— Ваши вещи уже собраны? — спросил мистер Спенсер.
— Конечно, нет, — ответила я.
— Мы только вчера получили ваше письмо, — сказала Фанни поспешно. — Надеюсь, вы пожелаете остаться к чаю. В этом случае у Хилари будет время собрать вещи.
— Вполне достаточно будет, — согласился мистер Спенсер. — А как насчет стаканчика бренди для уставшего путешественника.
Повернувшись к Фанни, он лучезарно улыбнулся ей и совершенно забыл обо мне. Вот и хорошо. Я оставила их под предлогом, что мне нужно паковать вещи. Мне так хотелось все как следует обдумать. Сейчас меня волновал главный вопрос: гувернерство у мистера Спенсера это то, что мне нужно? Правильно ли я поступлю, уехав с этим красивым легкомысленным джентльменом, который думает о земных благах куда больше, чем о благе своего ребенка?
Какая жизнь ожидает меня в его доме?
Такую ли жизнь я хотела?
И как ответить на все эти непростые вопросы за оставшееся короткое время?
Я бросилась на кровать и зарылась лицом в мягкие подушки, чтобы ничто не отвлекало меня. Солнечный свет, льющийся через застекленную створчатую дверь, веселые в цветочек обои, блеск полированной мебели — все это с глаз долой! Нужно сконцентрировать свое внимание на решении самого главного сейчас для меня вопроса.
В сознании стремительно пронесся и исчез образ Эдмонда Ллевелина. Он вызвал рой новых вопросов и волну чувств.
С тяжелым вздохом я перевернулась на спину. Сделать выбор было так нелегко. Эдмонд настаивал, чтобы я уехала из этого дома. Причина подвернулась вполне уважительная. Но место гувернантки у мистера Спенсера будет означать, по существу, полный разрыв с Эдмондом. Хочу ли я этого? Кроме того, получив место у легкомысленного мистера Спенсера, я должна быть благодарна ему за то, что пожелал принять меня в свой дом. Это значительно ограничит мою свободу. А кто знает, как поведет себя мистер Спенсер с гувернанткой?
Что ж, кажется все прояснилось. Нужно либо рассчитывать дальнейшие непредсказуемые варианты жизни в доме мистера Спенсера, либо немедленно вернуться в родной Бристоль. Конечно, есть еще один вариант — рассказать всю правду миссис Мэдкрофт и попросить ее отвезти меня в Лондон.
Ни один из этих вариантов меня не устраивал.
Я побрела на балкон и стала оттуда смотреть на холмистую лужайку. Все же очень хотелось разобраться в своих перепутавшихся чувствах. Хотя бы по отношению к миссис Мэдкрофт.
Мне, конечно, не хотелось обидеть мою благодетельницу. Это с одной стороны. А с другой — меня не прельщала перспектива ассистировать ей. Наше пребывание в Эбби Хаус ничего не принесло, кроме нервотрепки. Даже если мы раскроем преступление, все равно не сможем разоблачить убийцу перед органами власти. Власти просто не поверят в @свидетельствие показания призраков и привидений. А если кто и поверит, то к судебному делу это все равно не приложишь. В результате, мы испортим жизнь многим людям, хотя в преступлении виноват только один.
Значит, уехать в Бристоль? Но такой отъезд равносилен возврату в прошлое со всеми его проблемами. Там ничего привлекательного. Я буду лишь обузой тем моим приятелям, которые возьмут меня в свой дом. А отказаться я не могу. В бристольском доме, ведя прежний образ жизни, я не буду чувствовать себя счастливой.
Итак, остается семья Спенсеров? Судя по всему, в ней легкомысленностью и безалаберностью отличается не только хозяин. Сам мистер Спенсер сильно напоминал мне Винни. Не придется ли мне отбиваться от него все то время, пока буду под их крышей? И какая хозяйка дома будет терпеть гувернантку при подобных обстоятельствах? Рано или поздно грянет скандал. Его может устроить как хозяин, так и хозяйка. Это смотря кого первого не удовлетворит поведение воспитательницы их ребенка.
Я грустно улыбнулась. Выходит, мистер Квомби был прав: в моем распоряжении совсем немного вариантов. Одного лишь он не понял, что ни один из вариантов меня не устраивал. А тот, который устроил бы, выглядел маловероятным. Абсурдным.
Да, несмотря на все предупреждения и собственные предостережения я влюбилась в Эдмонда. А что еще могло привести меня в его комнату в полночь? Только чувства, которые я старательно пыталась подавить. Днем это мне удавалось в той или иной мере, а в полнолуние мои чувства и мое поведение вышли из-под моего контроля…
За моей спиной раздался шум, и я быстро обернулась. В спальню вошла Фанни. Входя, она с силой толкнула дверь, затем со стуком закрыла ее. Не обнаружив меня сразу, она завертелась, разыскивая меня. На кровати лежал пустой чемодан, а меня нигде не было. Радостная улыбка на лице Фанни погасла, а брови озабоченно нахмурились.
— Я здесь, — сказала я.
Увидев меня, Фанни снова заулыбалась.
— Я пришла помочь тебе, — сообщила она. — Что-нибудь не так? В гостиной ты выглядела немного расстроенной.
— Да, мне придется огорчить тебя. Мистер Спенсер не произвел на меня впечатления.
— Почему же? А я думаю, он просто очаровательный джентльмен.
— Да, джентльмен он очаровательный. Но… он проявил бы больше внимания и тщательности при покупке лошади, чем при найме меня.
— Да, здесь ты права. Эдмонд часто обвиняет Спенсера в безответственности. А кто не безответственный? И все-таки, пожалуй, тебе придется согласиться на эту должность. Бедная маленькая Джейн очень нуждается в том, чтобы кто-то присматривал за ней.
Насчет невнимательности мистера Спенсера я, конечно, сильно преувеличила, меня она мало тронула. Но не объяснять же Фанни истинную причину моих сомнений. А вот, что касается малышки Джейн, то это был сильный аргумент. Один из тех, который мог бы склонить меня в пользу дома Спенсера. Во-первых, я уже на расстоянии, заочно прониклась симпатией к полу-заброшенной малышке. Во-вторых, мне давно хотелось сделать что-нибудь стоящее. И сейчас такая возможность представилась. Тем более, что в Эбби Хаус меня уже ничто не удерживало. Как бы мне того ни хотелось.
Эти непослушные платья. Они что, застряли там, в гардеробе, что-ли? Или у меня уже нет сил? А может быть, просто у меня совершенно пропала воля? Мне ничего сейчас не хотелось.
Кроме одного: лечь и уснуть.
Фанни внимательно смотрела мне в лицо и в ее лилово-голубых глазах мерцал огонек нетерпеливого ожидания. Не в состоянии встретиться с ее взглядом, я нарочито пристально рассматривала свои руки и теребила пуговицы на рукаве.
— Боже мой, Хилари! — не удержалась Фанни. — Ты же не можешь отступить, все уже решено. Кроме того, я думала, что ты хочешь уйти от миссис Мэдкрофт.
— Не совсем так, — возразила я. — По-моему, я просто не подхожу ей в качестве ассистентки.
— Ну, значит, ничего не изменилось, — отметила Фанни все так же пристально глядя мне в глаза. — Или все-таки что-то изменилось?
— Кажется, изменилось, — выдавила я из себя.
— Так, так, — в некотором раздумье произнесла Фанни. — Ладно, не будь глупой. Давай, быстрее укладывай вещи. Спенсер хочет уехать сразу после чая.
Она поспешно подошла к гардеробу и стала снимать мои платья с вешалки. При этом завитушки подпрыгивали у нее на голове. Фанни одно за другим бросала платья на кровать, пока они не образовали высокую груду. Эта груда непременно рассыпалась бы, если бы ее не подпирал чемодан.
Я ходила следом за Фанни к гардеробу и обратно и наблюдала, как ловко у нее все получалось. Заставить себя помогать ей я не могла.
Опустошив гардероб, Фанни открыла ящики туалетного столика и принялась выгребать всевозможную мелочь, которая там оказалась.
— Мистер Спенсер влюблен в тебя? — спросила я Фанни, удивляясь собственной бестактности.
— Когда-то, может быть, и любил, — ответила Фанни после того, как с недоумением посмотрела на меня и самодовольно улыбнулась. — Возможно, он все еще думает, что любит меня.
— Он предлагал тебе выйти за него замуж, не так ли? — продолжала я задавать бесцеремонные вопросы, прекрасно понимая, что вмешиваюсь не в свое дело.