Работа. В течение многих лет, она заполняла собой его тоскливую, одинокую жизнь, и еще послужит ему некоторое время. Святилище Пород все страдало от нападений разных идиотов из-за слабости в обороне. Это если не вспоминать еще и проклятых Лоуренсов, которые попытались проникнуть в одно из служебных помещений. Ситуация становилась все более дерьмовой, и он уже заколебался копаться в нем и в чужих тайнах.
Одевшись, Кейн нацепил на пояс оружие и покинул комнату, мысленно пробегаясь по длинному списку различных обязанностей, требующих его внимания. Оптимизация связи, данные разведки, проверка отчетов, поступивших из различных источников в течение ночи, протоколов безопасности и регистраций за прошлые двенадцать часов от лидеров патрульных групп. Все это ложилось на его плечи.
— Как ты посмел скрыть это от меня?
Голос Рони встретил Кейна, когда он сошел вниз. Напряженность ситуации сказывалась на всех них. А принудительное заключение сводило Меринас и Рони с ума, и в свою очередь, они вдвоем доводили до ручки окружающих. Кейн скрестил руки на груди и с любопытством уставился на Рони, которая как раз что-то выговаривала Таберу, своей паре.
Для Кейна не было большего удовольствия, чем наблюдать за беспомощностью раздражительной Породы Ягуара перед любимой и отчаянно любящей половинкой.
Темноволосая красотка стояла лицом к лицу с Табером, она сжимала кулаки и, захлебываясь слезами, кричала на мужа. Табер был бледен, глядя на нее с отчаяньем.
Это не выглядело хорошо. Пнуть Табера под зад это одно, но Рони никогда не злилась настолько, чтобы плакать. Это не было гормональным всплеском. Что тоже, кстати, не было хорошо.
— Рони, ты не понимаешь. – Табер раздраженно потер руками лицо. – Я собирался тебе рассказать. Как только ты достаточно окрепнешь…
М-м-м, о-хо-хо. Так вот, отчего Рони так распалилась. Наверняка она узнала, что за гости посетили Святилище.
— Ты трахаешь меня до потери сознания, но считаешь, что я не достаточно сильна, чтобы говорить?
Кейн вздрогнул. Она почти в буквальном смысле взяла его за горло.
— Ситуация слишком опасная…
— И ты слишком заигрался. – Она ткнула пальцем в его грудь. – Они – моя семья. Все, что у меня осталось. После того ада, в который меня бросил отчим, я не могла и предположить, что ты скроешь это от меня.
— На то были причины, черт возьми, – вспыхнул Табер. – Рони, пожалуйста, ты должна понять…
— С меня хватит, – отрезала она. – С этого момента, тебе придется искать другую кровать.
Лишить Табера пары, которая способна помочь ему сбросить часть бушующей в нем энергии, взрывающей его характер? Кейн так не думал.
— Кошачий развод, – язвительно прокомментировал Кейн, остановившись на последней ступеньке. – А можно посмотреть? Возможно, мне пригодится – на будущее.
Табер зарычал, когда они оба развернулись к Кейну, и оскалился, сверкая пылающими гневом зелеными глазами, когда нашел ненавистную цель – Кейна. Глаза Рони вспыхнули яростью.
— Я просила твоей помощи? – сердито спросила она Кейна.
Он пожал плечами.
— Тебе и не надо просить, Рони. Я же говорил, что для тебя и Меринас даю советы бесплатно. Это наименьшее, что я могу сделать для тебя, ведь ты связана цепью с этим грубым, изворотливым животным из кошачьей семейки.
Он улыбнулся, демонстрируя всю невинность, на которую был способен. Этого оказалось достаточно, чтобы подогреть и так уже взрывоопасную ситуацию.
— Я вырву твое гребаное горло, Тайлер, – пообещал ему Табер.
Кейн насмешливо поднял бровь.
— Эй, это не моя ошибка, именно ты полагаешь что знаешь, с чем твоя пара может справиться самостоятельно. Она – взрослая. Черт, позволь ей нормально жить, хотя бы для разнообразия.
Табер громко зарычал.
— Это не твое дело, – язвительно сообщила ему Рони. – Кейн, уйди.
Он поглядел на Табера и пожал плечами.
— Видишь? Она абсолютно спокойно воспринимает предательство. Ты напрасно волновался.
— Он меня не предавал, – задохнулась Рони от негодования. – В чем твоя чертова проблема?
Кейн пожал плечами.
— Он – сварливый суповой набор из ДНК, и он тебе лгал. Ты заслуживаешь лучшего.
— Он мне не лгал, – отрезала она.
Табер зарычал как бешеная пантера, каковой он и являлся. Кейн наслаждался ситуацией. Здесь и сейчас руки другого мужчины были почти буквально связаны, а его милая пара все больше кипятилась
— Не лгал? – нахмурился Кейн. – Тогда почему ты так зла?
— Потому, что он мне не сказал, ты, балбес. – Ее собственное рычание могло потягаться с рычанием мужа.
Кейн наградил Табера неодобрительным взглядом.
— Как тебе не стыдно. – Он повернулся к Рони. – Ты крохоборствуешь. Обман – это обман. И я знаю хорошего адвоката по бракоразводным процессам. Так что могу дать тебе его номер.
Рони удивленно разинула рот, затем захлопнула, а потом оскалилась и зарычала на него, отчего Кейн впал в ступор. Таберу есть чему у нее поучиться.
— Ты думаешь, что я не знаю, чего ты добиваешься, тупица? – неистово выпалила она. – Если так хочешь подраться с Табером, то милости прошу. Я уверена, что он принесет мне твою шкуру не позднее чем сегодня вечером, потому что ты – идиот. Я не хочу разводиться с ним, все, чего я хотела, это накричать на него за то, что он такой чертовски высокомерный, а ты сломал все мои планы!
Она вылетела из комнаты. Табер недоверчиво уставился ей вслед, а затем повернулся к Кейну.
— Полагаю, что она не дает мне разрешения пнуть твою высокомерную задницу, – устало покачал головой Табер. – У меня такое чувство, что я должен тебя поблагодарить, но я еще не выяснил за что.
Кейн хмыкнул.
— Черт, если бы она была действительно чокнутой, то пристрелила бы тебя. Иди к ней, и отведи на встречу с ее папочкой, а затем приласкай ее, когда она закончит над ним плакать, и все будет хорошо. Гормоны беременности – просто жопа, – усмехнулся он. – Meринас доводит этим Кэллана до сумасшествия.
Кейн двинулся к парадной двери, когда его остановила рука, легшая на плечо. Он обернулся и заметил на лице Табера замешательство.
— Мне не нравится видеть, как Шерра страдает, – расстроено сказал тот наконец. – И мне, безусловно, не нравятся твои оскорбительные предложения, которыми ты так легко разбрасываешься, но спасибо тебе. Я боялся, что она решила покончить со всем, навсегда.
— Без проблем, котик. Только не начинай мурлыкать и тереться об меня, а то мне придется собственноручно тебя пристрелить. – Кейн передернул плечами, нисколько не радуясь такому внезапному изменению в настроении Табера.
Тот довольно засмеялся и покачал головой.
— Кэллан прав, – сказал он. – Ты действительно безнадежен. Знаешь, в конечном счете, тебя прикончат за твой длинный язык.
— Да, да, – фыркнул Кейн. – Я надеюсь услышать твои радостные вопли по этому поводу даже в глубоком аду, как только там окажусь. А сейчас, у меня есть работа, которую нужно сделать, даже если тебе самому нечем заняться. Увидимся, мурлыка.
— Ты влипла, сестричка. – Шерра вздрогнула от голоса Табера, донесшегося до нее с лестницы, когда Кейн вышел. – Должен признать, он начинает учиться, как правильно себя вести.
Она тоже наблюдала за конфронтацией и поразилась тому, как легко Кейну удалось погасить гнев Рони. Но она видела кое-что еще. Его напряженные плечи, беспокойство, вспыхивающее в глазах. Он переживал за них.
Она покачала головой, осознав, насколько Кейн действительно к ним привязан. Это не был первый раз, когда он вызывал на себя чей-то гнев, не позволяя довести ситуацию до взрыва. Он всегда держал спину прямо, взваливая проблемы на свои широкие, сильные плечи, но Шерра задавалась вопросом, как долго он еще сможет брать на себя чужие трудности.
— Да, я понимаю. – Спустившись по лестнице, Шерра застегнула на себе черную куртку и, приладив к уху коммуникатор, двинулась к парадной двери. – Я знала об этом уже долгое время, Табер.