5
— Привет, Классик! Тебя что, тоже посадили? — широко ухмыльнулся Шайен.
— Привет, Крокодил. А ты не думаешь, что я могу здесь работать? — кисло улыбнулся в ответ Боа Этуаль.
— Ты — полицейский?! — радостно заорал Шил оскалив все свои знаменитые зубы. — Ой, не держите меня!!!
Дендроиды испуганно шарахнулись в стороны, а О'Хара поспешно рявкнул:
— Нет, вы держите его!!!
Дендроиды послушно вцепились в Шила с двух сторон.
— Хотя, — не обращая внимания на суету вокруг собственной персоны, задумчиво протянул Шил, — если у них тут, в полиции, дела уж совсем плохи…
О'Хара хмыкнул, а Боа на мгновение вспыхнул, но тут же погас и с досадой пробормотал:
— Да, может быть, из меня никогда бы не получился полицейский, но меня никогда и не посадят.
О'Хара вновь хмыкнул, но на этот раз с явным сомнением.
— Я хотел сказать… пока… никогда… — совсем смутился Боа.
— Да, кстати, — оживился Шил, — можно я сяду, раз я и так у вас уже третьи сутки сижу? — и, не дожидаясь ответа, Шайен уселся на единственный в кабинете свободный стул. Так что теперь остались стоять только дендроиды и… Боа Этуаль.
— Ты всегда был нахальным, Данди-2, — с легкой завистью в голосе пробормотал Боа.
— Мой папа в таких случаях говорил…
— И твой папа — тоже!
— Хватит!!! — О'Хара припечатал огромную ладонь к столу, да так, что подпрыгнули тяжелый бластер, лежащий рядом, и не более эфемерный Этуаль, держащийся несколько поодаль. — Хватит полоскать языками по ветру, тем более, что не известно еще, куда он дует!
«Образное выражение — надо будет запомнить», — подумал Боа. — «Нет, лучше записать, а то, как всегда, забуду!»
Шил ничего не подумал, но насторожился, а дендроидам думать в данную минуту и вовсе не полагалось.
— Почему он тебя называет Классиком, а ты его попеременно то Крокодилом, то Данди-2? Что это за клички? — свирепо осведомился О'Хара, буравя взглядом переносицу Боа.
— Это долгая история…
— Ничего, когда я на работе, я не тороплюсь.
— Ну, в общем, мы учились… вместе… одновременно… в Университете… ОДНОМ.
— Ну, и что? Мы с тобой, к несчастью, заканчивали один лицей…
— Ничего. Это все.
— Да-а-а, — О'Хара задумчиво посмотрел на Шила, потом на Боа и вздохнул. — Очень содержательно. Прямо как в твоих романах.
— Мне за романы, между прочим, платят построчно! — первый раз огрызнулся Боа.
— Чей бластер?! — О'Хара резко повернулся к Шилу и взял бластер в левую руку, а пальцами правой раздраженно побарабанил по столу.
— Откуда я знаю, — нахально ухмыльнулся Шил. — Может, и ваш…
— Ты со мной, парень, поосторожней, — насупился О'Хара. — Вон можешь у своего дружка Классика проконсультироваться.
— Моя фамилия Этуаль! — мрачно объявил Боа, стараясь выглядеть независимо.
— По мне хоть Суперстар, — рявкнул О'Хара. — Я себя за нос водить не дам!
«С таким носом — конечно», — злорадно подумал Боа, а Шил стал заинтересованно изучать нос О'Хары. Нос без сомнения заслуживал детального изучения.
О'Хара подозрительно покосился, сначала на одного, потом на другого, хрюкнул и задумчиво протянул:
— Значит, будем запираться?
— Я бы с радостью признался, только не знаю, в чем конкретно вы желаете, чтобы я признавался, — с готовностью откликнулся Шил.
— Я тоже, — на всякий случай сказал Боа и преданно посмотрел на О'Хару.
— Чей бластер?!! — гаркнул О'Хара.
— Не мой! — хором ответили бывшие студенты одного и того же университета, в чьей памяти они, наверняка, оставили неизгладимое впечатление.
— Хорошо, — процедил О'Хара. — Этот, — О'Хара кивнул в сторону Шила, — пусть посидит, пока за ним не приедут представители фирмы «Men of future», до сих пор изыскивающие внутренние резервы, чтобы расплатиться по искам различных планет, где столь отменно себя зарекомендовали модифицированные андроиды…
— Я все скажу, что надо! — поспешно выпалил Шил Шайен, зябко передернув плечами.
— Я тоже, — на всякий случай сказал Боа Этуаль.
— … а с тобой, — не обращая внимания на реплики с места, невозмутимо продолжил О'Хара, — у меня будет отдельный разговор.
— Серьезный? — спросил Боа, решив, что семь бед, а все равно голова в кустах.
— Иронизируем? — удивленно приподнял левую бровь О'Хара, и Этуалю в этой приподнятой брови увиделся вознесенный для скорой и безжалостной расправы остро отточенный нож гильотины, взметнувшийся над тонкой белой шеей безвинно осужденного юного (интересно, что по этому поводу сказал бы папа Шайена?) бунтаря.
О'Хара опустил бровь, и Боа невольно коснулся рукой своей буйной головы. Голова пока была на месте, и это скорее удивляло, чем радовало.
— Я отвечу на любые вопросы, — с невинным видом объявил Шил и, потупив нахальные глазки, добавил: — Даже нескромные.
О'Хара хмыкнул и пробурчал:
— Я, собственно, и так знаю почти все. Единственное, что меня интересует: это как у твоего дружка Юла Элбрайна оказался бластер, а самое главное, где он сам в данную минуту?
— На первую часть вопроса, я пожалуй смогу ответить, — раздался спокойный, уверенный голос.
Все находящиеся в комнате, включая даже индифферентных дендроидов, повернулись лицом к двери и молча уставились на длинного худого незнакомца, который стоял на пороге и непринужденно улыбался, чуть прищурив какие-то необычайные, очень выразительные глаза.
И хотя незнакомец улыбался, по его глазам нельзя было четко определить, радостен он или печален, серьезен или шутлив… И это все порождало неясное ощущение тревоги. Словно в комнату порывом ветра донесло какой-то экзотический запах, совершенно незнакомый и от этого отчасти интригующий, отчасти пугающий.
— Вы кто, собственно, такой? — раздраженно пробурчал О'Хара и посмотрел на незваного гостя, словно разглядывая его сквозь оптический прицел снайперской винтовки.
— Ах, извините, — невозмутимо сказал незнакомец и выудил своими длинными гибкими пальцами из нагрудного кармана визитную карточку. — Простите, я не успел представиться…
«Ор-Кар-Рау, доктор права…» — гласила подпись на визитной карточке.