Он оглядел улицу, затем снова посмотрел на нее.
— Ты не расстроила меня. Если бы ты расстроила меня, это бы значило, что меня волнует, что ты думаешь, а это не так. Мне не нужен друг. Тебе не нужно извиняться или помогать мне. Просто закончи свою статью и перестань ошиваться здесь. — Он добавил с ироничной гримасой, указывая на свои синяки. — Здесь небезопасно.
— Мне это же говорили раньше, — Меган сделала паузу, затем импульсивно добавила: — Нет, здесь небезопасно, и ты не в состоянии быть здесь прямо сейчас. Вот почему ты должен пойти со мной.
— Что?
— Пойдем, останешься в моей квартире на ночь или две, пока мы не найдем тебе безопасное для жизни место. — Ее внутренний голос спросил ее, неужели она и правда сделала такое предложение.
— Типа групповой дом или приют? Нет, спасибо.
— Хорошо, ладно. Никаких властей. Никаких приемных семей, ведомственных учреждений или приютов. Никто не будет вмешиваться, просто ты проведешь несколько ночей у меня и будешь спать на диване в теплой гостиной, вместо заброшенного здания на сквозняке.
Он опустил взгляд в землю, его плечи слегка сгорбились, а мышцы шеи напряглись. С искаженной левой стороной лица было очень трудно прочитать его выражение лица, но казалось, что он обдумывает предложение.
— Горячий суп, да еще и бесплатно, — сказала она с улыбкой, пытаясь разрядить воодушевленный тон своей мольбы.
Он втянул нижнюю губу в рот, затем поморщился, когда рана открылась и начала кровоточить. Он высунул язык, чтобы вытереть кровь.
— Душ, чистое постельное белье, лазанья быстрого приготовления для микроволновки, которая не так уж и плоха, — умасливала она.
Он пожал плечами и скрестил руки на груди.
— Согласен, — пробормотал он. — На одну ночь.
— Я припарковалась в нескольких кварталах отсюда. Есть ли у тебя вещи, которые нужно забрать?
— У меня сумка там, — он ткнул пальцем в сторону одного из баров. — Я заберу ее.
— Я подгоню машину.
Он уходил, хромая, и Меган задумалась, какие еще у него есть повреждения. Хромота убедила ее, что она приняла верное решение, импульсивное или нет, пригласив его домой, и даже ее разумный внутренний голос согласился и заткнулся. Часть ее хотела побежать вслед за ним, не позволить ему пропасть из вида, пока он не будет в безопасности в ее машине, но она понимала, что должна доверять ему. И когда она подогнала машину, а он ждал ее на тротуаре со своей запачканной спортивной сумкой, перекинутой через плечо, она была готова завопить от радости.
ZY
Когда они приехали к ее зданию, Меган повела «Рта» вверх по лестнице к своей квартире на третьем этаже. Она никогда не пользовалась лифтом с того дня, как миссис Райан застряла в нем на пять часов. Он двигался медленнее и медленнее к тому времени, как они прошли последний пролет, и она проклинала себе за то, что была такой бесчувственной, заставив его подниматься. Она посмотрела на него, когда вставляла ключ в замок.
Он прислонился к стене, его глаза наполовину закрыты, рот сжат в мрачную линию, показывающую дискомфорт.
Меган задавалась вопросом, насколько сильно он был избит и кем, но она не спрашивала, пока они ехали домой. Она ждала, когда он добровольно расскажет. Может, клиент напал на него, или он подрался с другими детьми. «Рот» не скрывал про насилие, что часто происходило на улице, снабженной наркотиками и выпивкой, которую большинство детей использовало, чтобы забыть свое бедственное положение.
Отвлекая свой разум от угнетающих образов, что породил ее разум, она провела его через небольшой коридорчик в гостиную.
— Извини, — у меня нет дивана-кровати, — она указала на кушетку.
— Все в порядке. — Он оглядел помещение, каким-то образом в этой комнатке, он казался более подавленным и маленьким. Или, может, он просто был истощен от подъема по лестнице.
— Я смастерю что-нибудь с помощью простыни и одеял, пока ты будешь приводить себя в порядок. — Она оглядела его критически. — Думаю, что могла бы найти тебе пару штанов и большую футболку, чтобы переодеться, пока ты будешь стирать свою одежду. Если, конечно, у тебя нет чистой одежды в сумке.
Он посмотрел на свои потертые джинсы, рваный пиджак и грязную белую футболку, на которой были пятна крови и грязь.
— Эта подойдет. Я не хочу другую одежду. — Его голос был непоколебимым, а руки крепко прижимали сумку к себе, как будто он не желал принимать еще больше ее добра.
Меган знала, как пробраться сквозь его барьеры. «Рту» очевидно было некомфортно на ее территории, и он не желал признавать, что нуждается в ее помощи. Она попыталась умерить свое нервное бормотание и выбрала более спокойный тон, когда указала ему на ванную и дала чистое полотенце и мочалку из бельевого шкафа.
Она посмотрела на его руки, когда он брал принадлежности, как его костяшки пальцев были побиты от драки, а ногти были искусаны. На долю секунды она задумалась, как эти руки будут прикасаться к ней, его грубая кожа будет скользить по нежной поверхности ее живота, затем она отмахнулась от этих изображений. Но не раньше, чем эта мысль выжгла себя в ее сознании, оставляя следы возбуждения за собой.
ZY
После того как принял душ, «Рот» присоединился к ней на маленькой кухне.
Меган испытала облегчение, когда увидела, что он все-таки решил использовать чистую одежду, которую она оставила за дверью ванной. С мокрыми волосами, зачесанными назад, одетый в треники и мешковатую футболку, он выглядел моложе. Он был чистым, но выглядел так, будто его переехал грузовик.
Стоя в дверном проеме босиком на кафельном полу, он был явно не уверен в себе.
Меган улыбнулась ему, чувствуя, что должна играть роль хозяйки и успокоить его. Сколько времени прошло с тех пор, как он был гостем в чьем-то доме? Не у своего клиента.
— Я обещала лазанью, но она будет греться двадцать минут. Может, пока попьешь что-нибудь?
— Пиво подойдет.
Меган колебалась мгновение, затем послала свою внутреннюю взрослую к черту. Подростку, может, и не было двадцати одного, но он сосал член, чтобы выжить. Не то чтобы пиво испортит его. Она открыла холодильник и вытащила две бутылки местного пива, которое хранила для Джеймса или Сашиного мужа, Стива, потому что они оба были пивными снобами. Она сняла крышки и протянула ему бутылку
Он осушил ее в несколько длинных глотков.
Ее взгляд устремился на его подпрыгивающее адамово яблоко. Как бы ни старалась, она чувствовала, что ее внимание снова и снова возвращается к его телу. И каким-то образом она сомневалась, что он не заметил ее взглядов. Жизнь этого подростка зависела от чтения невербальных жестов людей. Он мог заметить, если кто-то смотрел на него. Ей нужно было контролировать свой взгляд.
Когда он опустил бутылку, его взгляд встретился с ее и удерживал его на долгое мгновение. Воздух на кухне потрескивал от ощутимого напряжения.
Меган первая отвела глаза.
— Могу я спросить у тебя кое-что? — сказала она, надеясь разрушить неловкую тишину, что образовалась, пока они ждали, когда еда приготовится.
— Конечно. — Он поставил пустую бутылку на стол.
— Как тебя зовут по-настоящему?
Он затих на мгновение, рассеяно проводя языком по своей израненной губе, пока Меган сосредоточила свой взгляд в другом месте. Она снова вторгалась в его личное пространство, но она больше не могла называть его «Рот». «Рот» было его уличным именем, именем проститута. Это имя было придумано, чтобы вызывать воспоминания о минетах в темных переулках или на передних сиденьях машин. Когда его губы были растянуты вокруг члена другого мужчины. От этого имени разило сексом, и оно не принадлежало ее кухне.
— Кажется неправильным называть тебя «Рот» здесь, — добавила она, когда поняла, что он не собирается отвечать.
Он кивнул.
— Достаточно справедливо. Я полагаю, что должен тебе хоть что-то. Я Шон.