Элита — слой общества, главной задачей которого является забота о безопасности, материальном и духовном совершенствовании общества. Свою задачу элита достигает посредством тактического управления, стратегического планирования развития общества и формирования этической и эстетической основ культуры общества.
В реальной жизни не всегда люди, в наибольшей степени соответствующие исполнению данных функций, эти функции исполняют. Но если случается так, что в национальной сборной играют не самые лучшие от природы футболисты, то данное обстоятельство для общества не так плачевно, как если в господствующем классе находятся не представители элиты, а случайные люди.
В любом достаточно большом обществе существует элитарно-властный дисбаланс.
Элитарно-властный дисбаланс — показатель несоответствия положения элиты по отношению к господствующему классу. Часть элиты, которая входит в состав господствующего класса, можно назвать господствующей элитой. Часть элиты, которая не входит в господствующий класс, нередко стоит в оппозиции к господствующей элите, можно назвать контрэлитой. Часть господствующего класса, не являющегося элитой, но в то же время находящегося у власти, можно назвать псевдоэлитой.
Основное различие между элитой и псевдоэлитой заключается в следующем. Псевдоэлита управляет обществом, исходя из собственных интересов, а элита — исходя из интересов общества. Можно сказать, что псевдоэлита живёт по принципу “общество для меня”, а элита — по принципу “я для общества”».
Не зная, что такое полная функция управления, и вследствие этого не понимая расклада полной функции управления в жизни общества по общественным и государственным институтам[195], не понимая информационно-алгоритмической сути нравственности и её функций в психике индивидов и в коллективной психике, С. Вальцев пытается возложить на «настоящую элиту» те функции, которые она в принципе нести не может в силу того, что «настоящая элита» — явление «лексическое»: грамматически она — «имя собирательное», а не объективно существующая социальная группа, представители которой осознают и свою общность, и миссию, которую С. Вальцев на них возлагает.
Это видно даже из определения самим С. Вальцевым «господствующей элиты» и «контрэлиты» как социальных групп: если эти две подгруппы «элиты» пребывают в оппозиции друг к другу, в «контрах», то как минимум одна из них далека от адекватного понимания интересов общественного развития и потому не является «настоящей элитой» в том смысле, как «элита» определена С. Вальцевым:«элита — слой общества, главной задачей которого является забота о безопасности, материальном и духовном совершенствовании общества».
В основе тех функций, которые в этом определении на «настоящую элиту» возлагает С. Вальцев, лежит самовластный характер концептуальной власти и поддержка Свыше тех её носителей, которые ориентируются на созидание на Земле усилиями самих людей и Божьим водительством — Царствия Божиего: как сказано в Коране«Бог лучше знает, где помещать Своё посольство»(сура 6. «Скот», 124). Т.е. притязания на миссию «настоящей элиты» могут быть, но если они не вписываются в русло Промысла (вследствие нравственно-этических особенностей претендента и неразвитости других его личностных качеств, необходимых для осуществления жреческой власти — см. раздел 8.5) и потому не поддерживаются Свыше, то чем активнее притязающие — тем больше пузырь несбыточного и тем тяжелее последствия.
Фактически же тех, кто, по мнению С. Вальцева, является «настоящей элитой», соотносясь с теми функциями, которые он на них возлагает, следует именоватьжречеством — в том смысле, как этот социологический термин определён в разделе 8.5.
После приведённого выше фрагмента о задачах «настоящей элиты» С. Вальцев переходит к описанию алгоритмики развития общества, которую он называет «механизмом развития общества», ещё раз смешивая в своём миропонимании два различных явления[196]:
«В ходе количественного и качественного разрастания общества в нём появляется элита, которая со временем берёт на себе профессиональное исполнение процессом управления обществом[197].
У людей наличествуют потребности. Это есть отправная точка в анализе механизма создания, функционирования и развития общества. Потребности бывают материальные и духовные. Потребности общества формируются благодаря взаимодействию двух факторов — внутреннего и внешнего. Внутренний фактор — доминирующие ценностные ориентации, формирующие мировоззрение общества. Внешний — конкретная историческая ситуация. Например, большинство людей ценят безопасность (это мировоззренческий аспект), во время войны возникает угроза этой безопасности (это ситуативный аспект). В результате общество требует от элиты организации отпора внешней агрессии. Элита пытается организовать народ для решения этой проблемы.
Если же элита не способна или не хочет разрешать проблемы, поставленные жизнью перед обществом, то общество не всегда деградирует, потому что появляется новая элита, адекватная данному этапу развития общества. В этом и заключается механизм развития общества. Сам по себе народ[198]способен на революционные выступления, но они никогда не умеют успеха, будь то восстание Спартака или бунт Степана Разина. Только тогда, когда потребности в изменении институтов общества осознáет часть элиты, только тогда становится возможным свержение старой элиты и последующие социальные преобразования. Как правило, приход новой элиты сопряжён с нарушением стабильности в обществе, но это часто единственный способ спасти общество от деградации. Алгоритм развития общества представлен иллюстративно[199].
![Основы социологии. Том 2: Часть 3. Жизнь человечества: толпо-«элитаризм» — историко-политическая реальность и перспективы (Книга 1) i_010.jpg](https://litlife.club/books/288720/read/images/i_010.jpg)
Этим выводом С. Вальцев завершил свою статью.
Приведённые фрагменты статьи С. Вальцева — пример того, как неэффективная личностная познавательно-творческая культура, невежество в области ДОТУ, неточности в словоупотреблении не позволяют выявить и понять суть объективных явлений и донести её до читателей (слушателей).
Один из недостатков того подхода к рассмотрению проблематики общественного развития и социальных кризисов, которому последовал С. Вальцев, состоит в том, что контекстуально обусловленный смысл, придаваемый им словам, подавляет и искажает их словарные значения, которые более или менее общеупотребительны. Выражение собственных мыслей на основе такого подхода исключает однозначность понимания текста и речи и не позволяет читателям понять существо рассматриваемых им процессов и дел. Это недопустимо для науки и просветительской деятельности.
То же касается и употребления готовых формулировок, в которых выразился этот подход, в том числе и при цитировании (в данном случае — итальянского «элитолога» Г. Моска): это — надёжное средство для того, чтобы стать заложником и жертвой чужих ошибок.
В частности, термин «элита»объективнонеоднозначно понимаем даже в его словарном значении:
· элита вообще — «лучшие, отборные» («Советский энциклопедический словарь», Москва, издательство «Советская энциклопедия», 1987 г., с. 1533);
· по отношению к обществу элита — «лучшие представители общества или какой-нибудь его части» («Толковый словарь иноязычных слов» под редакцией Л.П. Крысина, Москва, издательство «Русский язык», 1998 г., с. 825).
Эти формулировки изначально подразумевают — обусловленный нравственностью и миропониманием — субъективизм выбора:
1. Определённого набора параметров, по которым осуществляется выявление представителей «элиты», и эти параметры должны соответствовать тем или иным объективным обстоятельствам.