Боевые заслуги Генерального секретаря слегка поредевшего ЦК и Председателя Совета Обороны маршала Ы-Гаго были также отмечены по достоинству, а потому на львиной шкуре, перекинутой через его левое плечо чуть ниже эполета рядом с орденами Дружбы народов и Спелого Банана засверкала звезда Героя Советского Союза.
В то самое время, когда в независимой Засрундии социализм был окончательно и бесповоротно построен, Десант куда-то подевался. Кроме того, Большой Друг резко перестал посылать сюда товары народного потребления в виде погремушек, сельскохозяйственной техники и бензина, а потому «Запорожец» Генерального секретаря пришлось присобачить до упряжки с буйволами.
Ы-Гаго сперва надеялся, что их родину хоть кто-то придет завоевывать, как постоянно утверждали посланцы Большого Друга, потому что в стране начались проблемы экономического характера. Граждане Засрундии постепенно разучились как следует ловить рыбу и гонять за сернами, оттого как годами стояли на страже родины, сжимая оружие в руках.
Как назло ни один из многочисленных империалистических хищников, точивших клыки на распрекрасную жизнь засрундийцев, не перся захватывать страну. Не хрен им делать, завоевывать такой гембель себе на голову. Это же какую ораву нужно будет кормить, когда ее оккупируешь. Засрундийцы умеют только стоять на защите социалистических завоеваний, а кроме строить светлое будущее исключительно цитатами Белого Вождя, других трудовых навыков у них нет. Просто работать их уже не заставит даже верховный бог Туа-Туа, которому втихаря молился Генеральный секретарь Ы-Гаго.
Построенный в тени баобабов металлургический комбинат хотя еще не выпускал продукции, но уже так отравил экологию вокруг себя, что с независимой Засрундии эмигрировали антилопы, скунсы и прочее пропитание; правда, кое-где бананы стали на редкость крупными, зато у тех, кто их жрал, волосы выпадали еще раньше зубов.
Одно только хорошо, столица Засрундии находится далеко от полезного и остро необходимою стране комбината, там с бананами пока все в порядке, несмотря на то, что крокодил Джульбарс и тот изменил присяге с родиной, сорвавшись куда подальше, инстинктивно чувствуя, до чего в конечном итоге может привести этот самый социалистический выбор.
Генеральный секретарь уже начинал склоняться к мысли обвиноватить в экономическом кризисе вождя племени Хулу, изменившею обычаям предков, и ввести карточки на будущий урожай кокосов, а также вкусных жирных червей, которые были единственным полезным ископаемым, что находилось под землей независимой страны, несмотря на наличие металлургического комбината.
Но в это время в Засрундию вернулись добрые духи во главе с даже не каким-то Помполитом, а своим Верховным Жрецом Тараном. Добрые духи притащили все необходимое для дальнейшего процветания страны, и Ы-Гаго легко догадался, насколько Верховный Жрец сильнее Могучего Союза, хотя бы потому, что такого количества огненной воды Заструндия не получала в качестве гуманитарной помощи даже в годы своего независимого расцвета.
Верховный Жрец Таран объяснил с помощью двух толмачей товарищу Ы-Гаго, что теперь-то жизнь наладится и Засрундия никогда не свернет с избранного пути даже при дальнейшей демократизации ее общества. В качестве наглядного подтверждения своих слов Верховный Жрец разрешил Генеральному секретарю расхаживать с его любимым шаманским жезлом, согнал Хулу с трона, но при этом на банку колы не покушался, а наоборот, дал ему две бутылки огненной воды и вместо ожидаемых «Материалов XXX съезда КПСС» одарил журналом с белыми женщинами. При виде аппетитных дамочек у Председателя Верховного Совета активно зашевелилась его железяка над ушами, с которой, между нами говоря, начались кое-какие Объективные трудности в стране, потопавшей по пути строительства социализма.
Добрые духи, беспрекословно подчинявшиеся Верховному Жрецу, устроили раздачу многочисленных подарков, и народ воспрял духом.
Спустя несколько дней столица Засрундии несказанно преобразилась. Вокруг Хижины Съездов в качестве полного выполнения жилищной программы вырос палаточный городок. Засрундийки защеголяли в набедренных повязках с надписью «Гласность», а добрые духи, уверенно надыбав с помощью Ы-Гаго нычку предшественников, едва успевали распаковывать многочисленные ящики с оттрафареченной надписью: «Подарок братскому засрундийскому народу от Советского Союза».
Извлеченные из ящиков сноповязалки с вертикальным взлетом, трактора с прицелами ночного видения и прочая сельскохозяйственная техника, вроде ракетных комплексов для разгона туч над джунглями, была приведена в полную готовность вместе с направленными на повышение урожайности более мелкими орудиями производства в виде химикатов, противогазов, горюче-смазочных материалов и запасных частей к косилкам Дегтярева.
Народ независимой Засрундии воспрял духом еще больше. Пускай Могучий Друг ушел туда, откуда нет возврата, зато он оставил засрундийцам достойного преемника Верховного Жреца. Генеральный секретарь ЦК приказал отцепить отощавших буйволов от бампера своего автомобиля, и один из добрых духов, как и в годы наивысшего экономического расцвета страны, катал Ы-Гаго взад-вперед между трех огромных баобабов.
После всех этих дел регулярное поступление гуманитарной помощи рассматривалось гражданами социалистической Засрундии как само собой разумеющееся, и они еще бдительнее стояли на страже своих завоеваний.
Именно поэтому, когда к границе суверенного государства притопал явно злой дух с белым платком над ушами, нагло требуя, чтобы ему немедленно выдали Верховного Жреца Тарана, вся страна заорала дурным голосом за нарушение современных прав человека, древних законов гостеприимства, покушение на демократическо-социалистические ценности, подспудно имея в виду огненную воду и вкусную пищу «Педигри Пал».
Полномочный представитель независимой страны, который научился безбоязненно обходиться без набедренной повязки еще на втором курсе Московского института международных отношений, поднял в ООН политический вопрос и геволт: до каких пор США будут вмешиваться в наши внутренние дела? Империалисты обнаглели до того, что требуют выдать гражданина суверенной страны, не имеющей с Америкой даже видимости дипломатических отношений.
Пользуясь явной поддержкой других государств, не свернувших с пути социалистического строительства, засрундиец слегка свернул кукиш в сторону Америки, снял туфлю с ноги и, постучав этим предметом по трибуне, грозно прогарантировал: мы вам покажем хупкину мать, носорогом трахнутые. Еще раз заикнетесь за вмешательство в наши внутренние дела, третьей мировой войны не миновать. И ее последствия будут куда страшнее, чем от второй мировой, когда свободолюбивые засрундийцы одержали победу над агрессором Чау, доблестно освободив от оккупации не только земли у ручья, но и племена мунгов, тунгов и лунгов, стонавших под босой пятой захватчика.
В результате подобных гарантий Америка не решилась ставить под угрозу все мировое сообщество, и Верховный Жрец Таран продолжал достойно инвестировать экономику родимой Засрундии, предоставившей ему гражданство, политическое убежище и право первой ночи. На Засрундию обрушилось такое количество всяких материальных благ, народ аж стал резко жалеть, что Верховный Жрец не прибыл сюда раньше Десанта Великого Друга, а Председатель Верховного Совета, рассматривая под троном свежие порнографические журналы, даже был готов расстаться с пустой банкой на голове.
К счастью, такой великой жертвы от него не потребовалось. Больше того, Засрундия настолько экономически окрепла, что стала разоряться по дипломатическим каналам: кто является юридическим преемником Великого Друга, вбухавшего в свое время в независимую страну больше ста миллионов долларов проклятущей Америки?
После такого заявления Генеральному секретарю ЦК предстоял огромный объем работы, а потому Верховный Жрец, тяжко вздыхая, взял на себя одну из его обязанностей. Ту самую, которую до Ы-Гаго выполнял нынешний Председатель Верховного Совета.