В этот же вечер Джефф массировал шею Ровены, разминая своими сильными чувствительными пальцами ее перенапряженные мышцы.
— Если бы не Афра! — внезапно воскликнула она. — Ох! Вот-вот, именно здесь! — Она пошевелила головой, чтобы усилить эффективность массажа. — Ах! — Она наклонила голову вперед, накрыла руки мужа своими ладонями и нежно сжала их. — Спасибо, дорогой! Мне гораздо лучше.
— Все, что захочешь, родная, — промурлыкал Джефф, слегка наклонившись, так как сидел на краю кровати, в то время как Ровена расположилась на полу.
Она поднялась, нежно поцеловала Джеффа в лоб, а он крепко обнял ее и посмотрел прямо в глаза. Ровена в свою очередь сурово взглянула на него и приложила палец к его губам.
В ответ на его удивленный взгляд она прошептала:
— Давай поговорим на кухне. — Потом повернулась и потащила его за собой из комнаты.
На кухне было достаточно места, где можно удобно устроиться: высокие табуретки, стойка у плиты, большой круглый стол, за которым они обычно завтракали вместе с детьми. Джефф поднял бровь и вопросительно посмотрел на жену, но та сопротивлялась его мягким попыткам прочесть мысли до тех пор, пока не устроилась в одном из кресел, стоявших вокруг стола.
— Джефф, мне страшно, — начала Ровена. — Если бы не Афра, мы бы потеряли Дэймию навсегда.
— Корабль направлялся на Альтаир, дорогая, а не к Туманности Лошадиной Головы, — нежно упрекнул ее Джефф. — Они бы привезли ее обратно.
— А если бы она запаниковала? — Ровена крепко сцепила руки. — А если бы Афры там не оказалось? Если бы он не поддержал ее кинетический толчок? Тогда бы она исчезла навсегда. — Ровена в отчаянии взмахнула руками.
Джефф взял ее руку, накрыл своей ладонью и нежно погладил пальцами. Он улыбнулся Ровене:
— Но ведь она не исчезла. Афра поймал ее.
Всхлипнув, она согласилась:
— Разумеется, он поймал ее. Но почему она не позвала меня? — Ее глаза наполнились слезами. — Джефф, скажи, разве я такая уж ужасная мать?
— Конечно нет. — Ответ Джеффа был быстр и выразителен.
— Тогда почему она позвала не меня? — заплакала Ровена и отняла у Джеффа свою руку.
— Ты была очень занята, Ровена. Тебе нужно было телепортировать корабль…
— Афре тоже! — перебила она его. — Он тоже телепортировал корабль! Но Дэймия позвала его, а не меня! — Яростным жестом Ровена откинула волосы назад.
— Ровена, милая, кто может знать, что происходит в головке у двухлетнего ребенка — особенно у нашей Дэймии!
— Ей почти три! — автоматически поправила его Ровена.
Джефф покачал головой.
— Не важно. Она поддалась панике и обратилась к первому человеку, который пришел ей в голову. По крайней мере, она запомнила, что не должна беспокоить тебя, когда ты работаешь.
— Вот видишь, какая я ужасная мать! — жалобно произнесла Ровена.
Джефф громко выдохнул и отвернулся, рассердившись на жену за подобный приступ самоосуждения.
— Да уж, своему будущему сыну ты точно добра не делаешь, раздражаясь по любому случаю, — заметил он, овладев своими эмоциями. — Просто Дэймия — очень подвижный ребенок, из-за этого с ней трудно справляться. — Он улыбнулся и указал на нее пальцем. — Если я не ошибаюсь, ты была приблизительно в этом же возрасте, когда переполошила целую планету, а это гораздо серьезнее того, что сделала твоя дочь.
Ровена попыталась изобразить на лице улыбку.
— Тогда была совсем другая ситуация, но я понимаю, что ты хочешь сказать. — Она вздохнула с отчаянием. — Но ведь у меня не было никаких проблем с Джераном и Сирой…
— …которые спокойны настолько, что их можно даже назвать флегматичными: они полностью поглощены своей собственной жизнью, в которой нет места для их младшей сестры. Дэймия же нуждается в постоянном внимании, которое тебе давала Лузена. Но здесь у нас нет Лузены, которая могла бы весь день посвящать заботе о Дэймии, так похожей на свою мать. Противоположности притягиваются, дорогая, а при общении похожих друг на друга людей всегда высекаются искры. Поэтому, обращаясь в критические моменты к Афре, Дэймия лишь следует достойному примеру своей матери, ты согласна? — Он погрозил ей пальцем. — Повторение — это лучшая форма лести.
Ровена набрала полную грудь воздуха и приготовилась что-то возразить, но затем, словно осознав бесполезность слов, медленно выдохнула. Их взгляды встретились, и они долго сидели молча.
— Если это случилось однажды… — начала она.
— …это обязательно повторится, — кивнув, закончил ее мысль Джефф. — В следующий раз нам может не повезти.
— Что же нам делать?
Джефф довольно долго формулировал в уме свой ответ, и, когда начал говорить, голос, его звучал очень печально:
— Хотя я и окружен со всех сторон Талантами, все же мне не удалось найти няню уровня не ниже Т-6. А ведь я предлагал самые лучшие условия, какие можно себе представить.
— Ты ничего не говорил мне…
Услышав в ее голосе упрек. Джефф закатил глаза.
— Все равно нам понадобится кто-то, особенно если учесть, что скоро родится еще один ребенок. И, согласись, родная, после сегодняшнего происшествия ты, конечно, не стала бы жаловаться, если бы я нашел кого-нибудь. — Он вздохнул и наконец решился сделать еще одно предложение:
— Мы могли бы попробовать гипнотическое…
— Нет! — резко оборвала его Ровена. — Я не потерплю, чтобы на моих детей оказывали тайное давление.
Джефф продолжил перечисление возможных решений проблемы.
— Может быть, пуха?
— Но ведь Дэймия не сирота…
— Однако это происшествие могло травмировать ее психику…
— Ей не нужна пуха. У нее есть мать и отец…
— Тогда дистанционный контроль? Есть чудесные няни-роботы…
— Чтобы робот следил за Дэймией? — Ровена пришла в ужас. — Эта бесчувственная железка… Тогда уж лучше пуха!
— Робота невозможно отвлечь от выполнения той работы, на которую он запрограммирован. — Но Джефф отбросил эту мысль прежде, чем Ровена ему возразила. — Я согласен, мне эта мысль тоже не очень-то по душе, и тем не менее…
— Отвратительная мысль!
— Мне кажется, есть одно в принципе возможное решение, — начал новую мысль Джефф, делая вид, будто это только что пришло ему в голову.
— Какое?
— Это сработало в моем случае, — продолжил Джефф, тщательно подбирая слова, — хотя тогда и целой планеты могло оказаться недостаточно. Мы могли бы попросить маму взять их на время к себе, всех троих… по крайней мере до тех пор, пока ты не родишь ребенка.
— Что? Признаться всему Денебу и Лиге Девяти Звезд, что я не способна справиться с собственными детьми?
— Нет, признаться Лиге Девяти Звезд, что ты всего лишь очень тяжело переносишь беременность, но все же не прекращаешь выполнять обязанности Прайм. Однако из-за того, что у тебя совершенно особые дети, ты согласна пожертвовать своим ежедневным контактом с ними ради того, чтобы быть уверенной в том, что они растут настолько счастливыми, насколько это возможно, — поправил ее Джефф. — И кроме того, какое тебе дело до того, что подумают окружающие, если детям так будет лучше?
— Но ведь твоя мама не может…
— Этим будут заниматься не только мама, но и мои братья, сестры, кузины и племянницы, — добавил Джефф. — Все они будут в восторге. И для Денеба это было бы неплохо. Помнишь, как много неразвитых Талантов ты видела в моем родном городе? Как бы ни были малы наши дети, они знают гораздо больше, чем кто бы то ни было на Денебе. Сейчас планета вовсю перестраивается, поэтому надо дать ей пример Талантливых детей, чтобы пробудить интерес денебиан к своим скрытым резервам. А ты, — Джефф наклонился и бережно провел рукой по животу Ровены, — сможешь полностью сосредоточиться на нем.
— Если бы я не…
— Ты забеременела ради Дэймии, если помнишь, — продолжил Джефф. — Мама будет от счастья на седьмом небе. А Ян — прекрасный мальчик, он будет несказанно рад, если рядом с ним окажутся племянники и племянницы, с которыми он сможет вволю наиграться.
Ровена тепло улыбнулась, вспомнив этого семилетнего дядю. Ян был самым младшим ребенком Истии Рейвен и первым младенцем, которого Ровена могла понянчить. Она легко представила себе, каким хорошим другом станет он для шестилетнего Джерана, который был слишком занят своей сестрой, четырехлетней Сирой.