30. Лин, как и Орфей, является мифическим певцом, в образе которого персонифицировался самый процесс устного народного творчества. В глубокой древности этим термином, по-видимому, обозначался определенный жанр обрядовых песен, и о нем упоминается в «Илиаде» (XVIII, 570). Но некоторые понимают это место в том смысле, что здесь говорится о жалобной песне, оплакивающей Лина, погибшего во цвете лет юношу необыкновенной красоты. Припев этих песен (ακλνον) встречается у Эсхила (Agam. 115, 131, 148), Софокла (Ai. 627) и Эврипида (Phoen. 1535). Существовал и культ Лина. Могилу его показывали в Фивах и Аргосе, а также на острове Эвбее в Халкиде.
31. Овидий в «Метаморфозах» (X, 11 слл). поэтически описывает это путешествие Орфея в Аид:
Долго проплакал Орфей, обращаясь к высокому небу,
Родопейский певец. Напоследок проникнуть решился
В царство теней, чрез Тенар опустившись, до самого Стикса,
Так чрез воздушный народ и виденья почивших в могиле
Он к Персефоне проник и к владыке грустного царства,
В область теней…
(Перевод «Метаморфоз» Овидия здесь и в дальнейшем А. Фета с единичными поправками).
32. «Библиотека» (III, 10, 3) знает и другой вариант мифа о Гиакинте, согласно которому этот прекрасный юноша был сыном спартанского царя Амикла и Диомеды. Благодаря своей необыкновенной красоте он стал возлюбленным Аполлона, но в него влюбился и западный ветер Зефир. Когда Аполлон обучал своего любимца искусству метания диска, Зефир, ревнуя, сорвался с вершины Тайгета и отнес брошенный Аполлоном диск в сторону: он попал в голову Гиакинту, убив его наповал. Стоя над обагренным кровью телом своего возлюбленного, Аполлон в память о юноше создал из крови Гиакинта благоухающие пурпурные цветы, расцветка которых образовала буквы ΑΙ – возглас печали.
33. О Тамирисе, фракийском певце, упоминает Гомер в «Илиаде» (Il, 594 слл.):
…Дорион, место, где некогда Музы,
Встретив Тамира Фракийского, песнями славного мужа,
Дара лишили: идя от Эврита, царя ойхалиян,
Гордый, хвалиться дерзал, что победу похитит он в песнях,
Если и Музы при нем воспоют, Эгиоховы дщери.
Гневные Музы его ослепили, похитили сладкий
К песням божественный дар и искусство бряцать на кифаре.
(Пер. Н. Гнедича).
Павсаний (X, 30, 8) описывает картину в Дельфах, принадлежавшую кисти Полигнота: на ней был изображен сидящий Тамирис, слепой, с длинными, ниспадающими на плечи волосами. У ног его лежала разбитая лира.
34. См.: Hom. Il. X, 474 sqq. На этот сюжет Эврипид написал свою трагедию «Рес».
35. Корибанты – спутники великой матери богов Реи, или Кибелы, особенно почитавшейся в Пессинунте, в Малой Азии, где находился храм этой богини (один из самых древних). Корибанты помещались также на острове Самофраке, и происхождение их толковалось самым различным образом (см.: Strabo X, 3, 19).
36. О Сиренах см.: Э VII, 18.
37. Об этом упоминает и Гесиод (Theog. 927).
38. Хромота Гефеста, вероятно, объясняется тем, что в эпоху, когда формировался этот миф, занятие ремеслом было уделом таких членов общины, которые в силу какого-либо физического недостатка не могли стать воинами, земледельцами или пастухами. Кузница Гефеста помещалась на Лемносе по той причине, что здесь с особой силой проявлялась вулканическая деятельность.
39. Глубокая древность этого мифа заметна в изложении Гесиода (Theog., 886).
40. В мифе о рождении Афины из головы Зевса отразилось представление о рождении молнии и грома из тяжело нависшей грозовой тучи. Последняя в преображенном виде выступает в мифе то в виде Эгиды, то в виде головы Зевса, а молния, раскалывающая облако, воспринималась как топор Гефеста. Сохранилась такая версия мифа о рождении Афины (Schol. Pind. Olymp. VII), согласно которой Афина была скрыта в облаке и появилась из него благодаря удару молнии.
41. Тритогенейя – постоянный эпитет Афины (Hom. Il. IV, 515). Река Тритон помещалась на крайнем Западе, позднее – в Ливии.
42. Согласно комментарию Сервия к «Энеиде» Вергилия (III, 73), Астерия сама упросила богов, чтобы ее превратили в птицу. После того как она в образе перепелки пересекла море, Зевс превратил ее в скалу, которая позже по просьбе Лето стала островом (Myth. Vat. I, 37). В образе Астерии иногда усматривают персонификацию внезапно появляющейся и исчезающей в море падающей звезды.
43. О рождении Артемиды и Аполлона подробно рассказывается в гомеровском гимне Аполлону (14 слл.). Миф о том, что Артемида оказала помощь Лето при рождении Аполлона, связан с культом Артемиды – покровительницы родов (Эйлитии). После благополучного разрешения от бремени женщины посвящали Артемиде локон своих волос или лоскут одежды, употреблявшиеся для украшения храма.
44. Об оракуле Фемиды в Дельфах упоминает и Эсхил в «Эвменидах».
45. Миф об убийстве Аполлоном чудовищного Пифона может быть осмыслен различным образом. Наиболее распространенной точкой зрения является та, согласно которой Аполлон, бог Солнца и Весны, своими стрелами поражает мрачную Зиму, олицетворяемую в виде Пифона. В пьесах Эврипида лучи солнца метафорически называются золотыми стрелами Аполлона (Bacch. 458; Her. 1090). Победа Аполлона праздновалась в Дельфах, где в честь этого события каждые восемь лет устраивалось музыкально-драматическое представление (Plut. Quaest. Gr. 12; Ael. V.h. III, 1). Сюжетом этого театрализованного представления было сражение Аполлона с драконом, очищение Аполлона в Темпейской долине, его возвращение в Дельфы. Детали мифа нашли отражение в пэанах, сочинявшихся к праздникам. Примером может служить пэан, открытый во время раскопок, производившихся в Дельфах в конце XIX в. французской археологической школой (пэан опубликован Вейлем в BCH XVII, 1893, р. 561 sqq.). Он интересен и тем, что в нем нашла отражение преемственность богов, владевших оракулом, – Геи, Фемиды и Аполлона.
I
Ты, что в граде царишь святом,
Где бессмертных тебе закон
У Дельфийской скалы дал храм,
О, иэиэ, пэан,
Аполлон, Кея дщери сын,
Коей имя Лето: сам Зевс
С ней на свет произвел тебя,
Вечный, о, иэ, пэан.
II
Там треножников от святых,
С бою взятых, и лавра ветвь
Ввысь подняв, прорицаешь ты
О, иэиэ, пэан,
Прорицаешь из темноты
Тайны мрака, грядущее,
Ударяя по всем струнам
Лиры, о, иэ, пэан.
III
И в Темпейской долине смыв
Скверну, волей верховного
Бога в Дельфы с Афиной шел
О, иэиэ, пэан,
Геи, матери всех цветов,
И с Фемиды согласья здесь
Фимиама вдыхаешь ты
Сладость, о, иэ, пэан.
IV
Тритогене за это дав
Место в храме, что впереди,
Чтишь в молитвах ее святых
О, иэиэ, пэан,
Память древних услуг храня
Вечно, почести высшие
Ей за это ты воздаешь
Сердцем, о, иэ, пэан.
V
Бога чтит весь бессмертный сонм:
Одарил Посейдон тебя
Долом, нимфы пещерами,
О, иэиэ, пэан,
Бромий праздник тебе отдал,
Артемида – собак своих
Стаю, место хранящую
Свято, о, иэ, пэан.
VI
Током вод из Парнасских гор
Чистой влагой Кастальскою
Стан струёй омывающий,
О, иэиэ, пэан,
Будь всегда благосклонен к нам
За святыню ты нам воздай,
Слух свой к гимнам ты преклони
Нашим, о, иэ, пэан.
46. Миф о чудовищном Титие знает уже Гомер (Od. XI, 576), и в нем содержится та же идея, которая выражена в образе Пифона. Мать Тития, Элара, умерла от родов, так как ребенок был огромной величины. Миф восходит к беотийским преданиям (Элара – дочь Орхомена или Миния, согласно Schol. Apoll. Rhod. I, 761).