Альберт Шпеер, глава военного производства в нацистской Германии, рассказывает, что за несколько дней до своей смерти Гитлер кричал:
«Если война проиграна, немецкий народ не должен существовать. Нечего заботиться о том, чтобы этот народ пережил свое поражение. Уничтожайте все заводы, мосты, продовольствие. Этот народ оказался слабым и значит будущее принадлежит народу Восточному, который показал себя более сильным.»
Вот краткая хроника последних дней фюрера.
26 апреля. Советские войска заняли три четверти Берлина, но Гитлер еще на что-то надеется… Он находится в двухэтажном бункере на глубине 8 метров под двором имперской канцелярии, с тревогой ожидая вестей. К вечеру, однако, становится ясно, что 9-я и 12-я армии не способны освободить столицу. Вместе с Гитлером в бункере находятся его любовница Ева Браун, Геббельс с семьей, начальник генерального штаба Кребс, секретари, адъютанты, охранники… По свидетельству офицера генерального штаба, в это время «физически Гитлер являл собой страшную картину: он передвигался с трудом и неуклюже, выбрасывая верхнюю часть туловища вперед, волоча ноги… С трудом он мог сохранять равновесие. Левая рука ему не подчинялась, а правая постоянно дрожала… Глаза Гитлера были налиты кровью…
Вечером в бункер прибыла одна из лучших летчиц Германии Ханна Райч, фанатично преданная Гитлеру. По рассказу летчицы, фюрер пригласил ее к себе и тихо сказал:
— Ханна, вы принадлежите к тем, кто умрет со мной. У каждого из нас есть ампула с ядом. — Он протянул ампулу Ханне. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь из нас попал к русским в руки, и я не хочу, чтобы наши тела достались русским. Тела Евы и мое будут сожжены.
Ханна Райч свидетельствует, что во время разговора Гитлер являл собой трагикомическую картину: почти вслепую метался от стены к стене с бумагой в дрожащих руках; затем внезапно останавливался, садился за стол, передвигал по карте флажки, обозначавшие несуществовавшие армии. «Полностью распавшийся человек», — констатировала Райч.
27 апреля. Распад личности и умопомрачение не помешали Гитлеру отдать приказ об открытии шлюзов на реке Шпрее и затоплении станции метро, когда он узнал о том, что советские войска проникли в берлинское метро. Выполнение приказа привело к гибели находившихся в метро тысяч людей: раненых немецких солдат, женщин и детей.
29 апреля. Геббельс и Борман в качестве свидетелей присутствуют на бракосочетании Гитлера и Евы Браун. Процесс проходит в соответствии с законом: составляется брачный контракт и совершается обряд венчания. Свидетели, а также Кребс, жена Геббельса, адъютанты Гитлера генерал Бургдорф и полковник Белов, секретарши и повариха приглашены на празднование свадьбы. После небольшого застолья Гитлер уединяется, чтобы составить завещание.
30 апреля. Наступает последний день фюрера. После обеда по приказу Гитлера его личный шофер штандартенфюрер СС Кемпка доставляет в сад имперской канцелярии канистры с 200 литрами бензина. В комнате для совещаний Гитлер и Ева Браун прощаются с пришедшими сюда Борманом, Геббельсом, Бургдорфом, Кребсом, Аксманом, с секретаршами фюрера Юнге и Вайхельт. Затем все, кроме Гитлера и его жены, выходят в коридор.
Дальнейшие события излагаются в двух основных версиях.
Согласно первой версии, основанной на показаниях личного камердинера Гитлера Линге, фюрер и Ева Браун выстрелили в себя в 15.30 минут. Когда Линге и Борман вошли в комнату, Гитлер якобы сидел на софе в углу, на столике перед ним лежал револьвер, из его правого виска текла кровь. Мертвая Ева Браун, находившаяся в другом углу, уронила свой револьвер на пол.
Другая версия (принятая почти всеми историками) гласит: Гитлер и Ева Браун отравились цианистым калием. Перед своей смертью Гитлер также отравил двух любимых овчарок.
По приказу Бормана тела умерших были завернуты в одеяла, вынесены во двор, политы бензином и сожжены в воронке от снаряда. Правда, горели они плохо, и, в конце концов, полусожженные трупы эсесовцы закопали в землю.
Тела Гитлера и Евы Браун были обнаружены красноармейцем И.Д.Чураковым 4 мая, но почему-то целых 4 дня пролежали без освидетельствования. Они были доставлены для осмотра и идентификации в один из берлинских моргов 8 мая 1945 г. Внешний осмотр давал основания предполагать, что обгоревшие трупы мужчины и женщины — это останки Адольфа Гитлера и Евы Браун. Но, как известно, у фюрера и его любовницы имелось несколько двойников, и потому советские военные власти хотели провести тщательное расследование.
Вопрос о том, был ли доставленный в морг человек действительно Гитлером, до сих пор волнует исследователей. Вот, что рассказывает об обстоятельствах дела один из них:
«Труп мужчины находился в деревянном ящике длиной 163 см, шириной и высотой соответственно 55 и 53 см.
На трупе был обнаружен обгоревший по краям кусок трикотажной материи желтоватого цвета, похожий на рубашку.
Ввиду того, что труп был обуглен в значительной степени, судить о возрасте и росте можно было только предположительно: около 50–60 лет. Рост — 165 см.»
При жизни Гитлер неоднократно обращался к своему стоматологу, о чем свидетельствовало большое количество пломб и золотых коронок на сохранившихся участках челюстей.
Они были изъяты и переданы в отдел СМЕРШ-3[19] Ударной армии.
Из протокола допроса стоматолога К.Гайзерман усматривалось, что челюсти принадлежали именно фюреру. 11 мая 1945 г. Гайзерман подробно описала анатомические данные ротовой полости Гитлера, которые совпали с результатами исследования, проведенного 8 мая. Но все же, на наш взгляд, нельзя полностью исключить заведомую игру со стороны тех, кто мог стоять за ней.
На значительно измененном огнем теле видимых признаков тяжелых смертельных повреждений или заболеваний обнаружено не было.
Но в полости рта была найдена раздавленная стеклянная ампула. От трупа исходил запах горького миндаля. Такие же ампулы были обнаружены при вскрытии еще 10 трупов приближенных Гитлера.
Было установлено, что смерть наступила в результате отравления цианистыми соединениями.
В этот же день производилось вскрытие трупа женщины, «предположительно», как сказано в актах, принадлежавшего жене Гитлера — Еве Браун.
Также сложно было установить возраст: между 30 и 40 годами. Рост около 150 см.
Идентифицировать труп можно было тоже только по золотому мостику нижней челюсти.
Но иными, по-видимому, были причины смерти: несмотря на то, что во рту была разломанная стеклянная ампула и от трупа тоже исходил запах горького миндаля, в грудной клетке были обнаружены следы осколочного ранения и 6 мелких металлических осколков.
Исследование останков Гитлера и Браун производилось военными советскими судебно-медицинскими экспертами и патологоанатомами; на сегодняшний день все они умерли, и потому трудно (практически невозможно) узнать судьбу останков Гитлера. Писательница Елена Ржевская, которая во время войны была переводчицей 1-го Белорусского фронта, в книге «Была война…» пишет, что эти останки отправили в Москву. Однако отыскать их следы в СССР до сих пор никому не удалось.
ГЛИНКА Михаил Иванович (1804–1857) — русский композитор, родоначальник русской классической музыки. Глинка как будто предчувствовал свою довольно раннюю смерть. Сестра его свидетельствует: «Он так боялся смерти, что до смешного ограждал себя от всяких малостей…» Весной 1856 года Глинка отправился в заграничное путешествие, из которого вернулся уже не на земную, а на небесную родину. Жил он в Берлине. Последнее письмо родные Глинки получили от него 15 января 1857 г. Он писал:
«…9 января исполнили в Королевском дворце известное трио из «Жизни за царя»… Оркестром управлял Мейербер, и надо сознаться, что он отличнейший капельмейстер во всех отношениях. Я также был приглашен во дворец… Если не ошибаюсь, полагаю, что я первый русский, достигший подобной чести… У меня сильная простуда или грипп, а время мерзкое, просто ничего не видать от тумана и снега…».
19
Отдел по борьбе со шпионами.