– Почему? – вздернула по привычке подбородок Кристина. – Вы запрещаете мне заниматься тем, что я люблю. А дышать мне можно? Или это тоже кого-то раздражает?
– Мадемуазель Ферро, в этот день ровно шесть лет назад погибли жена и дочь господина Дюмона! Вы понимаете, что нам всем не до веселья? Простите за проявленную дерзость, но, если господин Дюмон услышит музыку, то это приведет его в бешенство. Прислушайтесь к моему совету: не поступайте так с ним хотя бы в этот печальный и траурный день. А там уже дело ваше, – на одном дыхании выпалила экономка и тут же развернулась, чтобы вернуться к работе.
Кристина слегка приоткрыла рот от шока. Получается, именно сегодня и случилась роковая трагедия, изменившая Адриана? Было бы ей известно раньше, что произошло в этот день, она никогда бы не осмелилась разнести по дому звуки музыки! Пусть у них и не сложились отношения с Адрианом, тем не менее, она искренне питала к нему жалость, невзирая на его грубое отношение к ней.
– Подождите, – остановила Луизу Кристина, и старушка мгновенно обернулась, с укором посмотрев на нее. – А где господин Дюмон? Я имела в виду, не побеспокоила ли я его?
– Его пока нет дома, – последовал короткий и сухой ответ.
Кристина непонимающе покосилась на женщину в ожидании продолжения, но Луиза лишь поджала губы.
– А где он? Извините, наверное, я лезу не в свое дело, – поспешно исправилась Кристина. – Мне очень жаль, что я нарушила порядок. Но я ничего не знала. Господин Адриан поехал на кладбище?
Последний вопрос вырвался непроизвольно, поэтому Кристина прикусила кончик языка, догадавшись, что вновь взболтнула лишнего. Какая ей разница, где находится ее опекун? Зачем устраивать допрос жильцам этого особняка, учитывая, что никто не рад ее обществу? Не лучше ли подняться в комнату и скоротать бесполезное время за телефоном, переписываясь с бывшими однокурсниками?
– Он не на кладбище.
Кристина неподдельно изумилась, когда услышала спокойный тон экономки. Впервые Луиза прямо ответила на её вопрос и тем самым невольно дала Кристине хрупкую надежду на продолжение диалога.
– А где же он тогда? На работе? Обычно годовщина смерти проходит в окружении знакомых и близких возле могилы усопших, – заметила Кристина, пытаясь не вспоминать о подобных грустных моментах, пережитых ею.
– Господин Дюмон каждый год в этот день предпочитает оставаться один, и вам ни к чему ходить туда и тревожить его покой, – сказала экономка и замолчала, о чем-то глубоко задумавшись.
Есть такое странное явление... Когда тебе что-то не разрешают, то потребность в этом возрастает. Когда в чем-то ограничивают, то хочется обойти запреты. Вот и у Кристины возник неясный, но сильный порыв узнать, куда направился Адриан Николя Дюмон.
Не то чтобы она горела желанием составить ему компанию, тем не менее, интуиция подсказывала, что ей все-таки необходимо вторгнуться в личное пространство опекуна и согреть его пониманием в тяжелый период. Вдруг у нее получится растопить ледяное сердце Адриана Николя Дюмона и стать ему другом? Главное – вычеркнуть из памяти их страстные поцелуи и настроиться на другой лад. Если бы Кристину спросили, зачем ей дружить с ним, то она бы затруднилась дать четкий ответ.
Наверное, она просто хотела разделить боль человека, испытавшего боль потери, как и Кристина. Ведь Адриан как никто другой знал, каково это навсегда потерять близких.
– Вы правда хотите знать, где господин Дюмон? – недоверчиво поинтересовалась экономка, и Кристина немедленно кивнула, предчувствуя грядущие перемены. – Возможно, я совершаю ошибку, но все же я скажу вам его местонахождение. Но попрошу не сдавать меня, иначе господин Дюмон будет очень разгневан.
***
Солнце медленно заходило за горизонт, окрашивая небо в розовато-красный цвет, а птицы, взметнувшие с земли ввысь, создавали неописуемой красоты пейзаж. Лакомый кусочек для любого художника. Объект восхищения для обычных людей, прогуливающихся по пляжу. Шум прибоя и темновато-голубые волны придавали картине то самое морское очарование, которое можно встретить на холстах известных творцов.
На теплом песке, поджав под себя колени, сидел мужчина. Его зеленые глаза, наполненные непередаваемой печалью, смотрели на игру последних солнечных бликов на воде, а обычно поджатые губы изогнулись в грустной полуулыбке. Но больше всего Кристину поразил его вид.
Никакого делового костюма. Обычная рубашка, закатанная до рукавов, открывающая сильные мускулистые руки, покрытые темными волосками. Черные брюки.
Он выглядел таким простым и… одиноким, что у Кристины засосало под ложечкой. Разве в нем можно узнать грозного и злого опекуна? Нет, он походил на несчастного и всеми брошенного щенка, нуждающегося в ласке и заботе.
Кристина неуверенно шагнула вперед, и мужчина, услышав шорох её одежды, перевел на нее усталый взгляд. Кристина напряглась, прекрасно осознавая, что сейчас на нее посыплются оскорбления. Однако то, что вылетело из его уст, пригвоздило ее к месту.
– Если уж нашла меня, то присоединяйся... Чего стоишь? Садись, Кристина Ферро, только не задавай никаких вопросов. Просто смотри на закат.
Кристина настороженно глянула на него, все еще не веря, что это предложение исходит от ненавистного опекуна. А затем она впервые за все время послушно исполнила его приказ. Тихонько присела рядом, соблюдая положенную дистанцию и стараясь, чтобы их бедра не соприкасались.
– Ничего не говори, – вновь проговорил Адриан, предугадав ее намерение открыть рот. – Видишь, как заходит солнце, уводя за собой свет? Так и наша жизнь когда-нибудь закончится и погрузит нас в вечный мрак...
ГЛАВА ВОСЕМНАДЦАТАЯ
Позднее осознание
Если бы Кристину спросили, как долго уже она сидит возле молчаливого и не обращающего на нее никакого внимания Адриана Николя Дюмона, то она бы с трудом дала четкий ответ. Полчаса? Час? Или два? Она точно не знала. Но судя по темнеющему небу и опускающимся сумеркам, прошло довольно много времени.
Она пришла с закатом, и оставалась на берегу до тех пор, пока не наступил прохладный вечер. Легкий морской бриз не только играл с ее распущенными волосами, но и заставлял девушку слегка морщиться от озноба, отчего она обхватила плечи руками.
Как Адриан может так ровно и стойко переносить холод, находясь в одной полупрозрачной рубашке? Кристина еле подавляла желание пойти в дом и вернуться на пляж с жакеткой. А зачем возвращаться? Она сама и не понимала, почему именно сейчас ее так тянуло к этому одинокому и неприступному мужчине, погруженному в собственные беды и несчастья. Казалось, он не был готов с кем-то разделить свою боль. Он игнорировал ее присутствие, словно не замечал ее. Хотя Кристина была крайне удивлена уже тому, что он вообще заговорил с ней, пусть это и были его единственные слова, произнесенные за вечер.
Адриан не стал кричать на нее, прогонять или осыпать оскорблениями в своей привычной манере. Наоборот, он предложил ей сесть рядом. Но зачем? Похоже, он тоже иногда действовал импульсивно, как и она.
Кристину напрягала гробовая тишина, нарушаемая лишь шумом волн и почти неслышными звуками города вдали. Видимо, этот пляж не был популярен среди народа. А может, это была частная территория Адриана Николя Дюмона, ведь кроме них здесь никого и не было.
– Тебе холодно?
Неожиданный вопрос застал задумавшуюся Кристину врасплох, и она отрицательно замахала головой, боясь вымолвить что-нибудь. Вдруг с ее языка слетит очередная колкость, неуместная на данный момент? От Адриана исходила странная энергия, принуждающая сидеть тихо и покорно, глядя подобно ему на раскинувшийся перед ними морской ландшафт.
– Почему ты пришла сюда? – Наконец, Адриан задал ей вопрос, который она ждала на протяжении всего вечера. – Я не буду спрашивать тебя, откуда ты узнала об этом месте. Все равно ты ничего не расскажешь. Но я хочу знать одну вещь.