— Свободна, — приказалБрасен, — до завтра. Иди уже! Мужу передай привет. Скажи ему, что… гм… некоторым крупно повезло.
— А… А где я могу передать этот "привет"? — Странное желание выкристаллизовалось в моей голове и никак не проходило. — Хочу встретить его после смены.
— Третий лифт, — поморщился Старший, — из Белого Сектора. Спустишься на палубу А-0, спросишь у охраны.
— Спасибо, — сказала ему.
И я пошла. Куда глаза глядят, которые почему‑то никуда не глядели. Да и соображала плохо. Что за странная мысль? Зачем встречать Ферга с работы? Понятия не имела, но… В общем, поплутав, добралась до лифта и спустилась на палубу А-0.
— Кто такая? — вяло поинтересовался один из охраны,
когда я вывалилась из лифта и замерла перед раздвижными дверями, ведущими на нижнюю палубу.
— Заключенная Б-21. Мужа жду.
Тот кивнул и приказал ждать у стены. Послушалась. Стояла и переплетала косу под любопытным взглядом охранника, чувствуя себя дура дурой. Зачем сюда пришла?! Лучше бы сидела в Желтом Секторе или в каюте. Поговорила бы с Ласси или Дорсом, выяснила значение мер длины. Может, выпила пару глотков того, темненького в стакане, чтобы унять рыжие сполохи в голове и мельтешение мыслей.
Нет же!.. Стою, жду мужа, как примерная жена. Еще вчера думала, как половчее убить его заколкой, а сегодня… Вот, встречаю после смены. Может, сбежать, пока не поздно? Когда уже собиралась уйти, охранник сообщил, что спускаемый аппарат прибыл. И я обреченно замерла. Ладно уж, будь что будет!
Сначала был звук. Голоса, смешки, топот. Что‑то уронили, затем подняли. Тут вспыхнула яркая лампа над входом, дверь распахнулась, заставив меня вжаться в холодную стену. Нет, я даже не дура, а… полная идиотка!
Увидела его. Конечно, не одного, а… Из распахнутых дверей вывалилось человек тридцать в синей форме имущества корпорации. Мужчины. Здоровенные лбы. Наверное, вся бригада прокладчиков в полном сборе. Ферг — с ними. Вернее, среди них, возвышался на голову над остальными.
Уставились на меня. Черт!.. Ферг тоже меня заметил, замер изумленно. Не знаю, как ему удалось растолкать всех, либо они сами… растолкались. Я продолжала вжиматься в стенку, пытаясь придумать рациональное объяснение своему поступку. Что я тут делаю?! Что ему скажу?!
Ферг приближался. Я же кусала губы и теребила косу.
— Маша! — выдохнул он. — Ты?..
Вид у него довольный, если не сказать, что счастливый. А я тут…
— Тебя вст — тречаю, — запнулась, глядя ему в глаза.
— Маша!
Подхватил, отрывая меня от пола, со всеми тараканами, странными мыслями и переживаниями. И мне стало не до них, не до растрепанной косы, не до чужих взглядов — завистливых, смеющихся; не до одобрительных выкриков, дружного свиста и гогота, потому что он… он меня поцеловал!
И тут же отпустил на землю, еще до того, как успела возразить или возмутиться. Или заехать по шее на глазах у остальных. Мы так не договаривались! Мало ли, что я его тут встречаю, как примерная жена, ведь это ничего не значит! Или значит?!
— Я тоже соскучился, — сказал Ферг, прерывая мой судорожный поток сознания. — Очень. Пойдем уже! Переоденусь, и можно идти ужинать.
По дороге в каюту мы молчали. Я даже позволила Фергу держать себя за руку. Угу, наверное, чтобы не потерялась в толпе прокладчиков… Шла и думала, что, наверное, у меня затмение мозга, вызванное перенапряжением на стимуляторе. Как по — другому объяснить то, что наш первый поцелуй, быстрый и странный, вовсе не показался мне противным?!
Глава 11
— Пошли, — решительным тоном произнесла Ласси. — Научу тебя, как играть в квадри.
Поставила на барную стойку стакан с отвратительным, но забористым пойлом, от одного глотка которого кружилась голова и становилось значительно веселее жить на свете. Спрыгнула со стула, посмотрела на меня. Судя по ее взгляду, от квадри не отвертеться. Обреченно кивнув, я тоже сползла со стула. Ясно! Значит, буду изучать еще и местные настольные игры. Денек‑то какой сегодня… познавательный!
Ферг выпустил мои пальцы. После памятной встречи на нижней палубе муж постоянно держал меня за руку, словно боялся, что от него сбегу. Угу, и улечу на челноке класса Ч-34 в рыжую рябь заката… Ферг окинул взглядом переполненный Желтый Сектор. Играла музыка, в глазах рябило от мелькающих огней. Многие сидели, как и мы, после ужина, за барной стойкой. Выпивали и разговаривали, но большая часть собственности корпорации "Галактика" оккупировала игровые автоматы. Только Ма — Зани с мужем, здоровенным чернокожим Би — Зейном, что недавно подходили знакомиться, показывали чудеса ловкости на танцполе.
Видимо, не углядев опасности, Ферг меня отпустил. Повернулся к Дорсу, поднял стакан, завел старую как мир песню о проблемах в пятой штольне и поломке несчастного плазмо — бурителя. Оказалось, руководству корпорацииуже давно донесли, вернее, проели плешь, и оно пообещало прислать детали для починки с первым же челноком, прибытие которого ожидали со дня на день.
Заслышав о плазмо — бурителе, Ласси закатила глаза, вцепилась в рукав моего комбинезона и потащила к светящимся столикам в противоположном конце Желтого Сектора. Я не сильно сопротивлялась. Ну и пусть! Развеюсь и мозг остужу, а то сегодня он испытал запредельные перегрузки. Дорс только что прочел мне краткую, но емкую лекцию по местному естествознанию, используя материалы из своего карманного визора. Разъяснил значения мер длины, скорости, объема, времени и веса, используемых в Империи Рагханов. Говорил до тех пор, пока голова не отключилась и я не почувствовала себя глупой блондинкой. Оказалось, так приятно сидеть, кивать, улыбаться и ни о чем, ни о чем не думать!
Теперь же притащилась за Ласси к столам, похожим на бильярдные, с подсвеченным пластиком игрового поля и квадратиками синих и красных фишек. Подруга сунула мне в руки кий, затем принялась рассказывать правила. Черт!.. В этом месте мне жутко захотелось постучаться головой о твердый край поля. А еще лучше — чтобы мне сделали чудо — инъекцию, и я бы сразу узнала все обо всем на свете! Включая чудеса управления челноком У-32 в метановой атмосфере океаниды.
А еще лучше — сбежать в каюту, остаться с Фергом наедине и больше ни о чем не думать. Если захочет поцеловать меня еще раз — уверена, захочет! — не убивать мужа заколкой, а разобраться в своих ощущениях. Понять, наконец, что чувствуешь, когдатебя целует человек, который кажется приятным.
Вместо этого принялась играть с Ласси в местный "Тетрис". Гоняла кием по скользкому пластику поля красные и синие квадратики, собирая свои красные фишки в одном месте, выстраивая кособокие конструкции и разрушая построения противника. Правила оказались простыми — тот, кому удавалось составить четыре квадрата одного цвета, получал очки. При этом вредить противнику не только не запрещалось, но очень даже поощрялось.
— Над этим столом прослушка не работает, — неожиданно произнесла Ласси, нагибаясь над полем. Дотянулась кием до синего квадрата и запустила его с такой силой, что он разметал по столу мою красную, подававшую надежды на выигрыш, конструкцию. — Дорс отключил.
— Прослушка?! — переспросила у Ласси. — Нас что, слушают?
— Постоянно, — отозвалась она, как само собой разумеющееся. — Не только слушают, но и смотрят. Записывают Желтый Сектор, столовую и каюты. Не замечала камеры? Нет?
Я пожала плечами. Сегодня мне было явно не до камер. Да и вчера, надо признаться, тоже.
— В квадри никто, кроме нас, не играет. Устарели. Народ уважает визо — игры, — Ласси кивнула на соседний автомат, где двое под крики болельщиков гоняли по виртуальному экрану на реактивных мотоциклах. Я их понимала — сама бы не отказалась прокатиться. — Над этим столом Дорс оставил на запись только "картинку". Маша, продолжай играть и не смотри на меня так!..
— А как я на тебя смотрю?! — спросила у нее, наклоняясь над полем. Сжала в руках кий, словно он — последняя надежда в неравной битве с врагами. Вернее, с врагом. Ласси уверенно побеждала со своими желтыми квадратами, набрав уже двенадцать очков против моих четырех, но я не собиралась сдаваться без боя.