Поблагодарили все Тимоха Сымоновича за сказку, но Зося спросила:
— Как же так? Выходит, что заяц, например, живет столько, сколько дуб вековой?
— Ах ты, Зося! Это же было тогда, когда эта сказка складывалась. А теперь, понятно, заяц живет куда меньше. Да и дружба их давно кончилась: лиса удирает от медведя, заяц от лисицы. Только ворон их никого не боится — взлетит на дуб и скажет: «А ну-ка, достань меня!»
Пройдя немного, встретили в глубокой лощине знакомого всем деда, который им Оленью тропу показывал. Поздоровались с ним.
— Что же это вы, дедушка, с таким маленьким кузовком по грибы пошли?
— Я не грибы, а девясил собираю, коренья. Это хорошее лекарство, от боли в груди помогает.
Пожелали все, чтоб девясил помог ему поправить свое здоровье.
Отойдя немного, Надейка вспомнила:
— Может быть, этот девясил что-то полезное в себе имеет? У Пилипа Пестрака стихотворение про него есть, которое начинается так:
Лесник обратился к Ивану Степановичу:
— Действительно, девясил пользуется в народе большим почетом. Мы сами его каждый год сушим — на всякий случай. Но мне интересно было бы узнать, как на него смотрит наука.
— И научная медицина хорошо относится к нему. Доктора лечат им людей от разных болезней. Правда, особой чудодейственности в нем нет, но есть много разных химических веществ, присущих только ему одному.
Незаметно подошли к хате, где надо было помочь Таисии Васильевне приготовить ужин на такую братию.
Предпоследний день
Вот они привольные просторы
Родной земли спокон веков!
![Желтая акация i_038.png](https://litlife.club/books/290910/read/images/i_038.png)
— Тимох Сымонович! Лист на осине покраснел! — прибежав со двора, объявила Зося.
— Видел, видел, Зосечка! Завтра сообща собираем орехи, а послезавтра ждем вашу машину. Сегодня в обед я буду в Русичах и на их машине по тракту подвезу до «Новой затоки» бочки да Гиляровы цимбалы оттуда заберу, а то мы и не слышали, как он играет. А теперь пойдемте посмотрим на ту затоку. Может, там и орехов вовсе нет, — пошутил лесник.
— Что ты, тата! Мы со Стасей брали там боровики, так я специально поинтересовался. Полно! Да какие крупные! Намного крупнее, чем в «Тихой затоке».
— Хорошо, сынок! Но все же сходим, своими глазами посмотрим.
Позавтракали, и все пошли «следом за дедом», за Тимохом Сымоновичем.
Лес тут был совершенно другим, чем вчера. Кроме дуба и сосны, тут были клены, ясени, липы. Было очень много диких яблонь и груш. А какие они большие вырастают, оказывается!
Видели разных птиц, ранее не виданных. А что до дятлов, так и не думали, чтоб их было столько разных: черные, пестрые, зеленоватые, а некоторые с красными грудками, будто с галстуками. Юные натуралисты сразу, долго не раздумывая, назвали их пионерами: очень похожие галстуки.
— Меня даже тоска берет, как подумаю, что послезавтра утром уезжать отсюда, — вздохнула Надейка.
— Оставайся, Надейка, у нас! Будем вместе в школу ходить. Мне веселее будет.
— Милая Галечка! А как же дома? Что тата, что мама скажут? Мы лучше к вам на будущий год приедем. Возьмем с собой палатки, припасу разного, обоснуем тут летний пионерский лагерь Ботяновской школы.
— Шутки шутками, а я об этом скажу директору, — сразу заинтересовался этой мыслью Иван Степанович. — Тут будет интересно побывать и ученикам и преподавателям. Это будет не только отдых, но и самая полезная, содержательная экскурсия.
— Слышишь, Галечка? Может еще интереснее получиться, чем мы с тобой думали, — утешилась Надейка.
Юные натуралисты не теряли времени. Одни пополняли свой гербарий, а некоторые — боровиками корзинки.
Пройдя половину дороги, решили отдохнуть.
Зося сразу к леснику:
— Дядя Тимох! А вы, наверно, много сказок знаете! Не рассказали бы вы нам еще одну какую-нибудь?
— Ах ты лисичка! — засмеялся Тимох Сымонович. — А известно ли тебе, что по старому белорусскому обычаю сказки можно рассказывать только вечером, когда огни погасят? А кто нарушает такой обычай, у того длинная борода вырастает. Пускай Иван Степанович расскажет. Человек он молодой, такого суеверия не признает.
— Да Иван Степанович не умеет сказки рассказывать, — заметила Галя.
Тот только усмехнулся:
— Ты, Галечка, даже не представляешь себе, сколько я сказок знаю. Ты мне назови какое хочешь слово, а я тебе на то слово целую сказку расскажу.
— Как это так? — удивился Адам.
— А так! Скажи мне: дуб. Я тебе про дуб сказку дам. Скажи: камень. Я тебе про камень сказку начну. Поняла?
— Барсук! — сказала Зося.
— Где? — подхватился сразу Гиляр.
Этим вопросом он развеселил всех. Посмеялись.
— Долго ты его будешь помнить, Гилярка! — не удержался и Иван Степанович. — Все же, если Зося дала мне такое задание, расскажу вам про барсука, как он с медведем поссорился.