Впрочем, в данный момент все эти новости явно не трогали Джека и Джима. Друзья по привычке безмолвно пялились в экран, но в то же время думали каждый о своём. Наконец, Джеймс выключил телевизор и, видимо, устав слушать монотонные голоса дикторов, включил стереосистему. Из колонок полилась волшебная музыка, Джеку показалось, что он никогда в жизни не слышал ничего столь прекрасного. Он решился прервать молчание.
– Что это вы такое слушаете Джеймс? – спросил он.
– Это «Монтесума», опера великого Вивальди.
– Ого, – Джек присвистнул от удивления. – Про вашего подопечного уже и оперу успели написать?!
– Нет, это про другого персонажа, – рассеянно отозвался Джеймс.
– Сегодня я уезжаю, Джим, – сообщил Джек. – Моя миссия закончена, чтоб не сказать провалена.
– В самом деле? – равнодушно переспросил Джим.
– Объект скрылся в неизвестном направлении. Люди Санчеса не могут дать вразумительных объяснений.
– Сочувствую.
– У вас что-то случилось, старина? Выглядите вы не очень, откровенно говоря.
– Случилось, – мрачно подтвердил Джим и, словно бы вспомнив о чём-то, зарылся лицом в ладони.
Они опять какое-то время сидели молча: Джек в ожидании объяснений, Джим во власти своей боли.
– Хуанита… – наконец, сообщил он. – Они убили мою маленькую Хуаниту.
– Как?! Да что вы такое говорите?
– Её нашли на городской свалке. Неизвестные выгрузили там очередную партию женских трупов.
– Примите мои соболезнования, Джим. Представляю себе, какая это для вас утрата.
– Да нет, утрата, как раз восполнимая, – честно признался Джим. – Меня уже заходила утешить её сестрёнка, Анхелика. Мы даже договорились, что она будет навещать меня пару раз в неделю, в те же дни… Но Хуаниту очень жалко. Понимаете, мне жалко всех несчастных девушек Хуареса. Душа болит.
– Да, конечно, понимаю, – сказал Джек. Чуть помедлив, он нерешительно задал главный интересующий его вопрос. – Джим, а у вас ещё есть тот чудодейственный порошок? Может быть, нам обоим он слегка поднял бы настроение.
– У меня оставалось совсем чуть-чуть, я сделал раствор, – Джим показал на лежавший на подносе двухграммовый шприц, наполненный прозрачной жидкостью. – Если хотите, могу выделить вам несколько точек.
– О нет, нет, – с ужасом в голосе отказался Джек. – Только не в вену.
– Тогда помогите мне.
– Конечно.
– Сожмите мою руку покрепче вот здесь.
Джек обеими руками обхватил рыхлое, веснушчатое предплечье и отвернулся. Джим изучал свою руку, на которой совершенно не было видно каких-либо вен. Он пощупал пальцем точку на сгибе, прямо в центре желтеющего синяка. Это был так называемый «колодец» для многократных инъекций, пробитый им сквозь толщу слоёв подкожного жира за последние дни. Впившись в рану и отыскав кровяной поток, стальная игла потихоньку впрыснула в него сконцентрированную выжимку андских алкалоидов, и Джек удовлетворённо откинулся на спинку дивана. Когда он вновь заговорил, в его голосе звучало отрешённое, неземное умиротворение.
– Помнится, я обещал дорассказать вам историю мексиканской нарковойны…
Тринадцатая глава.
СТАРЫЙ ДЖИМ ВСПОМИНАЕТ (5)
Очередные президентские выборы были омрачены крупнейшим за всю историю страны скандалом. Кандидат от правящей партии обошёл соперника от левых всего лишь на полпроцента. Тут же поднялся дикий шум из-за возможных фальсификаций с подсчётом голосов. В Мехико на улицы вышло свыше миллиона протестующих. Левого кандидата сторонники даже демонстративно привели к присяге. Если помните, за два года до этого такие же действия наблюдались в Киеве. За тем исключением, что там проигравший кандидат принял присягу и тут же решительно отобрал власть у победителя. Такие события попросту ранят мой разум, потому что я свято верю в демократию, в непогрешимость воли избирателей, в добровольную передачу власти, а в нашем веке все эти незыблемые принципы превращаются в условность, особенно после абсолютно произвольного пересмотра итогов голосований в Киеве и Каире. Да что там говорить, мы сами вступили в новый век с очень спорным результатом. Вы ведь голосовали за Буша? Тогда вы наверняка хорошо помните ту драму с пересчётом голосов в четырёх последних округах Флориды вручную. Заметьте я даже не учитываю тот факт, что большинство населения нашей страны проголосовало за Гора, потому что обоснованность института Коллегии выборщиков для меня не подлежит сомнению, как мудрая воля отцов-основателей. Таким образом в нашей стране соблюдается федеративное устройство, отражающее баланс интересов, пропорциональный значению всех штатов и численности их населения. Здесь, в Мексике, тоже был пересчёт голосов, но Касерола победив на выборах власти своей никому не уступил, и бразды правления в руках удерживал крепко, несмотря ни на что. Нервы у этого мужика, казалось, были железные. Судите сами, уже через десять дней после своей инаугурации он вдруг объявил войну всем без исключения наркокартелям Мексики. Тем не менее, на мой взгляд, это была самая трагическая ошибка исполнительной власти этой страны за всё время, что я здесь работаю, как бы парадоксально это не звучало из моих уст. Когда я закончу свой рассказ, думаю, вы со мной согласитесь. Что я сам думаю по поводу тех выборов и последовавшего за ними объявления, по сути, гражданской войны? Вы знаете, спустя какое-то время к нам в УБН пришёл сдаваться сеньор Чжан, натурализованный шанхайский бизнесмен из Мехико. Всплыла пренеприятнейшая история. Китаец представился «почётным сенатором от СРП, вынужденным бежать от политических преследований, проистекающих из безжалостной межпартийной борьбы». Когда я в первый раз ознакомился с его показаниями, приложенными к прошению о предоставлении политического убежища в США, у меня волосы дыбом на голове встали. Многое из того, что пресса на тот момент окрестила абсурдом, было, согласно моему личному опыту, слишком похоже на горькую правду. Помните щедрые пожертвования братьев Бернардосов одному из региональных координаторов президентской кампании Фогта? Так вот, по словам китайца, задушевные отношения между кланом Бернардосов и правящей партией, судя по всему, получили дальнейшее развитие. Чжан сказал, что братья продолжили финансировать кампанию Фелипе Касеролы, однопартийца и преемника Фогта. Он недвусмысленно сообщил, что в обмен на финансирование новой президентской кампании между братьями Бернардосами и Касеролой был составлен план, согласно которому новый президент, в случае своего избрания должен был объявить тотальную войну всем картелям Мексики… за исключением Федерации! В отношении последней должны были предприниматься только симулирующие действия. Прошу обратить внимание, что истоки всей этой истории берут начало задолго до эпической размолвки между кланом Бернардосов и Монтесом. Когда старшего Бернардоса, в своё время арестовали, призна́юсь, не без моего участия, при нём был обнаружен «всего лишь» один миллион долларов, приготовленный для дачи взяток политикам. Почему я говорю «всего лишь»? Это мелочи. При обыске в особняке Чжана, когда он сбежал в США, было обнаружено целых двести семь миллионов. Такие, знаете, стеллажи из зелёных банкнот в складском помещении. Так вот, он заявил нам, что эти деньги были переданы ему единомышленником будущего президента доном Хавьером Аларконом, координатором национальной кампании, позже действительно получившим портфель министра труда после победы своего шефа на выборах. Согласно Чжану, деньги, скорее всего, полностью пожертвованные кланом Бернардосов, либо кем-то ещё через них, угадайте сами кем, были предназначены как для покупки голосов избирателей, так и для актов саботажа, вооружённых провокаций и террористических актов в случае победы левого кандидата Обрадора. Когда же президент победил, всю сумму, вынужденным хранителем которой Чжан был якобы назначен, показательно изъяли, чтобы записать рекордную конфискацию в актив президента и получить предлог для объявления гражданской войны по вышеупомянутому плану. Самого китайца решено было сделать козлом отпущения, по его словам. При этом он утверждал, что они ещё и прикарманили до девяноста миллионов, потому что изначальная сумма партийной «заначки» составляла кругленькие три сотни. Остаток был размещён новым правительством в Банке вооружённых сил Мексики, то есть в единственном банке, где на сохранность наличных можно было надеяться. В целях пересчёта и проверки подлинности банкнот, Банк вооружённых сил перевёз всю сумму в Банк Сантандер, местный филиал Банка Америки. Из филиала деньги были переведены в головной офис в США. Фальшивой оказалась какая-то мелкая сумма, что-то около двадцати тысяч. За пересчёт и проверку мексиканская сторона выплатила Банку Америки миллион долларов комиссии, ещё полмиллиона из тех же денег ушло на покрытие транспортных расходов и налоги. Физическая масса капитала так и не покинула пределов США – «по причинам безопасности». Банк Америки сделал цифровой безналичный перевод в Банк вооружённых сил, где эта сумма была постепенно разбита на мелкие потоки переводов в различные правительственные учреждения. К тому времени истекли отпущенные законом девяносто дней, после которых китаец уже не мог потребовать возвращения изъятых в его доме денег, даже если бы захотел. Более того, выяснилось, что Чжан вместе с доном Хавьером проиграли в своё время свыше пятидесяти миллионов на двоих за пару-тройку дней в одном из казино Лас-Вегаса. Надеюсь, вас не удивит, что это казино принадлежит мистеру Шелдону Эделсону, одному из самых щедрых спонсоров Буша-младшего и Республиканской партии. Пресловутая крыша? Я ничего не утверждаю, заметьте.