Рыча, я выбралась из постели и открыла свою дверь, за ней стояли Делани и Дёрк, оба одеты в повседневную одежду, руки скрещены на груди.
— Чего вы хотите? — спросила я, мой голос был похож на карканье, а глаза пытались приспособиться к свету. Который час и какой сегодня день?
— Ты воняешь! — воскликнула Делани, закрывая нос.
— Спасибо, это все, что ты хотела сказать?
— Нет, сегодня понедельник, и Дженни сказала, что если ты не покажешься завтра на работе, у Глэдис случится инфаркт.
— У меня пневмония, — сымитировала я кашель.
— Нет, это не так. Теперь, пошли. Ты примешь душ, потому что, фу, девочка! И затем мы пойдем обедать. Не думаю, что ты ела эти дни.
— У меня были соленые крекеры под кроватью, — призналась я.
Нос Дерка сморщился, пока он изучал мой внешний вид. На мне были пижамные штаны, фиолетовая футболка, на несколько размеров больше, один носок и волосы, прилипшие к голове, так как я не принимала душ два дня. Не мой звездный час.
— Ты прекратишь страдать. Пошли.
Без моего разрешения, Делани схватила мою руку и повела меня в ванную, где включила душ и уставилась на меня. Я подняла руки, пятясь к стене.
— Какого черта ты делаешь?
— Снимаю твою одежду. Мне плевать, если я увижу тебя голой; тебя надо помыть.
— Ну, вообще-то это волнует меня.
— Тогда, будь большой девочкой и прими душ сама, или я сделаю это за тебя. Я выберу для тебя одежду, когда мы выберемся отсюда. Торопись, мы с Дерком голодны.
— Ладно, — уступила я и стала ждать, пока Делани уйдет, но вместо того чтобы покинуть ванную, она села на крышку унитаза и закрыла глаза.
— Продолжай, я не смотрю.
— Почему ты не уходишь?
— Ох, чтобы ты заперлась внутри ванной и утопила себя? Ага, я так не думаю.
— Я не буду топиться, — усмехнулась я, быстро раздеваясь и заходя в душ. — Ааааа! Здесь холодно!
— Да, знаю. Думала, это пробудит тебя.
Затем я включила горячую воду, зная, что не смогу выпрыгнуть из душа, потому что тогда эта злая, злая девчонка увидит меня голой. Как только вода стала теплой, я начала мыться, пытаясь забыть о том, что бритвы Генри тут больше нет. Не-а, я не буду думать об этом.
Я быстро намылилась, за две минуты сполоснув все свое тело, потому что, чем дольше я тут стояла, тем дольше ощущала, что начинаю слабеть и появляется желание свернуться в позу эмбриона на дне душа.
Я выключила душ и схватила полотенце, висевшее рядом с душем.
— Ты помыла свой женский кактус? Это был очень быстрый душ, — заявила Делани.
— Да, я помыла свой женский кактус. Боже, я не неандерталец.
— Уверена, неандертальцы мыли свои женские кактусы.
— Для тебя это такой радостный опыт, — ответила я саркастично, оборачивая свое тело полотенцем и выглядывая из-за душевых занавесок.
— Я думала, ты собираешься приготовить для меня одежду.
— О, да, вперед, пошли в твою комнату. Там ты сможешь расчесать волосы и нанести немного туши.
Закатив глаза, я последовала за Делани из ванной в свою спальню, пока Дерк сидел на диване, просматривая спортивные результаты. Мой разум вернулся к ночам, когда Генри и Дерк смотрели результаты вместе, разговаривая о своих любимых командах, их победах и поражениях.
Мое сердце обливалось кровью.
— Ты навеваешь депрессию на окружающих, — произнесла Делани после мгновения тишины, пока я расчесывала волосы, она выбирала мне прикид.
— Спасибо, ты очень милая.
— Ну, я имею в виду, давай же, Рози. Ты можешь хотя бы послать мне маленькую улыбку.
— Сейчас мне этого не хочется, — ответила я грустно. — Ты знаешь, Делани, я никогда не понимала, как один человек может нуждаться в другом, пока Генри не ушел. Люди всегда говорят о вторых половинках, но до этого момента я их никогда не понимала. — Я сделала глубокий вдох и посмотрела на нее. — Когда-нибудь боль станет меньше?
Делани грустно улыбнулась, но кивнула головой.
— Станет, Рози. Обещаю. Просто для тебя все это в новинку. Станет лучше.
— Надеюсь. Могу я просто собрать волосы в мокрый пучок? Мне не хочется делать сейчас что-то особенное.
— Так нормально. Только надень хотя бы ободок.
— Ну конечно, — я слегка улыбнулась.
Делани выбрала мои любимые джинсы и простой черный топ, который облегал мою верхнюю часть. Я подобрала к топу черный ободок, на котором был маленький красный цветок, нанесла подводку — да, сумасшествие, я знаю — и немного туши. Все было настолько хорошо, насколько я могла.
— Возможно, ты захочешь воспользоваться дезодорантом, — добавила Делани, наблюдая, как я иду к двери.
— Ух, тупые подмышки.
Я нанесла дезодорант и немного духов — становлюсь еще безумнее — и схватила свою сумочку.
— Хорошо, пошли.
Дерк встретил нас в гостиной, его руки были в карманах.
— Готовы? — спросил он, притягивая Делани к себе.
— Готовы, — неохотно ответила я, уже зная, что я была неловким третьим колесом в этой прогулке. — Куда мы идем?
— Как насчет Шейк Шак? Простое, но хорошее место, и идеальное лекарство для твоего маленького разбитого сердечка, — произнесла Делани.
— Мне это подходит, ты платишь? — я хлопала ресницами, пытаясь по полной разыграть свою жалостливую карту.
— Я, — подмигнул мне Дерк. — Но это значит, что мы должны быстро заскочить к моему приятелю, чтобы я забрал свой набор Ультимэйт Фрисби. Его квартира около Шейк Шак.
— Ух, вы заставляете меня делать то, что я не хочу.
Будучи богачами — хотя на самом деле это не так — мы забрались в такси и сидели рядом друг с другом, пока Дерк называл водителю наше место назначения. Я не платила, так что не собиралась жаловаться на то, что мы едем на такси. У Дерка было много денег; я не беспокоилась о том, чтобы разорить его.
Мимо меня пролетали забитые людьми улицы Нью-Йорка, пока мы ехали по заполненным дорогам, подъезжая довольно близко к другим машинам. Поездка на такси в Нью-Йорке — это как водительская версия русской рулетки. Ты либо сделаешь это, либо получишь пулю, то есть врежешься в машину перед собой, рядом с собой или даже позади себя. Это шанс, которым ты пользуешься каждый раз, когда садишься в такси.
— Думаешь о том, какой шейк заказать? Клубничный? — спросила Делани, подталкивая меня плечом.
— Ага, что-то типа того, — ответила я.
Поездка к дому друга Дерка была на удивление спокойной. Мы подъехали к зданию, снаружи стоял швейцар, ожидая новых посетителей. Причудливо.
Я завидовала этому месту; оно было в непосредственной близости с театральным районом, где я всегда хотела жить. История Нью-Йорка и старые времена всегда притягивали меня, особенно когда это было связано с Бродвеем. Я была плоха в пении, но поставьте передо мной мюзикл, и я буду дни напролет смотреть его. У меня старомодная душа.
— Вау, я завидую твоему другу, — призналась я, когда Дерк кивнул швейцару, который открыл для нас дверь.
Вестибюль был красивым, в белом мраморе и с колонами. Он казался почти роскошным, как будто в любую минуту Дональд Трамп мог выскочить из-за двери.
Дерк подвел нас к лифтам и нажал на кнопку десятого этажа. У его друга был вкус, но не слишком вычурный, так как это не пентхаус, но кто я такая, чтобы судить? Последние несколько дней я использовала носок как маску для сна.
— Хорошее место, — ответила я, пока мы поднимались.
— Да, рента была низкой. У парня есть связи.
Мы дошли до конца коридора, к золотисто-желтой двери с цифрой восемь на ней. Дерк несколько раз постучал, терпеливо подождал, чтобы дверь открыли, но все что мы услышали, это «Заходите» откуда-то издалека.
Дерк открыл дверь, и я последовала за ним и Делани, чувствуя себя немного неловко от того, что захожу в квартиру незнакомца.
Полы квартиры были из дуба, стены естественного темно-серого цвета. Не мой любимый, но он отлично сочетался с полами. Гостиная была в углу, предлагая потрясающий вид из окна. Ага, я официально завидовала. Я просканировала гостиную и оценила ярко-красный диван, который казался раем, на котором можно посидеть, и белый камин, который находился в центре комнаты.