- Ты все делаешь замечательно, малыш. - Прозвище слетает с губ, прежде чем могу что-либо сделать, и я тут же напрягаюсь, ожидая, как она отчитает меня.
Но Саванна лишь берет меня за руку и ведет в комнату. Внутри темно, и я улавливаю запах на ее одеяле. Член мгновенно реагирует, превращаясь в Эйфелеву башню, и я благодарен, что на мне все еще джинсы. Она подталкивает меня к кровати и ложится с левой стороны, укрывая ноги одеялом.
- Я должна спать на этой стороне, - объясняет она. - Очевидно, беременным женщинам нельзя спать на правом боку. Кровоток или что-то связанное с ним.
- Слишком много правил для беременных, - комментирую я, пытаясь отвлечь ее, чтобы она не заметила мой стояк. Уверен, что у вер-пум отличное ночное зрение, чем у людей. Я сажусь с правой стороны кровати и снимаю обувь и носки. Спорю сам с собой снимать джинсы или нет.
- У тебя уйдет вечность, чтобы лечь в постель, - произносит она, сонным и усталым голосом, когда ложится на подушку.
Это убивает всю похоть в моем теле. Желание защитить и утешить ее берет вверх над всем остальным.
- Я не принес пижаму.
- Ты можешь раздеться. Я видела тебя голым. Мы же веры, помнишь?
Я помню. Я снимаю все, кроме майки и трусов, потому что не могу доверять себе лежа с ней голым. Даже у заботливого мужчины есть свои пределы. Устроившись в постели, я ложусь на спину и пытаюсь расслабиться.
- Дай мне руку. - Голос ее мягкий с нотками усталости и она хлопает по бедру. - Прижмись ко мне.
Бум. Опять стояк.
- Я... возможно, возникнут небольшие трудности.
- Это плохо? - спрашивает Саванна. - Если ты дотронешься до меня?
- Я не против, если ты не возражаешь.
- Не возражаю.
Аккуратно придвинувшись, я прижимаюсь к ней. Кладу руку на живот, и Саванна взяв её кладёт себе под грудь на верхнюю часть живота. Она довольно вздыхает и удобнее укладывается на подушке.
И я в раю. Это пытка и блаженство одновременно. Притянув ближе, я обнимаю ее. У нее большой живот, но я люблю ее такой. Мне нравится, что она хочет, чтобы я обнимал ее, пока она спит. Мне нравится, что ее не волнует, что мой член стоит по стойке смирно, потому что я думаю, что он не собирается менять положение.
- Прости, - бормочет она через пару секунд,
Я снова настораживаюсь.
- Простить за что?
- Что я слишком устала, чтобы поиграть.
Я смеюсь.
- Я не возражаю. Просто рад быть здесь с тобой.
Я не могу удержаться. Ее кожа обнажена, и я оставляю легкий поцелуй в изгибе ее шеи.
Она слегка дрожит.
- Щекотно.
- Извини. - Вообще не жаль. Я прижимаюсь к ней абсолютно удовлетворенный и жду, когда она уснет, после чего засыпаю сам.
Глава 18
САВАННА
Коннор меняется.
Я не знаю как или почему, но он из членососа превращается в идеала. Последние дни он просто замечательный. Остается дома, помогает мне с уборкой, приносит обеды и нянчиться с Первородными. Он содействует мне в работе с мужчинами, и моя беспорядочная жизнь, рядом с Коннором становится менее беспорядочной. Ночью, мы спим вместе - только в платоническом смысле, именно спим и видим сны.
Я еще никогда так хорошо не высыпалась. Так мирно не спала. А просыпаться в его объятьях? Мне сразу начинает казаться, что меня холят и лелеют.
Я бы сказала, любят, но не знаю, по правде ли Коннор меня любит. Что касается меня, он собственник, заботящийся обо мне, но не знаю о любви. И боюсь даже надеяться.
Потому, что влюбляюсь в Коннора. По-настоящему влюбляюсь. И какой-то частичкой сознания, я думаю, что это ошибка. Я боюсь, что он так себя ведет только из-за детей. Боюсь, что всё это лишь показуха, и когда я рожу, Коннор-чмо вернется и бросит меня.
А иногда начинаю волноваться, что он не захочет меня с детьми и просто уйдёт. И это - самое худшее переживание.
Сейчас, я должна блистать от счастья. Коннор - чудо, я больше не чувствую себя мамой-одиночкой, и работа стала легче. Детская почти готова, и моя тошнота практически прошла, благодаря ежедневному употреблению по банке устриц. На этой неделе я не перекидывалась и зуд все увеличивался. Но завтра будет большой пикник с барбекю, так что облик пумы оставим на завтра.
Единственная проблема с Коннором? Он не хочет ласкать меня. В сексуальном плане.
В первую ночь из-за усталости я уснула, и что? Этот прецедент поставил стену в наших отношениях. Коннор ложится со мной в кровать, я чувствую его стояк, которым он прижимается к моей заднице, и что дальше?
Дразнит ли он мою грудь? Ласкает ли меня? Целует? Нет, нет и ещё раз нет. Коннор говорит "Спокойной Ночи" и засыпает.
И это немного расстраивает. Я ведь беременна, а не умерла. На самом деле, рядом с Коннором я сильно возбуждаюсь. Но он никогда не занимается со мной любовью. Я боюсь, что мое очень беременное тело не привлекает его, как бы глупо это не казалось. И боюсь, что это доказательство его притворства заинтересованности в присутствии в моей жизни
Я о многом переживаю, а все должно быть идеально.
Что же сейчас? Я на работе, Коннор забрал трех моих Первородных в строительный магазин, потому что им нужно научиться красить гипса-картон. Он считает, что им этот навык пригодится, а я думаю, что это отличный отвлекающий фактор. За это время я должна бы поработать.
Но, сижу и гуглю, как беременным женщинам развести мужа на секс. И чувствую себя просто дурой. Мы ведь даже не женаты. Нужно спросить, хочет ли он быть со мной только ради детей. Если да, все нормально. Я переживу. Но мне нужно знать, потому что рискую отдать сердце не тому.
И я не знаю, что делать, если Коннор меня отвергнет. Одно дело отвергать самой, а если ты решила, что хочешь его, а он потерял интерес... это совсем другое. Он не предпринимает попыток двигаться дальше, что странно, учитывая его требовательное и собственническое поведение ранее.
Черт, он заставил меня кончить, а сам остался ни с чем. В каком-то смысле можно подумать, что Коннор хочет все решить, но пока что он ведет себя, как сосед.
Но ведь этого я хотела? Я не хотела быть отвергнутой, но сейчас все только это и напоминает. Не уверена, что мне это нравится.
Я могу или оставить все, как есть, или подтолкнуть Коннора к действиям. Заставить его обхватить мою грудь, соблазнить, когда мы лежим в постели. Что-нибудь нужно предпринять.
Что угодно
Гормоны беременности с этими платоническими отношениями, доведенными почти до логического конца, просто сводят с ума. Впервые, я начинаю понимать, что не хочу быть с Коннором просто друзьями. Не хочу, чтобы он находился рядом только ради детей. Я хочу большего.
Я хочу любящую пару.
И отчаянно надеюсь, что еще не поздно. Что-то во мне его отталкивает и не возбуждает. Разволновавшись, я наматываю волосы на палец.
Телефон пищит от пришедшего сообщения, заставляя меня испуганно подпрыгнуть.
Коннор.
Я сильно волнуюсь и кладу ногу на ногу, беря телефон.
Коннор: "Зацени"
Он прислал ММС, на которой запечатлены Энраи, Ши и Лир в художественном классе. Все трое, с сосредоточенными выражениями лиц, валиками закрашивают по листу гипса-картона. Я пальцами прикрываю улыбку и пишу ответное СМС.
Сав: "Они хорошо себя ведут?"
Коннор: "Они все поняли, и им нравится красить".
Сав: "Хорошо. Я волновалась за вас".
Ложь, я не волновалась. Я просто нервно была одержима навязчивым желанием, чтобы Коннор мне написал и поговорил. Слабачка.
Коннор: "Все хорошо, они молодцы. Детка, я думаю, что им просто было скучно. А нам нужно предоставить им работу, благодаря которой они научатся быть взрослыми и самостоятельными. Если ты рассказала мне правду, то мы забрали их из хищной среды и поместили туда, где они теряются и скучают. Они больше не охотятся, потому что мы просто даем им еду. Нужно их занять или, в конце концов, они превратятся во взрослых детей, которым необходим будет уход двадцать четыре часа в сутки, потому что сами о себе они не смогут позаботиться".