– Нефть!
– Чего "нефть"? Перебрал что-ль? Зачем она тебе понадобилась? Поджечь что хочешь?
– Не… – во всяком случае, не пьянее её, – У нас её много.
– Да есть у меня у Солёных озер земля. Там, просто так на землю выступает. Для зажигательных смесей годится. Битумом корабли можно смолить, но невыгодно, везти до моря далеко. Ещё асфальт в строительстве кое-где используется. Плоды перегонки нефти представляют определённый интерес.
– Обрати на них внимание! Вообще греби под Империю любые места где нефть есть! Пустыня это, болота, земли у берега, или неважно что. Мы без нее ещё проживём. Внуки твои – уже вряд ли.
Никакой реакции. Обычный чуть страшноватый флегматизм.
– Так и знала, что тебе тоже про нефть говорила. Можешь не волноваться. Нефть, битумы – ищут. Она бы никогда не стала бы писать пурпурными чернилами на золоте это слово. Думала, я забуду. Такими же чернилами описал чёрный или коричнево-чёрный, чуть блестящий минерал с металлическим блеском. Другие признаки ещё привела. Заставила выучить. Пергамен, где они записаны. Последние слова там: "В этом минерале скрыт ключ власти над миром". И мне почему-то кажется, что ты про этот минерал знаешь больше меня. Что скажешь, Рэдд? – кажется, хотела добавить "или не Рэдд?" Не добавила.
Похоже, попаданец, ты, наконец спалился! Ибо только от матери, теперь уже можно не сомневаться, попаданки, могла Дина знать, какое значение имеют урановые руды. Ибо минерал этот несомненно, из них. Видимо, и предупреждение было, какую опасность может представлять человек, знающий о великом и грозном будущем пока малоиспользуемых нефти и урана. А, была не была!
– Не знаю, она ли мне это сказала. Просто всплыло из памяти – из минерала этого взрывчатку можно сделать в миллионы раз мощнее пороха. Только из чистого надо делать. Тот, что есть – с примесями.
– Угу. Я знаю, что выделила из него оксид. Теперь думаю, как получить чистый…
Вокруг всё потемнело.
Инсульт. Не слишком сильный, но левая рука двигается плохо, а нога ещё хуже. Дина говорила как врач, и ни о чём другом. Сейчас я на вилле этого самого Солёного Змея. Вилла в моём полном распоряжении. Несколько напрягает обилие всяческих морских орнаментов и обилие предметов из китовой кости. Но главный напряг – портреты и скульптуры Дины. У китобоя был такой отменный вкус, или его консультировал кто?
Похоже, это тот случай, когда культ личности старательно насаждается снизу. Ничто под Луной не ново, если вспомнить, сколько в том мире сохранилось изображений, к примеру, императора Августа и его родственников. Но, как говорится, "был культ, но была и личность", тем более, в данном случае эта самая личность под своё возвеличивание подкатила мощнейшую материальную базу.
Я себя чувствую довольно глупо. Тут частный дом, не музей, подписей под картинами нет. С трудом примерно могу определить от силы треть изображений.
Более менее понятно, что вот тут – Кэрдин находит Дину (хозяину дома надо сказать "спасибо" – разместил произведения в хронологической последовательности), бой на мосту, встреча с Ярном, схватка с Рэдрией. Это более-менее понятно, но перипетии других войн даже с помощью генеральского дневника устанавливаются с трудом. Обидно, ведь на последних картинах знакомые всё лица мелькают. Почти всех генералов я знаю. Более того, на паре картин сам присутствую. Чёрные доспехи я помню, сколько раз в них в бой ходил, а вот всё остальное. У слуг Солёного, или его самого интересоваться не станешь. Больно уж глупо выглядеть будет.
Оказывается, Солёный – его личное имя, а Змей – родовое, аналог фамилии. Когда-то они звались иначе. Разбогатев, отец Солёного подал прошение на имя Дины с просьбой разрешить ему и потомкам именоваться в честь зверя со знамени Дома. Дина не отказала.
Сначала подозревал, что нахожусь под домашним арестом. Но нет, посетители бывают свободно. Да и сам в принципе могу ехать куда угодно. Проблема, что на коне мне сейчас скакать затруднительно. Если только в поводу, но для этого я слишком горд.
Похоже, Дина I пыталась передать информацию сразу нескольким носителям. Её младшая дочь оказалась самой восприимчивой, а все остальные, подкачали по разным причинам. Из-за склада ума, как я, или по ранению, как Кэретта. Получается, как в том анекдоте "пронесло". Дина вполне допускает, что мне было сообщено нечто, неведомое ей.
Хотя, игры с урановыми рудами не особенно полезны. В нашем мире первоначально из них краску делали. Интересно, каково было в таком помещении находиться? Или это последствия оголтелой радиофобии дают о себе знать? Реально как бы не оказалось, что о уране она знает куда больше меня. Ну, лечись теперь от последствий собственной паники. Всё-таки пятый десяток и последствия нескольких тяжёлых ранений в активе.
Кажется, не подумывает ли спровадить меня в почётную отставку. Видит же, что после ранения в Войне Верховных так и не восстановился до конца. Теперь снова вырублен. Возможно, навсегда, ибо смертность даже при медицине не этого века у перенёсших удар почти половина. Ну, да сопли распускать не будем. Планов тут много составлено. Не на один год, а то и десяток лет. Кое-где и мне место отводилось. Подвёл всех, похоже… Или же выкарабкаюсь ещё?
Хотя, с другой стороны, довелось участвовать в нескольких сражениях из тех, что меняют мировую историю. Нет ни жены, ни детей – так и там ситуация аналогичная осталась. Своего-то что здесь оставил? Пожалуй, только когда десант высадить через гнилую воду додумался. Как озарение было, или просто про форсирование Сиваша вспомнил. Как знать, как знать. Но победа тогда была. Видать, на самом деле могу что-то. Тогда мы их раздавили. Они не ждали удара из-за гнилой воды. Последние в ней и погибли. Ведь и не слишком давно было, а вроде, как в другой эпохе. Границы государства расширились очень сильно. В новых провинциях сейчас Линк наместником. Провёл приличную часть жизни в Приграничье. Знает степь, а степь знает его. Он сам кажется наполовину степняком. Верность многих в степи условна. Сейчас степняками сможет править только кто-то, похожий на них. Кто-то вроде Линка. Воин. Ни разу не дипломат. Жестокий воин. Там сейчас только такие и нужны.
Еггты все там сейчас слывут чуть ли не бессмертными. До какой-то степени, гарантия от возможных восстаний.
Иногда, просто для интереса, пытался написать что-нибудь по-русски. Ощущения передаются с трудом. Попробуйте буквами какой-нибудь не слишком известной азбуки вроде армянской при полном незнании языка написать в приблизительной транскрипции русское слово. Притом, ещё левой рукой. Способности писать кириллические или латинские буквы надо учиться снова. Только не у кого, плюс полное отсутствие текстов на соответствующих языках.
Нет никаких проблем с использованием двух местных азбук. Плюс спокойно читаю написанное почти не используемыми в быту, иероглифами. Хотя сам на официальных бумагах имя только иероглифами пишу. Еггты тоже так делают. Хотя сама Дина своё имя предпочитает писать буквами. И плевать, что не соблюдён протокол.
Обнаружил, что грэдскими символами русские слова писать вполне могу. Дурная удаль в голову ударила. Написал по-русски с пол листа. Велел слуге переписать на пергамене. Бумага не годится, Дина по продольным да поперечным линиям и водяному знаку сразу определит, каких мельниц бумага.
Как-то раз подсунул этот лист.
– Вот, нашёл в какой-то старой книге. Похоже на какой-то шифр.
Дина вглядывается недолго.
– Это не шифр. Даже не тот, где буквы из разных рядов местами меняют.
– А что тогда?
– Похоже, кто-то написал с голоса нашими буквами стих на языке, что не знал. Читать можно, понимать – нет.
Ну да, я когда-то текст на монгольских марках читал. Только кроме слова монгол, не понимал ничего.
Встави прклятм заклеменны
Вес мир голодных и рабов
Кипит наш разум возмущенны
И в светлы бои вести готов…