Мы прошли по пляжу рука об руку. Песок был теплым, и наши ноги погружались в него по щиколотку. Когда мы подошли к воде, я рискнул взглянуть на девушку. Если бы скульптор захотел отлить из бронзы скульптуру, лучшей модели у него и быть не могло. Мое спокойствие удивило меня самого.
Мы бросились в воду и поплыли до спасательного плотика. Когда мисс Уондерли взобралась на плотик, она была похожа на нереиду. Я барахтался вокруг плота, чтобы таким маневром хорошенько ее рассмотреть. Я знал многих женщин! Но здесь было нечто особенное!
— В чем дело? — нетерпеливо спросила она. — Ты меня смущаешь.
Я влез на плотик и сел рядом с ней.
— Все в порядке, — сказал я.
Она посмотрела через плечо, затем оперлась о меня. Ее спина была теплой и влажной от воды.
— Расскажи мне о себе, — попросила она.
— Вряд ли это будет интересно.
— И все же.
Я улыбнулся.
— Ничего существенного не происходило до моей демобилизации из армии. Я вернулся из Франции с коллекцией медалей, вконец расшатанными нервами и страстным желанием играть. Меня никто не ждал, я никому не был нужен и никак не мог найти работу. Однажды я сел сыграть партию в покер. Игра затянулась и продолжалась три недели. Мы брились, ели, пили, не покидая стола. Я сумел выиграть пять тысяч долларов. Но кому-то это не понравилось. Пришлось разбить бутылку о его голову, чтобы научить хорошим манерам. Он схватился за револьвер. Это было смешно, ведь я вышел живым из ада Арденн. Вырвав оружие, я оглушил парня рукояткой его же револьвера. Мы продолжили игру, и его тело служило нам подстилкой под столом.
Она скрестила руки на груди и забарабанила ногами по воде.
— Ты жестокий парень.
— Не сказал бы. Но история мне не понравилась и заставила задуматься. Я сказал себе, что в один прекрасный день могу нарваться на типа, который успеет достать револьвер быстрее и к тому же будет уметь с ним обращаться. Я решил тоже обзавестись оружием. Видишь ли, армия дает многое, в том числе и желание делать все как можно лучше. Лучше всех. Поэтому я поселился во второразрядном отеле и начал практиковаться как можно быстрее вытаскивать «пушку» и нажимать на курок. Я проделывал это шесть часов в день в течение недели. Тренировка дала свои плоды. Я еще не встречал парней, способных вытащить револьвер быстрее меня. Эта неделя тренировок спасала мою жизнь уже пять раз.
Она вздрогнула.
— Говорили, что ты человек без совести, но я почему-то не верю в это.
— Это ложь, — я положил руку на ее бедро. — Могу объяснить, как происходят такие вещи. Появляется парень, который считает себя непревзойденным и полагает, что никто не достает ему даже до щиколоток. Или у него крыша поехала, или он слишком много выпил, или еще по какой причине, но он считает себя настолько выше всех, что хочет доказать это всему миру. Все плюют на него, но он этого не замечает. И что он делает? Он ищет парня с определенной репутацией. И когда находит его, ищет с ним ссоры. Он думает, что если победит его, то поднимет свой авторитет в глазах общества. Как правило, мишенью выбирают меня. — Я поболтал ногами в воде. — Я разрешаю ему говорить что угодно, дабы вызвать меня на ссору, хотя и не люблю убивать людей. Я остаюсь спокойным и разрешаю ругать меня. И тут он хватается за револьвер. А здесь уже не до, шуток, я очень хочу жить. Люди утверждают, что у меня нет совести, но это не так, я просто раб обстоятельств.
Она молчала.
— Нечто подобное происходит и здесь. В этом городе имеется парень, который считает себя выше всех. Он хочет доказать своим согражданам, что сможет победить меня. Я не знаю, кто и когда собирается начать свою игру, но что-то подсказывает мне, что ты тоже замешана в этом деле. Теперь остается узнать, действительно ли ты в курсе дела, или ты только часть декорации, — с улыбкой закончил я.
— У тебя разыгралась фантазия.
— Ты должна сказать, за меня ты или против.
— Я с тобой.
Я обнял ее за талию и посадил себе на колени. Она прильнула к моей груди, моя щека прижалась к ее волосам, мокрым и душистым.
— Я знала, что с тобой это будет забавным, — сказала она.
Я зажал ее подбородок между пальцев и приблизил ее лицо к своему. Она закрыла глаза. При свете луны ее тело было совсем белым и казалось фарфоровым. Я долго смотрел на нее, потом поцеловал. Ее губы были солеными и крепкими, свежими и приятными. Мы долго оставались неподвижными, лишь плотик слегка покачивался на волнах. Я был уверен, что что-то должно произойти, но сейчас меня это не волновало. Неожиданно она оттолкнула меня и встала. Ее красота сводила с ума. В тот момент, когда я хотел ее схватить, она прыгнула в воду. Я сел и стал ждать. Вскоре она повернула и поплыла к плоту. Я накренил его так, чтобы она могла легко взобраться. Она уселась возле меня, положив подбородок на руки и согнув ноги в коленях. У нее была красивая спина.
— Теперь ты расскажи историю своей жизни, — сказал я.
Она пожала плечами.
— Нечего рассказывать.
— Но все же. Сколько времени ты находишься здесь?
— Около года.
— А до этого?
— Нью-Йорк.
— Танцовщица?
— Да.
— Как ты познакомилась со Сперацой?
— Случайно.
— Он тебе нравится?
— Пустое место.
— Твоя работа развлекать клиентов казино?
— Приблизительно так.
— Кто еще, кроме меня, был удостоен твоего внимания?
— Никто.
— Получается, что я первый важный гость в Парадиз-Палм?
— Может быть.
— Тебе нравится работа?
Она перевернулась на спину.
— Да, — сказала она с таким выражением, что я понял — зря трачу время, торча здесь на спасательном плотике.
— Уходим, — сказал я. — Вперед!
Она первой прыгнула в воду.
5
— Я хочу показать этой молодой леди вид с моего балкона, — сказал я ночному дежурному в отеле, забирая ключ от номера.
Я ожидал возражений с его стороны, дескать, это респектабельный отель и тому подобное, или усмешки. Ничего подобного! Он поклонился.
— Мы счастливы, что вы находите вид достойным, чтобы показать его мадам. Не нужно ли вам еще чего-нибудь, мистер Кейн?
Я внимательно вслушался в тембр его голоса, пытаясь уловить саркастические нотки. Нет, ничего подобного.
— Бутылочка скотча не помешала бы.
— В вашей гостиной в стенном баре имеется запас напитков. Час назад мистер Киллиано прислал их с самыми наилучшими пожеланиями, мистер Кейн.
— Прекрасно, — изо всех сил я старался скрыть свое удивление.
Мы пересекли просторный холл и вызвали лифт. Девушка смотрела на меня глазами, округлившимися от удивления.
— Он просто сумасшедший, но полон рвения угодить, — сказал я. — Еще немного, и он придет поправить одеяло на моей кровати.
Она усмехнулась.
Нос к носу мы столкнулись с детективом, работающим в отеле. Я догадался о его профессии по величине ног. Он смотрел сквозь нас, не замечая. Лифтер восторженно уставился на мисс Уондерли, но тоже не подавал вида, что знает — эта девушка не живет здесь. Все эти бездельники, безусловно, обладали тактом. А чего еще ожидать в первоклассном отеле!
Часы на столике коридорного показывали двадцать два. Мне совсем не хотелось спать.
— Ты знаешь Киллиано? — спросил я, пока мы шли в мой номер по толстому ковру.
— А мне казалось, твои мысли только обо мне, — с упреком сказала она.
— У меня замечательный мозг. Он способен думать о двух вещах сразу.
Я открыл дверь, и мы вошли в номер. Она так и не ответила на мой вопрос. Когда я закрыл дверь, то вдруг обнаружил, что мой мозг не настолько совершенен, чтобы думать обо всем сразу.
Мисс Уондерли освободилась из моих объятий, но не настолько быстро, чтобы я не успел прошептать ей кое-что на ушко.
— Не забывай, мы пришли, чтобы полюбоваться видом с балкона, — прошептала она, но по тому, как высоко вздымалась ее грудь, я понял, что она, как и я, возбуждена до предела.
— Панорама стоит того, — взявшись за руки, мы прошли на балкон. По пути я мельком глянул в зеркало и отметил, что губы испачканы помадой, но это не было мне неприятным.