо так, как нам. С тех пор как ворота закрылись, они им уже не нужно проводить время, передавая воспоминания горгонам, чтобы те были сыты. Они не хотят, чтобы ворота открылись.
Сирены знали ответ. Я была в этом уверена. Вот почему моя мама пыталась поговорить со мной. Я должна их увидеть.
- Моя мама была одной из них. Разве это не дает мне хоть какие-то права на их секрет?
Меррик засмеялся, но Панго смотрел на меня все серьезнее и задумчивее. Было странно видеть их поменявшимися ролями.
- Фиалки никогда не позволят тебе увидеть их, - произнес Меррик. - Никси украла тебя, боже правый.
- Он прав, - пробормотал Панго. - Фиалки не позволят.
- Все это абсурд, - Меррик встал позади Панго, похлопывая его по спине. - Мы должны завтра встретиться с Фиалками, чтобы сообщим им о Яре. И что мы им расскажем? Что она вообразила новый план с ее умершей матерью? - фыркнул он. - Я так не думаю.
Я села и наклонилась вперед.
- Панго, ты должен рассказать, каков план Селки. Возможно, это поможет мне выяснить, что имела в виду моя мама.
- Не раньше, чем тебе станет лучше, - рассердился Меррик.
Панго потряс головой.
- Меррик, ты мне нравишься, но заткнись. Ты слоняешься позади меня, как изводящая мужа старуха. Иди приготовь пирог или еще чего-нибудь.
- Не затыкай меня. Если тебе не нужна моя помощь, так и скажи.
- Не нужна, - Панго встал и вытолкнул Меррика из комнаты. - Я не говорю, что верю в глупости с духами, но мне нравятся хорошие истории, как Моби Дике. Так что тихо, - он помахал ему из-за двери и закрыл ее. - Святые горгоны, этот парень может помотать нервы.
Панго опустил стакан с соком на мою тумбочку у кровати.
- Как бы я хотел, чтобы это был гранатовый мартини. Хороший владыка выпивки знает, что мне нужен один для того, что я собираюсь тебе рассказать. У нас немного времени, поэтому я надеюсь, что ты надела свои девчачьи панталоны храбрости.
- Я смогу с этим справиться.
Панго перекрестился.
- План Селки - убить тебя.
- Что? - прохрипела я.
- Я понимаю. Бессердечная шпана.
- Ровнан никогда бы не позволил им навредить мне.
- Оу. Мило, что ты веришь в это. Но в их сумасбродных мыслях, Ровнан единственный, кто может отвести тебя к воротам. Любой, кто не является горгоной, или горгона хотя бы отчасти, и плавает в Катакомбах, будет превращен в камень.
Я чувствовала, как кровь приливает к моему лицу.
- Вот почему Ровнан заколдовывал меня? Он хотел, чтобы я доверяла ему, тогда он мог отвести меня в Катакомбы и превратить в камень?
- Нет, Сеньорита Солнечный лучик. В соответствии с проклятьем горгон, душа должна быть принесена в жертву. Селки и морской народ понимают это совершенно по-разному. Помни, они делятся своими душами через кровь.
Я так сильно сглотнула, что чуть не поперхнулась.
- Ровнан хочет моей крови?
- Они верят, что твоя кровь распространится по могилам в Катакомбах... по всем. В стихе есть какая-то чушь о принесении в жертву ради всех потерянных душ, поэтому они могут вернуться... или это какой-то вздор, и те отмороженные болваны разобрали все неправильно. Появился слух, что твоя кровь воскресит погребенные там души.
- Моя... может, это возможно... нет, ведь? Это бред.
- Конечно же бред. Когда ты умрешь, ты просто умрешь. У меня есть друзья, которые погребены в тех Катакомбах, и я хотел бы увидеть, как они поднимутся со дна океана, но ты не думаешь, что они, возможно, будут рассержены, узнав, что прожили восемнадцать лет в состоянии камня? Это нелогично.
С трубкой в своей руке, я заерзала на кровати.
- Ты не веришь, что моя мама говорила со мной, верно?
Он посмотрел на дверь и тихо сказал:
- Возможно. Если бы она узнала что-нибудь из того места, где находится, тогда, наверно, она попыталась бы тебя вразумить, прежде чем стало бы слишком поздно. Сейчас наши два единственных плана заканчиваются по-шекспировки, как у Ромео и Джульетты... ни одна мать не хотела бы такого для своей дочери.
Моя мама недолго заботилась обо мне, пока была жива. Возможно, она хотела попытаться все исправить, находясь по другую сторону.
Я зачесалась в том месте, где была трубка.
- Ты можешь убрать эту штуку? Она надоедает.
- Конечно, - Панго встал и принял на себя роль медсестры. Он издал вздох разочарования, когда постучался Меррик. - Минутку, мистер Гранди!
- Две минуты, Панго! - кричал Меррик через закрытую дверь. - Если к тому времени вы двое еще не закончите свое заседание, я звоню Фиалкам, чтобы показать сеанс экзорцизма.
Панго взглянул на дверь и высунул язык.
- Он пытается пошутить, но шутки не для него. Я расскажу тебе мой план, но мне придется поторопиться. У нас немного времени.
Я кивнула, когда он приклеил пластырь к моей руке.
- Если есть другой способ открыть ворота, то тебе придется его выяснить. И ты не сможешь сделать это здесь, в Солис. Завтра Фиалки будут требовать от нас правду, а лгать мы не можем. Меррик, как верный пес, выдаст все до мелочи, а Фиалки никогда бы не поверили, что на доске Уиджи может быть расписан другой план. Возможно, сирены будут лучшим вариантом. Оставайся с ними, пока все не выяснишь. Потому что, если ты не согласишься с нашим способом и не сможешь поклясться Фиалкам в том, чтобы заберешь у Трейгана все его песни, Фиалкам придется отдать тебя Селки. Никто из нас этого не хочет. Что ж, мой законный арестант, тебе придется долететь до этого курятника и найти свое последнее чудо.
- Но что на счет Меррика?