— Я думаю, что вы прекрасная пара.
— Основанная на чём? Мы не делаем те штуки, которые могут проделывать влюблённые парочки.
Эшли пожала плечами.
— Я видела вас в баре пару раз, так что точно могу сказать, что вы просто прекрасно смотритесь.
— Ага, так и есть.
— И... в чём проблема?
Лидия бросила в сумку ещё пару вещей, полагая, что на первое время этого хватит.
— Я больше не живу здесь, Эш. Я просто приехала помочь тебе, а теперь у тебя всё в порядке и я больше не нужна здесь.
— Ты снова можешь жить здесь. Просто не уезжай.
Это было так легко и трудно одновременно, но она не хотела говорить об этом с сестрой.
— Ты упускаешь тот факт, почему я не живу здесь. Эти причины достаточно веские, чтобы не позволить мне остаться.
— Но у тебя есть Эйден.
— Он пожарный.
Эшли подошла и села на край кровати, пытаясь заставить Лидию посмотреть на неё.
— Это не работа Тодда разрушила ваш брак. Это был сам Тодд.
Лидия была не в настроении для импровизированного сеанса терапии.
— И еще папа. Скажи мне, что быть его дочерью совсем не сложно, и я скажу тебе, что это просто хрень. И Скотти. И любой человек в этом братстве, и бла бла бла.
— Я вижу, что ты утопаешь в этом, и я вижу, что я справилась с этим и всплыла.
Лидия странно посмотрела на неё.
— Кажется, я припоминаю тот факт, что ты попросила меня помочь тебе спрятаться и вернуться в бар, так что найди минутку и позаботься о себе.
— Туше, — Эшли встала и посмотрела на сумку. — Тебе правда не надо идти к папе. Ты же знаешь, что он уже в постели.
— У меня есть ключ. Я оставлю записку в его кресле, так что он поймёт, что я у него.
— Он будет зол, как чёрт, если ты разбудишь его.
Лидия фыркнула.
— Он будет рад, что Дэнни вернулся в семью, и ему будет все равно, если я перееду к нему даже с отпетой бандой.
Оставив двух влюбленных голубков, позволяя им вернуться к тому, на чём она их остановила, Лидия поехала в дом к отцу, припарковавшись позади его автомобиля. Она оставит ключи на столике, если ему вдруг понадобится куда-то поехать, но вряд ли владелец бара соберется выезжать куда-то с утра пораньше.
Она думала, что к своей старой спальне получалось подобраться довольно тихо, но когда она проходила мимо гостиной, ей в глаза резко направили луч света, на мгновение ослепив.
— Господи, пап, это я, — сказала она, пытаясь закрыть рукой глаза.
Фонарик выключился, и она моргнула, пытаясь стряхнуть с глаз неприятную пелену.
— Что, чёрт возьми, ты делаешь? А что если бы я разбил тебе голову битой?
— Ты думаешь, что я бы просто стояла на месте и позволила тебе проломить мне череп? И я временно — совсем временно — собираюсь пожить в моей старой комнате.
— А ты не подумала о том, чтобы позвонить мне и спросить? Может я превратил её в мастерскую.
Она фыркнула.
— Ага, мастерская, точно. И если ты не хочешь, чтобы я осталась здесь, то всё прекрасно. Полтора часа — и я смогу вернуться в собственную постель в своей квартире, а ты делай, что хочешь в своём проклятом баре.
— Ты всегда была остра на язычок.
— Ну и дела, интересно, где я этого набралась?
— От твоей матери, — проворчал он. — Я удивлён, что ты не осталась у своего парня.
Лидия покачала головой и направилась в сторону спальни.
— Я не буду говорить с тобой об Эйдене, пап.
— Я думал, что ты всё прекрасно понимаешь.
— Понимаю что?
— Ты встала между ними. Эйденом и Скотти. Тебя здесь ничего не держит, и, возможно, ты разрушила их дружбу.
— Я ничего не сделала Скотти. Мои отношения — не его дело. И не твоё, раз на то пошло, — она не знала, были ли у них вообще какие-то отношения, ведь они не виделись после тех событий.
— Это так не работает, и ты знаешь об этом.
— Если ты имеешь в виду то, что я знаю о том, что вы считаете ваше братство пожарных важнее своей фактической семьи — то да. Я знаю об этом.
Он отпрянул, как будто она ударила его.
— Это не правда, Лидия.
— А чувствуется иначе. И так было всегда, — они могли стоять здесь и спорить до посинения, но в этом нет никакого смысла. — Вот почему ты стоишь здесь и говоришь мне, что я сделала что-то неправильно, вместо того, чтобы говорить своему сыну, что это не его грёбанное дело с кем я сплю, живу и так далее.
— Я возвращаюсь в кровать. Может быть, завтра ты станешь более разумной.
— Если под моей разумностью ты считаешь, что я соглашусь с тобой, то можешь даже не ждать этого, — она пошла в свободную комнату и закрыла дверь.
Она не хлопнула ею, но очень хотелось.
Комната, которую она делила с Эшли, сделали гостевой, убрав любые вещи, напоминающие об их детстве. То, что они не взяли с собой, но не хотели, чтобы это выбросили — перенесли в подвал, а двухъярусную кровать заменили обычной кроватью с металлическим каркасом.
Постельное бельё было чистым, и она слишком устала, чтобы беспокоиться о количестве пыли в комнате. Переодевшись, она рухнула на кровать, пытаясь собраться с мыслями.
В первую очередь, конечно же, она надеялась, что её сожительство с отцом не превратится в войну. Она также не хотела конфликтовать со Скотти, хотя это не первый и не последний раз. А потом она вернулась мыслями к Дэнни и Эшли. Лидия искренне надеялась, что они найдут путь к своему счастью.
Эти мысли привели её к очевидному выводу: если Эшли наладит свою жизнь, значит, Лидия станет свободна и сможет вернуться к прежней жизни. Вернется обратно в Нью-Гемпшир, где она сможет сама выбирать с кем ей общаться, устроится на работу, где её никто не будет знать, а главное, там не будет пожарных.
И не будет Эйдена.
Она была с ним, потому что их отношения носили временный характер. Но теперь, когда часы уже тикали и их время было на исходе, ей хотелось попытаться смириться с тем, что его больше не будет в её жизни.
Она влюбилась в долбанного пожарного.
Перевернувшись на бок, она попыталась перестать об этом думать. Она привыкла к тому, что Эйден постоянно рядом и теперь не была уверена в том, что хотела с ним лишь временных отношений. В тоже время, она не видела другого варианта.
Вздохнув, она подтянула одеяло на лицо и начала считать марки пива, вместо овец, чтобы заснуть. Она подумает об Эйдене завтра.
Глава 18
Лидия собиралась выгнать всех из бара, повесить табличку "Закрыто" и найти брата. После этого, она сразу подумала о том, что неплохо было бы поговорить и с Эйденом. Они оба идиоты, и в следующий раз, когда она увидит хоть кого-то из них, милой она с ним не будет.
Не менее семи человек спросило Лидию, слышала ли она что-нибудь о драке между её братом и Эйденом Хантом, и это окончательно выбесило её. Люди спрашивали об этом не потому, что она была барменом, а, значит, в курсе всех сплетен, а потому что она могла знать что-то об этом непосредственно из первых уст.
Ей удалось раздобыть немного информации. Они подрались во время тренировки по хоккею, а затем их вызвали на ковёр. Если у её клиентов были бы яйца, то она знала, что прозвучал бы вопрос о том, как долго она спит с Эйденом Хантом, потому что больше причин для драки у них не было.
Было бы просто замечательно, если хоть один из них предупредил её об этом, чтобы она сразу знала, что бар станет рассадником слухов, особенно если учесть, что она по уши втянута в это. Но видно они решили, что это мужские дела.
Когда её терпение лопнуло, она отправила сообщение Эйдену.
Ты дома?
Да, но мне нужно уладить пару вещей.
Оставайся дома. Я скоро буду.
Возникла длинная пауза, прежде чем пришёл ответ.