— Да. Дэвид был очень удобным вариантом. Он работал в юридической фирме в течение двух лет и был готов к жене и дому. У меня появилась возможность для всех «нормальных» вещей, которых я так хотела...
— Я сожалею, что я использовала это слово в ту ночь.
— И это был легкий побег от «ненормальных» вещей, которые были настолько заманчивы для меня. Так что я согласилась на предложение Дэвида и отвергла эту женщину.
— Ничего себе. Я никогда не имела ни малейшего представления. — Сара покачала головой, ошеломленная трудностями, с которыми сталкивалась Мириам, и которые она никогда не доверяла ей. — Мир, мне стыдно, что ты не могла рассказать мне. Мне так жаль.
— Нет, не надо, Сара. Было бы несправедливо с моей стороны позволить тебе винить себя. Я никогда даже не думала рассказывать. Тебе или кому-то другому. Я убедила себя в том, что у меня было только странное, уникальное влечение к этой одной единственной женщине, и что она была моей единственной проблемой. — Мириам тихо добавила: — Я причинила ей боль, когда отвергла ее. Разбила сердце. На самом деле, я пыталась причинить ей боль.
Выслушав исповедь Мириам, Сара сказала: — Шесть лет брака с Дэвидом кажутся достаточным наказанием для тебя за ту боль, что, возможно, ты причинила ей.
— Чтобы быть честной, Дэвид...
— О, давай не будем.
Мириам рассмеялась. — Конечно, он не был самым лучшим или искренним мужем.
— Он трахал все, что движется! — Сара добавила, — Я думала, что именно поэтому вы и развелись.
— Я тоже так думала. Но, на самом деле, вторая измена, про которую я узнала, после того, как он обещал, что этого никогда больше не повторится, стала последней каплей. Все эти слезы, что я пролила, не потому что я заботилась о том, что потеряла его. Все потому, что я боялась будущего. А также потому, что я чувствовала себя виноватой.
— Виноватой?
— Я знаю, что ты не хочешь быть справедливой к Дэвиду, но я должна, — сказала Мириам. — Наш брак не был подарком и для него тоже, Сара. Я никогда не хотела его в сексуальном плане. Не так, как человек должен хотеть желанного супруга или возлюбленного. А для такого эгоцентричного человека, как Дэвид, это было унизительно. Я не любила его, и ему было сложно это принять, после того как он осознал это.
— Мне он не нравится, и я не должна чувствовать жалость к нему, — сказала Сара, — но я понимаю, о чем ты говоришь.
— В моей личной жизни был беспорядок, потому что я отрицала то, что хотела, — сказала Мириам, — через несколько месяцев после развода с Дэвидом, я разыскала ту женщину, которую я отвергла, чтобы выйти замуж, и извинилась перед ней. И она была невероятно мила со мной. У нее есть партнер, с которым она была уже в течение пяти лет, и я подружилась с ними обеими. Они начали знакомить меня с людьми ... и я начала встречаться...
— Знакомиться с девушками, ты имеешь в виду.
— Знакомиться с женщинами.
— И держать все в секрете от меня.
— Да. Что я и делала очень долгое время, я знаю. Мне очень жаль.
— Ну, я могу понять, что рассказать было нелегко. — Она переложила телефон в другую руку и откинулась на спинку стула. — Послушай, я не любила Дэвида за то, что он был не достоин тебя и не сделал тебя счастливой. Я решила для себя, что это то, что является самым главным для меня в твоем партнере. Независимо от его пола.
— Ну, в этом случае, я бы сказала, что вопрос в том, заслуживаю ли я ее. И Джен делает меня счастливой, Сара. Так что я понимала, что не могу больше скрывать это от тебя. Кроме того, — Мириам добавила, — мне надоело нытье Джен с просьбой рассказать о нас моей семье.
— Тогда я рада, что ты счастлива, и я рада, что ты рассказала мне о вас с Джен.
Мириам спросила:
— Так ты смиришься с этим?
— Да. — Она немного прилегла. — Но было бы лучше, если бы я узнала Джен получше, Мириам. Прямо сейчас она просто своего рода теория для меня.
— Я думала, что вы пообщаетесь у тебя на вечеринке. Это казалось отличным вариантом, без всякого давления. — Мириам издала удивленный звук. — Но я должна была помнить, что происходит на твоих вечеринках, и понять, что у вас не будет времени пообщаться.
— Я понятия не имела, что придет так много людей.
— Было очень приятно, что Райан позволил воспользоваться его домом. Я не сделала бы этого.
— Ну, он довольно смелый парень.
Повисло короткое молчание, прежде чем Мириам сказала.
— Я должна спросить.
— Я знаю. Не утруждай себя. Я расскажу тебе. — То, что Райан доверил ей, было слишком личным, поэтому Сара только вскользь упомянула, как он стал жиголо и почему он чувствовал, что он не мог закончить с этим.
Когда она закончила, Мириам сказала:
— Ну, ты можешь убедиться, насколько он хорош в этом. Я имею в виду, я завязала с мужчинами и не жалею об этом, но даже я думаю, что он сексуален. И очень клевый, между прочим.
— Он лучше, Мир. Намного лучше. — Независимо от того, насколько привлекательной была внешность Райана, она полюбила его не за это.
— Таким образом, — сказала Мириам, — проблема между вами заключается не в том, что он не находит тебя сексуально привлекательной, или что его заботит разница в возрасте.
— Я всего лишь на девять лет старше, — с раздражением сказала Сара.
— Если ты помнишь, это то, что я говорила тебе...
— Ага-ага.
— И это звучит так, будто даже зная правду, ты все еще хочешь его, и тебе все равно, где он был.
— Было бы правильнее сказать, что я не виню его за то, где он был. — Сара почувствовала, как знакомое чувство разочарования начинает накатывать. — Но меня все равно беспокоит тот факт, что он до сих пор продолжает работать там.
— Да. Это не то, что ты можешь изменить... — вздохнула Мириам. — Ну, я не виню тебя за это, Сара.
— Его тоже не беспокоит этот факт.
— И что ты будешь делать?
Она откинула волосы назад.
— Я не знаю.
— Ну, что бы ты ни сделала, я клянусь, что поддержу тебя. Потому что, ну, ты права. Я не поддерживала тебя в последнее время. И я сожалею об этом, Сара. Джен говорит, что я всегда думаю, что знаю, как будет лучше, и поэтому я просто ругаюсь с другими людьми.
— Ничего себе, она, действительно, хорошо тебя изучила.
— Да, да. Во всяком случае, мне очень жаль. Когда дело кот дснулось твоих проблем с карьерой в последние несколько месяцев, я была той, от которой тебе пришлось отговариваться, вместо того, чтобы мы могли поговорить.
— Спасибо, Мириам. Я думаю, что в моей жизни случилось слишком много, из-за чего мне трудно поверить в себя в последнее время, я даже не понимала, насколько меня злило то, что ты не верила в меня.
— Я верю в тебя! Я просто беспокоюсь о твоей непрактичности и рискованности ... Э-э, не имеет значения.
Сара хихикнула.
— Но я в порядке, Мир. Райан всегда был рядом. С тех пор как мы встретились, он оказал мне невероятную поддержку.
— Ну, конечно. Твоя жизнь, вероятно, выглядит довольно стабильной с бездомным ребенком, который вырос в проститутку. Но у меня есть хорошая работа с регулярной заработной платой и пособиями.
— И если бы это имело такое же значение для меня, какое имеет для тебя, — сказала Сара, — все могло выглядеть по-другому. Но моя страсть к работе гораздо важнее для меня, чем стабильность, которая нужна тебе.
— Иногда я завидую тебе, — сказала Мириам, удивив ее. — Но я определенно не завидую тому, что тебе приходится переживать из-за своей работы.
Сара улыбнулась.
— Я не могу с этим поспорить. — После паузы, она спросила: — Когда ты собираешься поговорить с папой?
— О, я не говорила тебе. Я разговаривала с ним.
— Ты уже говорила с ним? Когда?
— Вчера. Я сказала ему, что собиралась заказать китайскую еду и приехать к нему, чтобы мы могли поужинать, потому что мне нужно сказать ему что-то важное.
— И?