— Деньги они (Магомет С. и его близкие) всегда «превращали» в золотые монеты, — рассказывал на допросе Владимир Ф., - а покупали их в Ашхабаде у старика туркмена по имени Рузмет-ага. Последний раз купили 100 монет по 150 рублей за штуку. Магомет спрятал их в тайнике дома своей близкой знакомой Стеллы, которая живет во Фрунзе.
Через несколько дней после задержания валютчиков полковник Дугашев вместе со старшим инспектором майором Зейнуллой Абдалиевым и инспектором лейтенантом Евгением Медновым выехали во Фрунзе. Сержант Леонов оказался отличным водителем и через три часа кофейного цвета «Волга» остановилась у дома Стеллы. Квартира оказалась закрытой на замок. Окна застыли, на стеклах-морозные узоры. Видимо, квартира давно не топлена и хозяйки нет дома.
Пришлось ехать за семнадцать километров к родителям Стеллы. Может, она гостит у них? Но мать с отцом и их сыновья Анатолий и Валерий в один голос заявили, что Стелла никуда не собиралась и должна быть дома.
Вторая пара ключей от квартиры Стеллы была у ее младшего брата Валерия. Он учился в строительном техникуме и жил у сестры. Когда Валерии открыл двери и оперативники вошли в дом, то увидели беспорядок: сорванный вместе с плинтусами порог, разбитое кухонное окно, сдвинутую мебель, раскрытые чемоданы, шкафы, сервант, выдвинутые ящики комода, разбросанное постельное и другое белье — следы то ли «обыска», то ли варварского грабежа.
Дугашев оставил Меднова с Валерием, а сам с Зейпуллой Абдалневым пошел по соседям. Одна из соседок рассказала, что видела в окно, как после отъезда оперативников минут через пятнадцать в квартире у Стеллы загорелся свет, а затем еще минут через десять хозяйка с двумя мужчинами ушла из дому. Другая сообщила, что с полчаса назад работники милиции якобы увезли Стеллу на белой «Волге» в Алма-Ату, а Стелла завезла ей в продмаг ключи от квартиры.
Это сообщение еще больше озадачило сотрудников угрозыска.
— Невольно пришла мысль, — говорит Рустем Саутовнч, — что преступники, которые знали о наличии в квартире Стеллы крупной суммы денег и золота, могли под видом работников милиции забрать все это, а Стеллу увезти и уничтожить, чтобы скрыть следы… Близкие Магомета С., знавшие об их капиталах, также могли сделать это. Да и сама Стелла могла инсценировать ограбление, а деньги и ценности присвоить. Тем не менее мы пригласили понятых и в их присутствии зафиксировали все, что видели, и одновременно осмотрели вероятные места хранения денег и ценностей.
Без малого в одиннадцать ночи в дом вошла Стелла. На лице — смертельная бледность, заикается, говорить не может. Я, взяв с собой Меднова, вышел на улицу, чтобы проверить, нет ли там кого. Все было тихо. Леонов, находившийся в машине, которая стояла метрах в пятидесяти около дома, тоже никого не заметил.
Вернувшись в дом и дождавшись, когда Стелла придет в себя, стали расспрашивать ее о случившемся.
Накануне, поздно вечером, к ней пришел незнакомый молодой человек и якобы по поручению Магомета предупредил ее, чтобы она не выносила из дому деньги и ценности, а для него приготовила определенную сумму денег, которые он заберет у нее завтра у кинотеатра «Алатао». Минуть через десять состоялся второй визит незваных гостей.
Два кавказца, отрекомендовавшись родственниками Магомета, хотели с ней о чем-то поговорить, но отложили разговор, потому что кроме Стеллы в квартире были ее брат Анатолии и подруга.
Жильцы квартиры занесли со двора лопаты, лом, топоры и улеглись спать. Во втором часу ночи постучали. Трое мужчин, сказав, что они из милиции, просили открыть дверь.
Перепуганная Стелла двери не открыла, и «работники милиции» до утра бродили вокруг дома, что-то искали под кирпичами, досками, копались в кучах золы и мусора.
Утром, когда на улице стали появляться люди, Стелла открыла им. Предъявив «постановление на производство обыска», незнакомцы сказали, что Анатолий и подруга хозяйки могут идти по своим делам. Им-де нужна только хозяйка.
Как только Стелла осталась одна, неизвестные стали требовать у нее деньги и золото. Переворошив все в доме, предупредили, чтобы к вечеру она приготовила требуемое, и уехали. Стелла, у которой закрались сомнения насчет «работников милиции», намеревалась сама сообщить об этих странных визитах в милицию, но не смогла. Трое мужчин следовали за ней по пятам и она вернулась домой. Следом явились двое из тех, что утром делали «обыск». Поняв, что ни денег, ни ценностей Стелла им не даст, они предложили взять с собой необходимые вещи и повезли, как они объявили, в «Алма-Атинскую тюрьму». Однако остановились они у глубокого обрыва.
— Гляди, — сказал одни из вымогателей. — Если завтра не выдашь нам все, что оставил у тебя Магомет, твой труп будет лежать на дне.
А затем вернулись во Фрунзе и оставили ее на одной из улиц, недалеко от дома, назначив ей свидание на завтра у главпочтамта.
Вопрос Дугашева, не попали ли деньги и ценности в руки мошенников, был неожиданным для Стеллы. Она машинально ответила: «Нет».
Работа усложнялась. Предстояло не только охранять женщину от покушения и искать «капиталы» Магомета С., но и найти преступников, орудовавших под видом милиционеров. Что касается второй задачи, то на помощь пришли сотрудники киргизского уголовного розыска. А первую надо было решать самим.
Не раз и не два беседовал Дугашев со Стеллой, объяснял ей, каким образом добывал эти нечистые деньги ее возлюбленный, растолковывал, что она будет считаться сообщницей, если добровольно не отдаст то, что по праву ни ей, ни Магомету не принадлежит. В конце концов женщина поняла свою незавидную роль во всей этой истории и отдала деньги, золотые монеты, перстни. Их прятал ее младший брат Валерий.
… Тем временем другие сотрудники Дугашева нашли в Ашхабаде Рузмета-ата, а работники киргизского угрозыска — бандитов, на совести которых был не только описанный случай.
Все мои герои — это люди, отдавшие лучшие годы борьбе за свободу и независимость нашей Родины. Но и после победы над фашизмом нд первом месте у них всегда стояли интересы государственные, интересы общества. Они и сейчас на переднем крае, там, где больше всего требуются их знания, опыт, их личный пример.
ЧАСОВЫЕ ДОРОГ
С восточной окраины Алма-Аты почти под прямым углом друг к другу расходятся два асфальтированных тракта — Кульджинский и Талгарский. Они бегут мимо городков и селений, мимо яблоневых садов и полей, и, встретившись в Маловодном, уже одной серой лентой спешат к Чилику и далее — на Чунджу, Кегснь, Нарынкол.
На этих трактах от Алма-Аты до Чилика несет свою нелегкую дорожную службу автомото-подразделение Алма-Атинского областного управления ГАИ.
220 километров непрекращающихся ни на минуту дежурств…
220 километров ответственности за судьбы людей и машин…
220 километров готовности к любым неожиданностям…
В течении семи лет этим подразделением руководил майор Георгий Антонович Конин.
Игорь Алексеевич проснулся от внезапно наступившей тишины, хотя казалось, что вот только сейчас он слышал на кухне голоса детей и жены, и ему, утомленному долгим ночным перелетом мешали эти голоса и звон посуды, привычный утренний шум города за окном. Комнату заливало солнце, и по тому, как нагрелись половицы, он понял, что на дворе уже немилосердно жарко. Отодвинув в угол нераспакованный чемодан, он стал не торопясь собираться.
Времени в запасе было достаточно. Игорь Алексеевич до блеска начистил ботинки, остался доволен отутюженной формой и, поправляя перед зеркалом погон, как-то особенно остро ощутил, что отпуск кончился, дни отдыха у матери в Москве остались позади, и вот уже сегодня нужно вновь выходить на дежурство. «Да, может, это и лучше, — подумал он, — там на тракте, в предгорьях, наверное, полегче — не такое пекло, как здесь».