– Вы недалеки от истины, – прозвучал чей-то спокойный голос.
К нам подошел худощавый человек в сером костюме. Лицо его не было ни красивым, ни безобразным – столь неприметные лица легко забываются.
– Мое имя Степан Гласин, – представился он, – я хранитель тайн Анубиса[3]… По-египетски его имя звучит "Анпу"…
Незнакомец явно не беспокоился, что мы можем принять его за сумасшедшего.
– Чем обязаны? – напряженно спросил Ростоцкий.
Разумеется, бесцеремонное поведение собеседника вызвало у него недоумение.
– Вы хотите знать ответы на многие вопросы, не так ли? – продолжал Гласин, не смутившись.
– Но кто вы?
– Обычный мелкий чиновник из конторки, если вас интересует мое положение в обществе, – улыбнулся он, – когда ты посвящен в древнюю тайну, удобнее жить неприметным…
– Простите, мне безразлично, как вы зарабатываете на жизнь. Меня интересует, что значит "хранитель тайн Анубиса"…
Глаза Ростоцкого загорелись от осознания внезапной возможности хоть на шаг приблизиться к терзавшей его загадке. Он явно с трудом сохранял свое привычное хладнокровие.
– Вспомните, кем был Анубис и сами все поймете… Не стоит растолковывать очевидное, – ответил собеседник.
– Тогда я перейду к делу, – Серж протянул Гласину фамильный амулет, – эта вещь древних египтян?
– Совершенно верно! – ответил незнакомец, даже не притронувшись к амулету.
– Мой пра-прадед приходит ко мне во сне? – продолжал Ростоцкий.
– Да, и тут вы не ошибаетесь и не впадаете в безумие, – улыбнулся Гласин.
– Тогда… что значат эти письмена? – Серж указал на надпись на постаменте ближайшего к нам сфинкса.
– В строках, славящих фараона, скрыт шифр, если найти ключик, то можно узнать заклинение, открывающее врата Дуата, – спокойно ответил собеседник.
– Загробного мира, – прошептала я. – Помню, Дуатом египтяне называли мир мертвых.
– Верно, – Гласин перевел взор на меня, – верно, моя госпожа…
Он почтительно склонил голову, положив правую ладонь к себе на сердце.
Видя мою растерянность, он добавил:
– Госпожа, вы давно пытаетесь осознать себя, но всему свое время…
Я взволновано взглянула на Ростоцкого, который смотрел на меня с нескрываемым восхищением.
– У вас есть ключ к шифру? – прозвучал мой взволнованный вопрос.
– Да, госпожа, – он поднес руку к своему лбу, – я посвящен в тайны египетских жрецов и сразу вижу суть вещей…
– Как мы можем предотвратить беду? – прямо спросил Ростоцкий.
– Уймите пыл, мой друг, – Гласин по-приятельски похлопал его по плечу, – у вас достаточно времени… Мое дело малое – предупредить вас и развеять сомнения. Теперь вы будете внимательнее слушать египетского предка…
Гласин, поклонившись, оставил нас. Ростоцкий сделал несколько шагов, чтобы узнать, на какую улицу повернет странный незнакомец. Но Степан Гласин будто растворился среди серого пасмурного города.
Начал накрапывать дождь.
– Мне пора, – виновато произнесла я, подняв взор на хмурое небо.
– Простите за навязчивость, но мне бы хотелось, чтобы вы уделили мне время для беседы, – несмело произнес Серж. – Понимаю, что нескромно расспрашивать вас о мистических приключениях…
Беспокойство собеседника было напрасным, мне хотелось помочь ему. Пожалуй, мы смогли бы стать добрыми друзьями. Удивительно, насколько брат и сестра разные.
– Вами движет не праздное любопытство, – успокоила я Ростоцкого, – кто-то поручил вам сложную и опасную миссию… Мой долг помочь вам! Надеюсь, мои рассказы о недавних странствиях и встречах будут полезны.
– Благодарю вас, Александра! – он с трудом сдерживал чувства.
В эти минуты Серж уже не походил на невозмутимого упрямца, которым казался ранее. Ростоцкий был одержим тайной, и если бы ему сейчас приказали сразиться с невидимым мистическим противником, он бы не раздумывал. Однако Сергей не был безрассудным воином, не завидую тому, кто окажется с ним в схватке.
В его внимательных темных глазах читалась истинная мудрость.
– Климентина пригласила меня погостить, – вспомнила я, – полагаю, что скоро свидимся.
– Очень рад, я часто навещаю сестру и отца.
Серж вновь погрузился в печальные мысли о бедняжке Коко.
– Убийца получит по заслугам, – уверенно произнесла я.
– Не сомневаюсь…
Ростоцкому вернулось былое хладнокровие.
– Александра, могу только предположить, как вам трудно, – вдруг произнес он, – Вы находитесь между нашим и тем светом, а праздные болтуны просят вас развлечь их рассказами о привидениях…
Столь редкое сочувствие. Не жалость, а именно сочувствие. Он представил себя на моем месте.
– Вас просят о помощи, но не задумываются, что помощь необходима именно вам!
– Увы, людей, которых занимают мои переживания, можно пересчитать по пальцам, – вздохнула я.
– Теперь у вас есть еще один человек, – улыбнулся Ростоцкий.
Мы простились как старые приятели.
Дорога назад оказалась не очень приятной. Капли дождя засекали за навес коляски. К счастью, я успела добраться до дома до того как разразился ливень.
– Опять одинокие прогулки, – проворчала Ольга, окинув суровым взором мой промокший плащ, – прошу тебя, милая Аликс, больше не рисковать. Обычная простуда в Петербурге может оказаться смертельно опасной!
Сестра волновалась за моё самочувствие. Не посмев возразить, я поспешила переодеться.
Константин уже уехал на службу, и мы завтракали с сестрой вдвоем. Горячий шоколад вернул меня к жизни. Я пересказала Ольге встречу с Ростоцким.
– Надеюсь, что Серж не обезумел, – забеспокоилась сестра.
– Степан Гласин подтвердил все странные догадки, – заметила я.
– Верно, обычный незнакомец с улицы не мог заранее знать о мыслях Ростоцкого, – согласилась Ольга, – Значит, этот Гласин, вправду, обладает некими талантами. Ладно, потом расскажешь Константину, он извлечет толк.
– Думаешь, есть связь с убийством Коко?
– Готова держать пари на твой бирюзовый веер, – рассмеялась Ольга, – в следствиях Константина две разные ситуации всегда оказываются связаны между собой.
Сестра по праву гордилась своей наблюдательностью.
Глава 5
Он, истинно, первопричина зол!
К назначенному часу я был у Ростоцкого, который, уверившись в том, что убийца будет разоблачен, понемногу воспрял духом.
– Хочу попросить вас об одной услуге, необходимой для следствия, – произнес я, не сомневаясь в согласии Сержа.
– Разумеется, – не задумываясь, ответил он.
Казалось, попроси я его совершить преступление в интересах следствия, Ростоцкий, не колеблясь, пошел бы на поводу.
– Накануне гибели Коко умер некий господин Норов – магистр одного мистического общества… Есть основания предполагать, что две смерти взаимосвязаны.
Ростоцкий, кивая, внимательно выслушал мои слова.
![Земную жизнь пройдя… (с илл.) i_009.jpg](https://litlife.club/books/278113/read/images/i_009.jpg)
– Единственным непосвященным, кто близко общался с Норовым, был его слуга Осип. Прошу вас принять юношу на службу. Возможно, со временем он сумеет вспомнить нечто важное… Не беспокойтесь, он произвел на меня благоприятное впечатление. Увлечен чтением и, возможно, сумеет слушать ваши рассуждения о древних предках… Но…
Однако было в манерах и чертах Осипа нечто неуловимое, что никак не соответствовало образу бывалого слуги.
– Парнишка очень умен, возможно, его простоватые манеры – актерская игра, – поделился я размышлениями, – Присмотритесь к нему повнимательнее…
– Буду рад помочь, – с трудом сохраняя хладнокровие ответил Ростоцкий.
– Нет причин сомневаться в вашей наблюдательности. Осип должен прийти с минуты на минуту…
Серж достал часы, к цепочке которого был прикреплен египетский амулет. Действительно, наш новый знакомый оказался пунктуален. Представ перед Ростоцким, Осип вытянулся по струнке. Покорно ожидая решения господина, он теребил манжет своего старого, но тщательно вычищенного сюртука.
3
Анубис (греческий вариант имени Анпу) – древнеегипетский проводник в мир умерших. Изображался человеком с черной собачей головой, или в облике черного пса. Редко в обычном человеческом облике.