— Макс Прем, шевалье. — Вот и мой знакомый. — Лейтенант городской стражи.
— Граф Ранэр. В недавнем прошлом служил в Тайной канцелярии. Мастер боевой магии. Немного владею лечебными плетениями.
— Рустар, отставной старшина флота его величества. — Крепыш лет около сорока, с мозолистыми руками, сиплым голосом и шикарными усами. — В стычке с пиратами был ранен, с флота списали, но уже поправился.
— Отлично. — Я потер ладони. — Хочу сразу отметить, что ваши прежние звания, как и заслуги, не имеют никакого веса в новой службе. Как и титулы. Сейчас вы все рядовые. Необученные рядовые. И только от вас будет зависеть, какое звание вам будет присвоено. Если кого-нибудь не устраивает такое, попрошу на выход. Состав оперативного отдела еще не утвержден, так что на место выбывших найдем замену. Это я говорю сейчас, чтобы не возникло вопросов потом. Есть желающие покинуть нас?
Я пристально вглядывался в лица, но колебаний и сомнений не обнаружил. Не иначе как кто-то уже провел с ними беседу.
— Что же, раз все решили остаться, начнем. Как вы видите, помещение для нас еще не готово, строители только начали приводить дом в порядок, так что занятия наши будут проходить в разных местах. А пока я расскажу вам, как будет проходить наша служба.
И я начал рассказывать. Описал действие следователей, экспертов, и разумеется самих оперативников. Кратко остановился на важности своевременно проведенных действий, о работе со свидетелями. О том, как важна любая мелочь. Но в тоже время внушал, что версия, не подтвержденная фактом, просто мысль, которую как известно, к делу не подошьешь.
— Запомните, вы не должны идти на поводу эмоций. — Втолковывал я. — К каждому подозреваемому вы должны подходить беспристрастно, и только неопровержимые доказательства могут позволить назвать подозреваемого преступником. Поймите, покалечить чужую жизнь легко. Очень легко! Поэтому ваши действия должны быть многократно проверенны.
— Это понятно! — Кивнул виконт де Барат. — Работать нужно по закону, все-таки с живыми людьми дело имеем.
Все поддержали коллегу одобрительными замечаниями. Некоторое время мы потратили на высказывания, которые не слишком отличались по содержанию. Затем я снова продолжил:
— Оперативник должен уметь стать своим в любой компании. Иногда, чтобы получить необходимую информацию, придется работать в плотном контакте с возможным свидетелем. Следовательно, надо обладать артистическим умением. Это и будет вашим домашним заданием. Завтра, вы должны прийти сюда в каком-нибудь образе. Переодевайтесь в купцов, ремесленников, нищих. Да в кого угодно! Главное — полностью соответствовать выбранному образу. На этом ознакомительную беседу закончим. Вопросы?
— У меня вопрос. — Де Барат поднялся со стула. — Зачем надо в нищих переодеваться? Я понимаю в купца, но нищего и так можно допросить. Тряхануть сильней, и все.
— Объясняю, Если вам приходится пытать свидетеля, это говорит о полном вашем непрофессионализме. Привыкните получать сведения с помощью палача, считайте, что зря получаете жалование. Не скрою, иногда и в пыточную придется клиентов сопровождать, но это крайний вариант. Есть еще один немаловажный фактор. Если мы будем расследовать преступления с помощью силы, очень скоро о нас пойдет дурная слава. И вместо того, чтобы сотрудничать с нами, имперцы начнут нас бояться и ненавидеть. Вот этого допустить совершенно нельзя. — Тут я позволил себе усмехнуться. — К тому же, надо вам проследить, кто в определенный дом заходит, что вы станете делать? Станете напротив дома во весь рост и начнете дворянский перстень полировать? А нищий, это один из образов прикрытия.
— Нам что, придется милостыню просить? — Ужаснулся ла Руен.
— Один из вариантов. — Подтвердил я. — Поэтому я говорил о том, что придется забыть о титулах. Нашу работу в белых перчатках не сделаешь. Больше вопросов нет? Тогда все свободны.
Огорошенные информацией стажеры потянулись к выходу. Когда они уже собирались выйти, в дверь протиснулся Мирон.
— Прошу прощения, позвольте пройти, виноват, очень срочное дело! — Приговаривая на ходу, мой слуга, а по совместительству новый преподаватель протиснулся через стажеров.
Подойдя ко мне, он протянул два кошелька, кинжал и золотой браслет.
— Господа! — Окликнул я уходящих. Дождался, пока они обернутся и продолжил. — Оперативник должен быть внимательным. Всегда. Иначе это просто смех.
Увидев в моих руках свое кровное имущество, Прем, Ранэр, де Барат и Полар в один голос произнесли фразы, которые приличные люди знать не должны. И очень нехорошо посмотрели на Мирона.
— Позвольте вам представить, преподавателя по воровским искусствам Миронала. Он будет обучать вас ухваткам воров.
Надо отдать должное, будущие опера сумели себя сдержать. Спокойно разобрали свои вещи, уважительно кивнули Мирону и удалились. А я тяжело выдохнул.
— Трудные попались? — Участливо спросил Мирон.
— Да нет, нормальные. — Я еще раз вздохнул. — Просто я не привык людей обучать. Ранее никогда не приходилось, тем более с нуля. Ничего, справлюсь. А ты молодец!
— Я подумал, что их сначала заинтересовать надо! — Хитро блеснул глазами вампир. — А то никакого уважения к такому молодому преподавателю, да еще и не дворянину. А так они меня слушать более внимательно будут.
— Я и говорю — молодец.
Обсудив с маркизом и Тофаром первый день, я отправился домой. У меня еще сегодня встреча с Викторией.
Уже несколько дней мы занимаемся с ней переводом «Сказки о царе Салтане». По-русски Виктория уже довольно неплохо читает и говорит, но все равно, консультация по некоторым выражениям ей необходима. Русский текст сказки я давно уже написал.
Сказки Пушкина я выучил наизусть благодаря моей второй самоволке, во время службы в армии. После первой я углубленно изучал строевую подготовку, а вот после второй наказание было куда серьезней.
Километрах в десяти от нашей части, находился полигон. Несколько гектаров полей, изрытых окопами, воронками от снарядов и огневыми позициями. Хотя гражданским проход на территорию полигона был категорически запрещен, время от времени, несознательные личности туда просачивались. Охотники стреляли птичек и зайчиков, грибники набивали лукошки, а ягодники прочесывали поля в поисках земляники. Были и более мутные типы, они цветной металл собирали. От неразорвавшихся снарядов, брошенного имущества и тд и тп. Правда, после нескольких подрывов, эти граждане переключились с разборки боеприпасов на сбор черного металлолома. А заодно прихватывали все, что попадется под руку.
И посредине полигона стояло двухэтажное здание. С большим подвалом. В это здание, а точнее в подвал, после учений свозили мишени и прочий хлам до следующих военных игр. Но все это добро надо охранять, иначе по кирпичику все растащат. Вот и отправляли туда залетчиков, сроком на две недели. С одной стороны, для солдата там раздолье. Никаких отцов-командиров, никакого напряга, сиди и радуйся. Спать можно сколько угодно, три раза в сутки отзвонился дежурному, доложил, что все в порядке и дальше дрыхни. Но это только первых дня три.
Зима. Кругом снег по пояс. Тоска. Через неделю готов на стены лезть от скуки. Телевизора нет, интернета тоже. Даже сотовый телефон отобрали. Наверное, чтобы я в ЦРУ не сообщил о количестве запасенных мишеней. Еду подвозят. А в самом здании даже лампочки не во всех помещениях есть. Честное слово, я был готов сутками плац топтать, лишь бы поскорей оттуда уехать. Но мне повезло. В подвале, среди всякого хлама я обнаружил томик Пушкина, со сказками. Так как это было моим единственным чтивом, я выучил эту книгу от одной ободранной корки, до другой. К тому же Пушкина учить легко, он как-то сам собой запоминается. Вот и пригодилось.
Виктория была без ума от этих стихов. Ничего подобного в империи не было. Ну, еще бы! Пушкин это наше достояние, русское, в единственном экземпляре! Вот и решила она сделать перевод сказок на мелинский. Не для продажи, для души! А я ей помогал, по мере своих скромных возможностей.