Пауло
Подожди еще немного.
Пастушок
Не могу я медлить, нет:
Я иду по этим долам,
Я отыскиваю след
Заблудившейся овечки,
Что от стада отошла;
А венок, который видишь
Здесь, любовь моя сплела —
Для нее. Сплести хозяин
Повелел мне потому,
Что своих овец он ценит
В то, что стоили ему.
Оскорбивший бога должен
Обратить мольбу к нему.
Милосерд он, и в прощеньи
Не откажет никому.
Пауло
Подожди, пастух!
Пастушок
Не смею.
Пауло
Я тебе не дам уйти.
Пастушок
Ты попробуй лучше солнце
Удержать в его пути.
(Ускользает из его рук.)
Сцена 12
Пауло
В сердце трепет и тревога.
В странном облике своем,
Больше божьем, чем людском,
Возвестил пастух мне строго,
Что своим сомненьем бога
Прогневляю я опять,
И при этом дал понять,
Приведя свои примеры,
Что с молитвой, полной веры,
Надо бога умолять,
Да простит он… А Энрико?
Этот грешник? Что, как он
Будет господом прощен?..
Если так, то дух мой дико
Сатаной был обольщен…
Нет! Прощенным быть не может
Этот грешник, что слывет
Худшим в мире. — Не тревожит,
Пастушок, тебя мой гнёт…
А меня сомненье гложет…
Если б только захотел
Он покаяться смиренно,
Он прощенье бы имел,
И тогда благословенный
Был бы Пауло удел.
Но, пастух, ужель настолько
Милосерден будет бог[70]…
Нет, он милостив, но строг.
В ад — единый путь нам только,
Райский нам закрыт чертог.
Сцена 13
Педриско, Пауло
Педриско
Слушай, Пауло… От нас
Ты далеко был сейчас…
О событьи самом странном
(Не сочти его обманом)
Я принес тебе рассказ…
Там, на берегу зеленом,
Близ звериного жилья,
Где по каменистым склонам,
В вечном трепете, струя
Ниспадает с тихим звоном,
Там, покинувши троих,
Что повешены болтались,
Я и Селье оставались.
Вдруг, заслышав чей-то крик,
Оба мы перепугались,
Я вскричал: «Проклятье!» Хвать!
Видим мы: морскую гладь
Пенят два пловца с отвагой,
И один в зубах со шпагой…
Мы бросаемся спасать…
Буря воет на просторе.
Крови жаждущем… И в споре
С силой ветра два пловца
То касались звезд лица,
То ввергались в бездны моря.
Меж алмазных брызг граненых
Две виднелись головы
Двух пловцов… Сочли бы вы
Будто плахой для казненных
Были буйные валы.
Опасался я, сознаюсь, —
Не осилить им пучин.
Но — спаслись. Я постараюсь
Кратким быть. Из них один
Был Энрико.
Пауло
Сомневаюсь.
Педриско
Я сказал тебе, отец,
Ты не спорь, — я не слепец.
Пауло
Ты ли видел сам?
Педриско
И слышал.
И видал.
Пауло
Когда он вышел,
Что он сделал?
Педриско
Молодец
Без проклятий уж не мог.
Да какую милость бог
Этим людям не окажет…
Пауло (с собой)
И пастух, пожалуй, скажет,
Что ему открыт чертог
Вечно блещущего рая!
Впрочем, я не потеряю,
С ним увидясь, ничего.
Педриско
Банда тащит уж его.
Пауло
Я сказать тебе желаю…
(Разговаривает в стороне с Педриско.)
Сцена 14
Энрико и Гальван, мокрые и со связанными руками, влекомые разбойниками. Пауло и Педриско
Энрико
Нас вы тащите куда?
1-й разбойник
Тащим вас, дружки, сюда
Для показа атаману.
Пауло (Педриско)
Сделай.
(Уходит.)
Педриско
Спорить я не стану.
1-й разбойник
Атаман уходит?
Педриско
Да,
Ваши милости подверглись
Здесь опасности великой.
Но куда вы направлялись?
Отвечайте, господа!
вернуться
70
Ужель настолько милосерден будет бог. — В подлиннике игра слов: remedio medio — «средний выход» (ужели божье милосердье найдет третий выход).