Вода сначала доходила им до пояса, затем до груди, до шеи. Скоро они, один за другим стали уходить под воду.
- Они могут обходиться без кислорода! - ощутили мы безмолвный, мысленный вопль Бельмондо.
- Некоторое время... - подумала Ольга. - Я думаю - минут восемь или десять... Берем первого, пошли!
Мы бросились вперед и напали на оторвавшегося от основной группы зомбера. Это был убивший француженку щуплый египтянин. Мы с Борисом схватили его за руки, а Бельмондо, изловчившись, разодрал ему лицо развесистой коралловой веткой. Зомбер растерялся, и мы потащили его в открытое море. Но через минуту наш пленник опомнился и начал бешено сопротивляться. Ему удалось вырваться из наших рук и схватить Баламута за горло. Но задушить его он не успел - подобравшаяся сзади Ольга схватила зомбера за голову и сломала ему шею. Когда египтянин недвижно повис над коралловыми постройками, мы вытащили наглотавшегося воды Колю на поверхность и быстро привели его в чувство.
- Надо мотать отсюда, - подумал он, оклемавшись.
- Так и будем от них бегать? - взорвалось у меня в голове.
- Да, Черный прав, - согласилась со мной Ольга. - Война, так война...
Тем временем остальные девять зомберов медленно, но верно начали брать нас в кольцо... Раз в десять-пятнадцать минут они выплывали на поверхность и, отдышавшись, погружались в воду и вновь шли по дну или плыли за нами. Но у нас в головах уже созрел план действий, основанный на главном нашем козыре - скорости.
Мы рассредоточились и начали плавать вокруг стаи зомберов, стараясь увлечь их с отмели в открытое море. С полчаса они гонялись то за одним из нас, то за другим, но безуспешно. Тем временем Бельмондо нашел на дне упавший, видимо, с какого-то катера тонкий и длинный капроновый фал и, сделав на одном из его концов удавку, протелепатировал нам:
- Я придумал классную игру в подводных ковбоев. Ольга, самая юркая из нас, набрасывает удавку на ногу или лучше на шею отставшему от стаи зомберу, а остальные утягивают его в открытое море и там гасят!
Так мы и сделали. Увидев отставшего зомбера, Ольга бросалась к нему, накидывала на ногу удавку и стремглав удирала. Мы же моментально затягивали петлю и тащили зомбера на глубину. Лишь только зомбер переставал проявлять признаки жизни, мы отцепляли его и принимались за следующего.
После утопления седьмого зомбера мы начали куражиться над оставшимися в живых двумя - дергали их за волосы, показывали им носы и прочее. Наш кураж передался им паникой, но вернуться на берег они не могли - зомбер есть зомбер: он выполняет приказ или погибает.
И они погибли, едва не прихватив одного из нас на свои зомберские небеса: после очередного выпада Бельмондо не успел увернуться и был схвачен и едва не задушен. Но мы с Баламутом выручили товарища, кое-как сломав им шеи. Помимо довольно существенных телесных повреждений это стоило нам трех аквалангов - зомберы оторвали от них все, что только можно было оторвать...
Когда все было кончено, мы собрались вокруг Ольги и начали подшучивать над бледным, неудержимо икающим Бельмондо.
Но смеялись мы недолго - чувство опасности вновь овладело нами. Мы не могли понять, откуда оно исходит, видимо, усталость изрядно притупила шестое чувство у каждого из нас. Все стало ясно, когда нас одного за другим неожиданно утащили за ноги под воду.
- Зомберы! - молнией вонзился в наши мозги мысленный вопль Бельмондо.
- Они не захлебнулись! - присоединился к нему вопль Баламута.
- Они набрали кислорода из воды, - подумала Ольга. - Смотрите, они еле двигаются.
И действительно, утопленные нами и избежавшие контрольного перелома шеи зомберы двигались, как в замедленном фильме. Они тащили нас на дно, пытались душить, но делали это как полуожившие, медлительные мертвецы. Придя в себя, мы легко вырвались, но они продолжали тянуть к нам вялые руки.
В тот момент когда Ольга (у нее единственной акваланг остался исправным) сворачивала шею шестому зомберу, мне пришла в голову идея, и я мысленно попросил Ольгу:
- Оставь одного для опытов... Нам надо как следует изучить их физиологию.
- Хорошо, - согласилась она и, взяв у Баламута капроновый фал, туго опутала им бедного зомбера.
- А ведь на берегу осталось трое их хозяев с "береттами", - подумала она, затягивая последний узел. - Взять их будет посложнее.
- Отнюдь, миледи, - ответил я, почему-то вспомнив отъявленную героиню из "Трех мушкетеров" Александра Дюма.
И, передав Баламуту и Бельмондо: "Делай, как я!", нырнул ко дну и начал раздевать первого попавшегося зомбера. Товарищи сразу поняли, что я затеял, и скоро мы все, кроме Ольги, были облачены в синюю зомберскую униформу.
Потом было кино. Выбравшись на отмель, мы сотворили на своих лицах зловещие гримасы и медленно пошли к берегу. Там с пистолетами в руках стояли трое "зомбероводов". Было уже почти темно, и они не смогли отличить нас от своих подчиненных. Как только мы приблизились к ним, они наперебой стали спрашивать нас о чем-то по-арабски, видимо, об итогах подводной карательной операции.
- Барбамбия хургады, - ответил им Баламут.
- Барсакельмес кергуду, - добавил я.
А Бельмондо ничего не сказал - он не знал "арабского". Он просто ударил самого плотного "зомберовода" правой ногой в пах и тут же, хуком слева, стоящего рядом пузатого африканца. На них свалился третий, сбитый с ног нашими с Колей одновременными ударами. Закончил разборку опять-таки Бельмондо - он с минуту ходил вокруг упавших, гася всякое движение старательными ударами пятки.
- Что будем с ними делать? - спросила нас Ольга, все это время стоявшая в стороне.
- Тебе решать, миледи, - пожал я плечами.
- Миледи... - повторила Ольга. - Намекаешь на мою жестокость... Ты ведь знаешь, что их надо убить, и по-мужски малодушно спихиваешь на меня это решение.
- Да... Спихиваю, - честно признался я. - Я не палач.
- А ты знаешь, что завтра к обеду приедет полиция, и эти трое свалят все на нас?
- Знаю, - ответил я. - Но я не палач.
- За это я тебя и люблю, - вздохнула Ольга. - За женственность, которой мне не хватает.
И, подняв "беретту" с песка, выстрелила в каждого из "зомбероводов" по два раза.
5. Прощай, Хургада! - Естествоиспытание на камбузе. - Последний приказ
Как мы узнали из сообщения по радио, зомберы убили не всех жителей кораллового острова.
За пальмовой деревней, в небольшой долине, сжатой песчаными холмами, стояла черная войлочная палатка, в которой жил обслуживающий персонал. Двое отдыхавших в ней боев-египтян, услышав дикие вопли раздираемых на части туристов, вскарабкались на вершину пригорка над деревней и стали очевидцами расправы. Они и рассказали появившимся в середине следующего дня полицейским обо всем, что произошло.
- Они убили всех, кто находился в деревне, потом стали охотиться за Marked Russians, которые плавали в море, - рассказывали они наперебой. - Но эти русские не растерялись и утопили убийц, а потом застрелили их хозяев из их же пистолетов.
***
А нас уже не было на острове. Рано утром мы погрузились на нанятый нами прогулочный катер и в это время на всех парах шли на север, к Синайскому полуострову. Мы не опасались преследования - курортной Хургаде, для спокойствия отгородившейся колючей проволокой от всего исламского мира, всякие продолжительные уголовные дела с мусульманскими экстремистами не нужны ни с какого бока. И скорее всего улыбающийся глава местной полиции на днях расскажет прессе о проведенной им успешной операции против опасной шайки наркоторговцев-англичан, создавших притон на злополучном коралловом острове. Погибшие французы будут объявлены их жертвами.
...Пока мои друзья загорали на палубе, иногда спускаясь в корабельный бар для приема внутрь охлажденных спиртных напитков, я изучал пленного зомбера.