Феликс Дзержинский – стражем Революции.
Григорий Зиновьев – политическим лидером Коммунистического Интернационала.
А Яков Свердлов – Властелином России.
И если в товарищах согласья нет – на лад их дело не идет…
В случае с Октябрьской революцией в России, так сложилось, что борьба за лидерство в первом социалистическом государстве, развернулась еще при жизни признанного вождя. (При этом, что немаловажно, борьба велась не за его конкретный пост Председателя Совнаркома, а за не писаный статус политического лидера). И велась эта борьба с размахом и по всем направлениям (даже завещание было (!), все прям как у ампираторов!)..
Одним из показателей лидерства, в первые годы после революции российской, несомненно, должно было стать стремление к осуществлению революции мировой (как одно из главных чаяний пролетариата (да-да!)). А так как заниматься рутинной работой никто из «лидеров» не желал (взять Г. Пятакова, которого два раза назначали Главным комиссаром Народного банка РСФСР (Госбанк), а он через месяц-другой «сбегал» в подпольщики), все стремились к признанию лидерства путем великолепной победы.
Мировую революцию планировали осуществлять сразу несколькими способами, и, хотя они вели к одной цели, лидеры этих разных направлений, с первых дней стремились выделять свое первенство в общем деле на свою персоналию.
Возьмем, к примеру, Г. Зиновьева. Его бурная политическая деятельность послужила к назначению его руководителем Коминтерна – фактически вождем Мирового Революционного Движения! Не зря же, сразу после своего образования, в марте 1919 года Коминтерн постановил необходимость участия компартий в национально-освободительных движениях прочих государств. Например, в Германии, где уже через месяц после съезда возникла и даже около двух недель просуществовала Баварская Советская республика.
Схроны с оружием на территориях различных государств, подготовка и проведение диверсий, террор, формирование и тренировка боевых организаций – вот методы работы Коминтерна в борьбе за светлое будущее. Деятельность политиков, в данном случае, безусловно, подкреплялась и координировалась посредством «детища» Дзержинского – ВЧК-ОГПУ. Но это не исключало проведение чисто «коминтерновских» мероприятий за рубежом без участия прочих ведомств.
В итоге, правда, уже в 1925-м, Коминтерн (вместе с Зиновьевым) утратил первенство в борьбе за мировой пожар, приняв, на 5-м Конгрессе тактику партий «в свете поражений революций в Европе».
Троцкий, видимо, отступил от планов по скорому осуществлению мировой революции военным путем сразу после катастрофы Польского похода в 1920-м году. Но, будучи уверенным в себе и в «своей» РККА наркомвоенмором и предреввоенсовета, Троцкий поздно спохватился, что запугивания капиталистов «экспортом революции», рассказов о своей великой роли и мышиной возни на политическом поле уже недостаточно для обретения политического первенства. Также (как и Зиновьев) в 1925-му году он утратил свой былой политический вес, и РККА (несмотря на тайное сотрудничество с германским рейхсвером, что тоже важно), будучи полностью под контролем комиссаров, «уходила» от него.
Ушел и Троцкий. Но налаженная система сотрудничества с германской армией – осталась.
Ближе всех к государственной власти подобрался Дзержинский, глава карающего политического органа, он, после смерти Ленина, стал Председателем ВСНХ СССР. Но государственные дела от политической власти его отдалили не менее чем прочих претендентов, и в борьбе с бюрократическим госаппаратом он «заработал» сердечный приступ, приведший к смерти…
Свердлов…
Итак. Какой расклад для возвращения к Парвусу и мировой революции имеется?
– Политико-террористический Коминтерн.
– Терроро-политическое ОГПУ.
– Рабоче-Крестьянская Красная Армия.
Все эти организации, по определению, кроме функций по обеспечению внутренней безопасности страны (исключая, естественно, нацеленный на прочий мир, Коминтерн), обязаны осуществлять функции внешние (разведка, контрразведка, диверсии и пр.). Для этого каждая организация имела свой немалый штат. И своих руководителей. Которые в силу должностей, обязаны были про мировую революцию, как минимум, не забывать.
Так, разложив по полочкам основные российские двигатели «мировой революции», перейдем к игрокам «интернациональным».
___________
Европа после Великой войны это – дом кверху дном.
Беженцы, разруха, калеки, упадок экономики, националистические восстания, склоки меж многочисленными политическими партиями и т.д. и т.п. Да еще и призрак коммунизма, которого уже начинают бояться.
С какой партией идти во власть, как угадать?
Парвус – не гадает. Он собирается идти во власть… со всеми! Разделяя, так сказать, и властвуя.
И здесь пригождается его «гражданская» профессия.
Кто не знает, Парвус – банкир, издатель и торговец, среди прочего и в основном – оружием. Не мелкий продавец, а «акула» бизнеса, организующий поставки кораблей, самолетов и танков – десятками, мелкого оружия – тысячами, а боеприпасов – миллионами штук.
Сколотив на торговле смертью колоссальное состояние, Парвус вовсе не забывает о своем главном «предназначении» – Власти. Видимо, он настолько тщеславен, что простой власти больших денег ему мало, раз он пытался стать членом революционного правительства России. А может быт его цель – обретение еще большей власти… В общем, Израиль Лазаревич продолжает спонсировать различные революционные движения, также, естественно предполагая, что это – вложения в его прямую финансовую прибыль.
Вообще, вероятнее всего, Парвус первый, а может и единственный, кто верно истолковал Маркса – справедливое государство, общественное равенство, коммунизм и прочее – это прежде всего экономика. А экономика это – деньги. Такой вот парадокс диалектики.
Чтобы построить идеальное общество – нужны деньги. Чтобы поддерживать идеальное общество – потребуются деньги. И деньги же, этот идеал также разрушат, как и все прочие общества…
Парвус целенаправленно сколачивал состояние на мировую революцию. Да-да, скорее всего так и есть, ибо его наследникам достались крохи, по сравнению с тем богатством, которое ему приписывалось. Так что, как верно подмечено историками, его «меморандум» с получением миллионов на русскую революцию от Германского Генштаба – не стремление еще немного подзаработать, а попытка «завязать» союз Германии (которую он высоко ценил) с будущим правительством России, в ущерб интересам Антанты (здесь, уже возможно из деловых соображений).
В союзе России и Германии (во главе которого уже мог бы стать уже Он) Парвус, конечно, обязательно рассматривал возможность претендовать на мировое господство!
Поэтому списывать его со счетов революционной истории – рано.
Тем более что еще в 1913 году в Германию из Турции возвратился давний приятель Парвуса барон Рудольф фон Зеботтендорф…
___________
Правильный читатель обязательно задастся вопросом: «с чего это автор записал Глауэра в знакомцев Парвуса»?
Элементарно!
Недоучившийся авантюрист Адам Альфред Рудольф Глауэр, после бесплодных скитаний по миру, осел в Турции и, вероятно, там бы и сгинул, погрязнув в нищете и поисках душевного равновесия, пробуя одно религиозно-мистическое направление за другим. Но неожиданно обретает свет в конце тоннеля.
Получив огнестрельное ранение (рассказывая всем, что на войне), он возвращается в 1913 году в Германию под именем барона (!) Рудольфа фон Зеботтендорфа с приличной суммой денег, часть из которой сразу же пускает на финансирование проекта… танка Гебеля!
Элитная недвижимость, комфорт, свадьба – само собой. Но почему именно танк?
Да все просто. Неисповедимые пути свели в Константинополе торговца оружием Парвуса и беспринципного авантюриста Глауэра. И оба они увидели в этой встрече выгоду. Глауэр, понятно – деньги. Парвус – запасной путь к власти.
Дав Зеботтендорфу денег на реализацию заведомо провального проекта, Парвус обрел верного исполнителя для любых своих планов.