В этот момент легкий шум заставил его вскочить. Дверь осторожно открылась.
Не шевелясь, он незаметно засунул руку под подушку, чтобы достать револьвер.
Лунный свет, проникающий через иллюминатор, падал прямо на дверь и через приоткрытые веки он заметил голову Скотта, смотревшего на него.
Джонни слегка захрапел, наблюдая за Скоттом, и не шевелился. Дверь бесшумно закрылась.
Теперь, окончательно проснувшись, он подумал, что бы это означало, и прислушался.
Дверь в комнату Фреды открылась, и он явно услышал, как Скотт прошептал:
— Выйди на палубу. Ни слова… Он спит.
Джонни подождал. Послышался приглушенный шорох, затем снова стало тихо.
Он выскользнул из постели, открыл дверь и заглянул в гостиную, освещенную луной. Через иллюминатор он заметил Скотта и Фреду. Они были на палубе.
Передвигаясь, как тень, он проскользнул в гостиную и услышал шепот Скотта:
— Посмотри на это.
В руке у него был карманный фонарик, луч которого он направил на газету. Джонни сразу же понял, что речь идет опять об объявлении. Он подошел ближе.
— Ты видишь? — спросил Скотт низким и возбужденным голосом. — Я нарисовал ему бороду. Это Джонни.
— Что ты говоришь?
Голос Фреды был слышен плохо, но Джонни отчетливо различал каждое слово.
— Этот тип, по крайней мере, моложе на двадцать лет.
— Может быть, это старое фото?
Они стояли рядом около поручней. Скотт был в пижаме, на Фреде — ночная рубашка, через тонкую ткань которой в лунном свете красиво обрисовывались ее стройные ноги.
— Садись, я хочу с тобой поговорить.
Джонни видел, как они направились к креслу и уселись рядом. В темноте он проскользнул до открытого окна и прислушался. Он был как раз за ними и, по крайней мере, на расстоянии в один метр.
— Я хорошо подумал, — сказал Скотт. — Типа, который исчез, зовут Джонни Биандо. Наш жилец утверждает, что его зовут Джонни Бьянко. Видимо, он потерял память и думает, что он Бьянко, а не Биандо. Чем больше я смотрю на это фото, особенно теперь, когда я нарисовал бороду, тем больше я убеждаюсь, что это тот человек, которого ищут. Десять тысяч долларов! Ты представь. Что ты об этом думаешь?
Джонни затаил дыхание. В зависимости от ее ответа он узнает, можно ли ей доверять или нет.
— Непохоже, чтобы он вел себя как потерявший память.
Фреда говорила спокойным голосом.
— Сегодня мы болтали. Он рассказал мне о своей работе. Нет… ты придумываешь.
— Предположим, я позвоню этим адвокатам Диссон и Диссон. Чем мы рискуем? Они кого-нибудь пришлют, проверят. Они наверняка получат десятки телефонных звонков. Что в этом плохого? Если есть шанс отхватить такой кусок.
— Ну хорошо, если это он, если оторвем… что произойдет?
— Десять тысяч долларов! Ты можешь уехать отсюда, не так ли? Тебе надоела эта жизнь.
— Да.
— Чудесно. Я дам тебе две тысячи долларов, а на остальные куплю три грузовика и займусь серьезными операциями. Завтра в Ричмонде я позвоню этим людям. Если мы ошиблись, что же делать. Но если угадали…
Сердце Джонни теперь билось так сильно, что он боялся, как бы они не услышали этот стук.
— Лучше убедиться твердо, — заявила Фреда. — Завтра я пошлю его ловить рыбу и пока он будет на озере, обыщу его вещи. Эта история с медалью святого Христофора. Возможно, что она у него есть. Если я найду медаль, то мы можем быть уверенными, что это он.
— А почему не позвонить сразу? Они могут прийти и проверить.
Наступила тишина, потом Фреда возразила:
— Ты никогда не видишь дальше собственного носа, Эд. Если мы будем уверены, можно попросить больше… Можно потребовать пятнадцать тысяч: пять — для меня и десять — для тебя.
— Да, я не подумал об этом. Это так… Но не думай о пяти тысячах, моя дорогая. Достаточно будет четырех.
— Ладно, согласна. Четыре тысячи мне.
Скотт поднялся.
— Обыщешь его вещи. Ты понимаешь? Пятнадцать тысяч долларов!
Джонни поднялся, вошел в свою комнату, закрыл дверь и улегся.
Итак, он может доверять Фреде. Она довольно ловка. Она выиграла двадцать четыре часа… но что потом? Всю ночь он так и не сомкнул глаз.
Карло Танза вошел в бюро Массино, ударом ноги закрыл дверь и уселся в кресло.
— О, боже. Нужно сказать, что объявление дает результаты, — воскликнул он. — Уже приняли триста сорок восемь телефонных звонков. Человек, который сидит на телефоне, не знает куда повернуть голову. Нужно проверять каждое сообщение.
Массино мрачно посмотрел на него.
— Это твоя блестящая идея.
Это хорошая идея, но как я мог предвидеть, что столько сволочей клюнет на это. Мы, в конце концов, каждый звонок и проверим. Это, конечно, займет время.
— Это твое дело, — заметил Массино. — Я плачу… — Ты ищешь. Одно определенно. Если деньги в одном из ящиков камеры хранения на другой стороне улицы, этот мерзавец их никогда не заберет… Будь в этом уверен.
Глава 8
Едва затих шум отъезжающего грузовика, как дверь Джонни открылась и вошла Фреда. В сероватом рассвете она казалась самой желанной женщиной в мире. Сейчас было не время думать о развлечениях. Она села на край кровати.
Он говорил со мной вчера вечером, — заявила она.
Я знаю. Я слышал, — ответил Джонни и положил свою руку на ее. — Ты очень хорошо выкрутилась, но сегодня вечером, когда он вернется… Что ты ему скажешь?
— Что я уверена, ты не тот, за кого он тебя принимает, что я видела твои водительские права и что тебя действительно зовут Бьянко и нет медали с изображением святого Христофора.
Джонни покачал головой.
— Этого недостаточно. Он слишком жаден. Как он тебе уже сказал, ему терять нечего.
— Тогда поехали, — сказала Фреда. — Возьмем деньги и скроемся. Я знаю кое-кого в деревне, кто даст мне машину. Поедем в Ист-Сити, возьмем деньги и направимся на север. Что ты об этом скажешь?
Он облокотился на Подушку, удивленный тем, до какой степени Фреда не понимает ситуации.
— Если бы это было так просто, — вздохнул он.
— Но они не знают меня, — энергично запротестовала Фреда. — А где ты спрятал эти деньги? Кто мне помешает их взять, если тебя там не будет поблизости?
— Ист-Сити набит людьми Массино. Каждый из них получил точное описание мешков, в которых находятся деньги. Любой человек с такими мешками будет схвачен через пять минут.
— Ну что же. Можно купить чемодан и спрятать в него эти два мешка. Это так просто.
Джонни почувствовал, что пришло время рассказать ей все.
— Эти мешки находятся в камере хранения автовокзала, как раз напротив бюро Массино. Ты не сможешь их спрятать в чемодан так, чтобы этого не заметили.
— Но однако же есть средство, чтобы их забрать?
— Массино очень хитер. Вполне возможно, что он подумал о камере хранения и, вероятно, за ней наблюдают. Прежде чем попытаться сделать что бы то ни было, нужно навести справки.
Джонни подумал.
— Где находится ближайший телефон?
— В деревне есть будка в магазине.
— Я позвоню в Ист-Сити. Мне скажут, что происходит. В какое время открывается магазин?
— В 7.30.
Он посмотрел на часы. Было 5.30.
— Ты меня отвезешь на лодке?
Она колебалась.
— Здесь люди такие болтливые. Сейчас никто не знает, что ты здесь и ты можешь вызвать разговоры.
— Мне совершенно необходимо позвонить.
Она немного подумала.
— Может быть, мне сказать Сальвадоре, что ты мой двоюродный брат и приехал нас навестить? Будь с ним любезен. Это не трудно. С ним достаточно поболтать.
— Он итальянец?
Джонни насторожился.
— Кто он?
— Владелец магазина. Сальвадоре Бруно. Он не опасен. Если мы приедем к открытию, он будет один. Тебе действительно нужно позвонить?
— Да.
— И как только ты узнаешь, что путь свободен, наймем машину и поедем за деньгами?
— Нужно узнать, что происходит.
Она кивнула головой.