Стих 4–5. Сие же все бысть, да сбудется реченное пророком, глаголющим: рцыте дщери Сионове: се, Царь твой грядет тебе кроток, и всед на осля и жребя, сына подъяремнича. Сие, что? То, что были посланы ученики для того, чтобы привести ослицу и осленка. Под пророком разумеет здесь Захарию. Таким образом исполнилось это пророчество, и исполнение его опять сделалось прообразом другого события — веры язычников, как мы сказали. Дщерь Сиона есть сам Сион, подобно тому, как Сын Человеческий — сам человек. Это особенность еврейской речи. Сион есть, конечно, Иерусалим, а Царь Сиона — Христос, или как Бог, или как происшедший из царской отрасли Давида, или как благодетель его. Итак, Он идет к нему кротким, не имея пред Собою ни копьеносцев, ни меченосцев, ни ликторов, но показывая великую кротость и человеколюбие. Всед на осля (ονον) и жребя (πωλον)…, не отдельно то на одного, то на другого, и не то, чтобы Он сел на обоих животных вместе, а эти слова: осля и жребя — понимай: на молодого осла (ονον), осла по природе, а жребя (πωλον) по возрасту. Ты же спроси иудея: "Какой Царь приехал в Иерусалим на молодом осле?" Никого другого он не укажет, кроме Христа. Иначе: дочь Сиона — Иерусалим, потому что лежал внизу горы, называемой Сион. Называется и просто Сионом Иерусалим, получивший такое название от лежащей над ним горы.
Стих 6–7. Шедша же ученика и сотворша, яко же повеле има Иисус. Приведоста осля и жребя. Марк (11, 4, 6) подробнее говорит о том, что они сделали. Он говорит: идоста же, и обретоста жребя привязано при дверех вне на распутии, и отрешиста е. И нецыи от стоящих ту глаголаху има: что деета отрешающа жребя; Она же реста им, якоже заповеда има Иисус: и оставиша я. Дверями, конечно, Марк называет двери дома хозяев осленка, а распутием — проход, улицу, Обрати внимание на то, как все подходит к прообразу. Как ослица и осленок были привязаны веревками вне на распутии, так и древний народ иудейский, и новый языческий связываются грехами вне Церкви, в жизни, которую мы и разумеем под распутием. И как апостолы, развязав этих животных, приводят их ко Христу, так точно и их. Кроме того, как некоторые пытались не пустить животных, именно хозяева их, как сказал Лука (19, 33, 34), а услышав, что они надобны Господу, отпустили, так и относительно тех властвующие над ними демоны пытаются не пустить, но, услышав, что они надобны Богу, отпускают.
Стих 7. И возложиша верху ею ризы своя… Положили и на ослицу, и на осленка, не зная, на котором из этих животных пожелает ехать.
Стих 7. И вседе верху их. Поверх их, то есть одежд, положенных на осленка. Под одеждами апостолов в таинственном смысле можно понимать добродетели, духовные одежды души, которыми они покрывают приводимых ко Христу. Лука (19, 35) сказал, что ученики посадили Иисуса на молодого осла; и, действительно, ученики возлагают свое слово на язычников.
Стих 8. Множайшии же народи постилаху ризы своя по пути… Показали, что считают Его более, чем за пророка; поэтому и воздали Ему великую почесть. Воскресив незадолго перед этим Лазаря, как говорит Иоанн, Он приобрел у них к Себе большое уважение. Отвергнем же и мы украшение тела ради Христа и украсим путь Его, отвергая богатства и страсти.
Стих 8. Друзии же резаху ветви от древ и постилаху по пути. Ветви эти были от масличных деревьев, так как тогда проходили через Масличную гору.
Стих 9. Народи же предходящии (Ему) и вследствующии зваху, глаголюще: осанна Сыну Давидову… Осанна — слово еврейское и значит иногда — хвала, а иногда — спасение. Здесь же оно выражает: "хвала сыну Давидову".
Стих 9. Благословен Грядый во имя Господне…, во имя Господне, т. е. от Господа. Благословен идущий от Бога, благословен посланный Богом. Марк (11, 10) присоединил: благословено грядущее царство во имя Господа отца нашего Давида… Они думали, что восстанавливался низверженный престол царства Давидова. Поэтому они с радостью говорят: "И благословенно опять идущее царство праотца нашего Давида, идущее во имя Господне," — т. е. от Бога. Иоанн (12, 13) говорит: благословен Грядый во имя Господне, Царь Израилев. Вероятно, все это было сказано тогда народом, идущим впереди, следующим сзади и выходящим навстречу. Во имя Господне понимают и так: во славе Господней, в звании царя.
Стих 9. Осанна в вышних. Хвала в вышних: пусть хвалят и высшие силы, т. е. Ангелы, Бога, пославшего нам царя и восстановившего царство Давида. Лука (19, 38) вместо: осанна в вышних сказал: слава в вышних. Он же повествует и об учениках, что они говорили: благословен грядый Царь во имя Господне: мир на небеси и слава в вышних, называя миром радость. Обрати внимание на то, как при таком шуме и крике совершенно не объезженный молодой осел шел, однако, смирно, вполне прообразуя повиновение язычников и большую перемену их к благонравию.
Стих 10. И вшедшу Ему во Иерусалим, потрясеся весь град, глаголя: кто есть Сей… Потрясся, т. е. был испуган, встревожившись криком и приветствиями.
Стих 11. Народи же глаголаху: Сей есть Иисус Пророк, иже от Назарета Галилейска. Хотя и считали Его более, чем за пророка, однако называли Его пророком, так как не могли представить Его ничем высшим по причине человеческих Его дел. Лука же (19, 39, 40) говорит: нецыи фарисее от народа реша к Нему: Учителю, запрети учеником Твоим. И отвещав рече им: глаголю вам, яко аще сии умолчат, камение возопиет. Побуждаемые завистью они говорили: запрети ученикам Своим кричать это и так приветствовать Тебя. Сказав: аще сии умолчат, камение возопиет, — показал, что невозможно, чтобы о славе Его было умолчано. Камнями могут быть названы уверовавшие из язычников, как окаменелые прежде по уму и нечувствительные к истинному богопознанию, которые, однако, громко благовествуют после того, как умолкли после своей смерти апостолы.
Стих 12. И вниде Иисус в церковь Божию и изгна вся продающыя и купующыя в церкви, и трапезы торжником испроверже и седалища продающих голуби. Подобное говорит и Иоанн, но он говорит в начале Евангелия, а Матфей и другие — под конец. Очевидно, что Христос совершил это дважды и в различное время. Тогда иудеи говорили Ему: кое знамение являеши нам? — а теперь они молчат. И обрати внимание на их небрежность: они торговали в храме. Одни продавали нуждающимся необходимое для жертвоприношения, т. е. овец, волов, голубей, как объявил Иоанн, и другое подобное, а другие — покупали. Торжники (κολλυβισται) — это люди, имеющие мелкие деньги; их также многие называют меновщиками, потому что κολλυβος мелкая монета и κολλυββιζω — значит "менять". Итак, Христос вошел в храм с большой властью, как Домовладыка, и удалил вышеупомянутых и все вышеупомянутое, показывая Свою власть над всем, которую Он, как Бог, имел, и смелость, так как был безгрешен, — затем, заботясь о благолепии Своего храма, — показывая отвержение кровавых жертв, и научая нас смело действовать в защиту Церкви.
Стих 13. И глагола им: писано есть: храм Мой храм молитвы наречется… Написано у пророка Исаии.
Стих 13. Вы же сотвористе и вертеп разбойником. Разбойниками назвал торговавших в нем, потому что они были, подобно разбойникам, любостяжательны или потому что продаваемое бралось из хищений и обманов. И Иеремия написал: еда вертеп разбойником есть дом Мой… (Иер.7, 11).
Стих 14. И приступиша к Нему хромии и слепии в церкви: и изцели их. Хромой есть всякий, кто не идет прямо к добродетели, а слепой — кто не понимает, что хорошо.
Стих 15. Видевше же архиерее и книжницы чудеса, яже сотвори, и отроки зовущя в церкви и глаголющя: осанна Сыну Давидову, негодоваша. Премудро устроил Бог, что и дети воздали Ему хвалу; этим удерживались от всякого возражения иудеи, видевшие, что ими же воспитанные, у них же учившиеся дети чудесным, сверхъестественным образом были возбуждены к похвале Христа. Но они делаются еще более бесстыдными и, снедаемые завистью, приходят в неистовство.