В решающем бою кто-то из подруг, не узнав Антиопу, сразил ее. И тут битва прекратилась — скорбели и афиняне, и амазонки…
Вот так начинался для маленького грека урок истории и географии, связанный с амазонками. Он узнавал, где они живут (Эвксинский Поит), каковы главные черты характера — независимость, воинственность. И пусть герои Эллады побеждают — это дано ведь немногим, а в целом борьба с амазонками дело трудное, но весьма почетное.
И не только Геракл и Тесей занимались этим. Был, к примеру, еще один герой — Беллерофонт, сын Главка, внук Сизифа. Служил он царю Ликии, а тот тоже посылал его против амазонок. Вот ведь какое значение имели воинственные женщины — борьба с ними засчитывалась древним героям в качестве подвигов!
Вернемся теперь к Гераклу, возвращающемуся с поясом Ипполита.
На обратном пути его корабль пристает к Трое. На берегу герой находит дочь местного царя Гесиону, прикованную к скале. Она принесена в жертву чудовищу, которое вот-вот покажется из воды. Геракл предложил освободить девушку, а взамен попросил трех Зевсовых коней, находившихся в царской конюшне. Чудовище было убито, но коней царь не отдал и прогнал героя. Геракл уплыл, но в душе затаил обиду.
Проходят годы. Геракл собирает своих друзей-героев, приплывает к Трое и захватывает ее. Освобожденную ранее им Гесиону отдает своему другу Теламону. Чтобы как-то скрасить этот шаг, Геракл предложил Гесионе из числа пленных выбрать одного, который тут же получит свободу., Выбор молодой женщины пал на младшего брата — Подарка. Увидев это, Геракл потребовал выкуп-ведь Подарок не просто брат, он член той самой семьи, которая когда-то оскорбила героя. Гесиона сняла с себя покрывало и отдала Гераклу. В Трое остался единственный из бывшей царской семьи, впоследствии тоже царь. А поскольку за него дали выкуп, то царя стали звать «купленным» — Приамом.
Так цикл сказаний о Геракле оказался связанным с троянским циклом. Из последнего до нас дошли две поэмы Гомера «Илиада» и «Одиссея». Исследователи же знают, что поэм, описывающих битву за Трою, было больше. И различные сюжетные линии из них вошли в ряд произведений греческих и римских авторов.
Интересная деталь — корабли греков, направлявшихся в Трою отвоевывать Елену, пристали к берегам Мизии. А там правил Телеф, сын Геракла. Греки звали его с собой, при этом, наверное, не раз поминали подвиги отца и то, что тот уже брал Трою. Телеф отказался вот по какой причине — он был женат на… дочери Приама. Того самого Приама, которого выкупила Гесиона и чей сын похитил Елену. Вот ведь как переплетаются судьбы людей и героев.
В самый разгар осады Трои на помощь своим соседям пришли амазонки. Царица Пенфесилея привела опытнейших воительниц. Удар был так силен, что греки отступили к кораблям. Положение спасли Ахилл и Аякс Теламонид, ранее не принимавшие участие в битве. Ахилл убил Пенфесилею. Тела ее и еще 12 павших в бою амазонок были переданы троянцам.
Еще интересная деталь. На стороне троянцев был бог войны Арес, он же — помните? — подарил пояс Ипполите. Это говорит как о воинственности амазонок, так и о том, что территориально они жили в зоне досягаемости троянцев и, судя по всему, имели общего покровителя. Контакты были разными — сам Приам вспоминал, что даже сражался с амазонками на берегу реки Сангарий. Но перед лицом угрозы троянцам со стороны пришельцев амазонки решили прийти на помощь соседям, еще раз подтвердив мнение о себе как о бесстрашных воительницах.
А где находилась река Сангарий? Давайте возьмем карту Турции — ее северная часть ограничена южным берегом Черного моря, Эвксинского Понта. Так вот, река (ныне она зовется Сакарья) впадает в Черное море с юга, отгораживая северо-западную часть Анатолийского плоскогорья, где расположена Троя, от Понтийских гор. А за этими горами лежит Кавказ.
Тот самый Кавказ, вблизи которого греческие историки помещали царство амазонок.
Прежде чем перейти к сведениям, которые сообщили нам древние историки, хочется заняться не очень сложными вычислениями. Археологам удалось датировать те слои холма Гиссарлык, которые, по их мнению, являются остатками приамовской Трои. Говорится это с легкой оговоркой, ибо ряд специалистов до сих пор считает Троянскую войну выдумкой древних рапсодов. Мысль эта проникла и на страницы советских журналов (см., например, статью Л. Клейна в «Знание — сила», № 3, 1986). Но классической остается датировка десятилетней осады 1194–1184 годами до н. э. Вот и подсчитаем.
Исходя из того, что к концу осады Приаму лет 80, а выкуплен он был сестрой как самый юный член царской семьи, значит, событие это произошло примерно этак лет 70 назад. Тогда Геракл брал Трою где-то в 1260 году до новой эры. Но между девятым подвигом и нападением на город прошло какое-то (и немалое) время. Надо было разобраться с остальными подвигами, побывать в рабстве у Омфалы — на все это требовались дни и годы.
Так что первая временная привязка к сведениям об амазонках — это 1280–1270 годы до н. э. К этим годам можно снова дописать слово «примерно» — поступки древних героев, да к тому же сыновей Зевса, могут не уложиться в рамки нашей датировки. Но, беря за основу реально исчисленную дату, вошедшую в учебники истории, мы можем с достаточной точностью отталкиваться от нее и реконструировать временные границы девятого подвига, а следовательно, первого упоминания в мифах о женщинах-воительницах с берегов Эвксинского Понта.
Итак, XIII век до новой эры — время начала начал «амазонии». Потом нужно вспомнить век VIII — век Гомера (многие исследователи считают, что в поэмах есть вставки и VII века). И, наконец, V век (все эти века, разумеется, до н. э.) — становление греческой историографии.
Есть, вероятно, незыблемый закон — на каком-то отрезке времени у каждого народа резко усиливается интерес к истории. И собственной и сопредельных стран, без чего собственная окажется неполной. Именно так, наверное, считал и Геродот (484–425 гг.), не случайно прозванный «отцом истории». В каких только странах не побывал он сам, откуда только приехавших не расспросил. Оставленные им данные до сих пор являются основными при изучении жизни народов не только Средиземноморья, но и более далеких стран.
Достаточно — вспомнить, что наиболее точные сведения о скифах, населявших в ту пору Северное Причерноморье, оставил нам именно Геродот. А ведь это первые письменные сообщения о древнем народе, жившем на территории нашей страны, народе, оставившем в курганах предметы, свидетельствующие о высокой духовной и материальной культуре их владельцев.
И Геродот первый сообщил нам те сведения об амазонках, которыми он, как историк, обладал. Здесь почти нет мифических героев, нет рассуждений о вмешательстве богов в дела людей. Вдумчивый историк попытался ответить на основные вопросы — откуда взялись амазонки, как начались их контакты с греками, как и с кем соседствуют. И вот что он написал.
Греки, расширяя свое знакомство с Малой Азией, столкнулись с амазонками на реке Фермодонт. Произошла битва, греки победили, захватили амазонок и, погрузив добычу на три корабля, отправились домой. В море амазонки, выбрав удачный момент, перебили греков. Но управлять судами воинственные женщины не умели. Их долго носило по морю и наконец прибило к побережью Меотийского озера.
(Обратите внимание на эту деталь — сев на корабль в Черном море, амазонки сошли на берег Азовского моря. Неуправляемые суда прошли нынешним Керченским проливом? Или же Геродот знал об амазонках и Малой Азии, и Приазовья — как бы разделенных Кавказом — и решил объяснить, как они оказались в Северном Причерноморье?) Сойдя на берег, амазонки захватили скифских коней. Их поведение было так отличительно от царивших в тех краях порядков, что скифы только дивились. А на предложение местных кочевников выйти замуж и жить, как живут скифские Женщины, гордые — амазонки ответили: «У нас с ними неодинаковые обычаи, мы стреляем из луков, мечем дротики, ездим верхом, а женским работам не обучены». (Цитирую по работе известного советского этнографа М. Косвена, составившего наиболее полный свод сведений об амазонках.) Ну, со временем обе стороны пришли к примирению, и, как сообщает Геродот, от этого союза появился народ савроматы.