Лучшего места для отпуска нечего было и желать. А я действительно находился в отпуске, как ни трудно в это поверить. Те четыре месяца, что я провел в весьма сомнительных местах Нью-Йорка, зарабатывая себе на хлеб насущный, были весьма утомительными. Я пообещал устроить себе отпуск со всеми мыслимыми удовольствиями, едва только заработаю двадцать грандов. Но к тому-времени, когда на моем счету скопилось пятнадцать тысяч, я был готов все бросить, так как получил две пули и обзавелся большим количеством врагов. И лишь мысль о том, что заработать двадцать грандов, не нажив врагов, просто невозможно, удержала меня от этого шага. Дело дошло до того, что я был вынужден ездить в бронированном автомобиле, а перед тем, как лечь спать, принимал определенные меры предосторожности, чтобы меня не застали врасплох во время сна. Я держал оружие под рукой, даже находясь в ванной.
Я приобрел деньги и определенную репутацию. Утверждали, что никто в стране не может вытащить оружие быстрее меня. Вполне возможно, но никто не знал, что я каждый день не менее двух часов упражняюсь перед зеркалом. Да, мне пришлось убить несколько парней, но это не было убийством. Даже копы признавали это, а уж они-то доки в делах подобного рода. Всякий раз, вынужденный стрелять в человека, я тем не менее давал ему возможность выхватить свою пушку, а уж потом успевал выстрелить раньше, чем противник нажмет на курок.
Собрав нужную сумму, я купил «бьюик» и отправился в Парадиз-Палм с очевидным намерением отдохнуть.
Пока я в восхищении пялился на женщин, дорожный коп подошел к машине.
— Здесь нельзя останавливаться, сэр, — сказал он, ставя ногу на подножку машины.
Представьте себе, коп назвал меня «сэр»!
— Я только что приехал, — миролюбиво ответил я, запуская двигатель. — От подобного зрелища у меня перехватило дыхание. Мой бог! Потрясающее зрелище!
Коп улыбнулся.
— Впечатляет, а? Я тоже был поражен, когда приехал сюда впервые.
— Есть от чего. Полюбуйтесь хотя бы на этих девочек!
— Посмотрели бы вы на них на пляже, — доверительно сказал полицейский. — Они делают вид, что не замечают зевак, глядя на вас, как на деревья.
— Ну, это просто девушки моей мечты!
— Моей тоже. — Коп покачал головой. — Но когда всего слишком много, наступает пресыщение. Глаза сами закрываются, появляются боли в шее и все.
— Неужели они такие высоконравственные?
Он присвистнул.
— Нужно сильное впечатление, чтобы их встряхнуть.
— Это мне хорошо известно, — вздохнул я и спросил, где можно найти «Палм-Бич-отель».
— О! — уважение копа к моей персоне сразу возросло. — Это лучший отель в городе. Даже кормят там превосходно. — Он указал, куда ехать, и через две-три минуты я уже поднимался по ступенькам.
Встреча, которую мне устроили, удовлетворила бы даже Рокфеллера. Швейцар и коридорный тут же занялись моим багажом, какой-то шустрый малый отвел «бьюик» в гараж, а еще двое бездельников, в синих с золотом ливреях были готовы вознести меня на мой этаж, если бы у них хватило на это сил и я позволил бы им это сделать. Дежурный администратор только что не встал на четвереньки и не завилял хвостом.
— Мы рады приветствовать вас у себя, мистер Кейн, — сказал он, протягивая книгу регистраций и авторучку. — Ваш номер готов, и если он вас чем-то не устроит, уведомите нас.
Я не привык к такому обслуживанию, но сделал вид, что принимаю все как должное. Улыбнувшись, я сказал, что очень привередлив в выборе жилья, и они поступили правильно, предоставив в мое распоряжение лучший номер.
Номер был хорош! Балкон, уютная гостиная, а спальня, достойная Сесл ван дер Милле, просто поражала.
Я вышел на балкон и, облокотясь о перила, посмотрел на пляж, пальмы и океан. Это было потрясающе! Слева от меня хорошо просматривались другие номера отеля. В соседнем номере я увидел девушку, которая, держа в руках гантели, занималась чем-то вроде зарядки. Наши взгляды встретились.
Прежде чем скрыться из поля зрения, она адресовала мне улыбку, означающую: «Мы можем как-нибудь позабавиться вместе, милый мальчик!»
Я сказал служащему, который сопровождал меня, что номер вполне устраивает. Выпроводив его, я вернулся на балкон в надежде вновь увидеть девушку с гантелями, но спектакль, по всей видимости, был окончен.
Я пробыл на балконе едва ли больше трех минут, как вдруг зазвонил телефон. Уверенный, что ошиблись номером, я снял трубку.
— Мистер Кейн? Добро пожаловать в Парадиз-Палм, — пророкотал сочный баритон с иностранным акцентом. — Я Спераца, директор казино-клуба. Надеюсь, вы нанесете нам визит. Мы наслышаны о вас.
— Даже так? — довольно проговорил я. — Разумеется, я с удовольствием загляну к вам. Я в отпуске, но ведь это не помеха для хорошей игры.
— У нас прекрасное казино, мистер Кейн, — любезно продолжал он. — Вам понравится у нас. Что вы скажете о сегодняшнем вечере? У вас нет никаких неотложных дел?
— Пока нет, так что рассчитывайте на меня.
— Спросите дона Сперацу. Все будет устроено в лучшем виде. Кстати, у вас уже есть подруга?
— Пока нет, но, как я заметил, недостатка в женщинах здесь не ощущается.
— Не всякая девушка может вам подойти, мистер Кейн, — со смехом возразил он. — Мы подыщем достойную кандидатуру. Надеюсь, вы будете довольны своим пребыванием здесь. Мы не так часто принимаем у себя столь известных людей.
Я поблагодарил словоохотливого директора и повесил-трубку.
Не прошло и десяти минут, как телефон вновь зазвонил. На этот раз громыхающий бас поведал, что звонит Эд Киллиано. Я не знал никакого Эда Киллиано, но тем не менее сдержанно поблагодарил за звонок.
— Я рад приветствовать вас в нашем городе, Кейн. Если смогу чем-нибудь помочь, чтобы сделать ваше пребывание более приятным, только скажите. В отеле вам сообщат, где меня можно найти. Приятного времяпрепровождения! — и прежде чем я успел осведомиться, кто он такой, Эд повесил трубку.
Я тут же позвонил дежурному клерку и справился, кто такой Эд Киллиано. Оказалось, что это мэр города, и его голос дрожал от пиетета, словно разговор шел о дядюшке Джо Сталине.
Я поблагодарил его и вышел на балкон. Солнце сияло над золотым пляжем, солнечные зайчики слепили глаза, пальмы склонялись под дуновением ласкового бриза. Парадиз-Палм был восхитителен, но я уже начал подумывать, не слишком ли все хорошо, чтобы быть настоящим.
Я начинал бояться, что вскоре все это лопнет, как мыльный пузырь.
2
Я спускался вниз по Оушен-драйв. Движение было весьма интенсивным, и я ехал медленно. Соленый морской воздух щипал ноздри, а шум океанского прибоя убаюкивал. Это была одна из тех ночей, которые воспевают в книгах. Звезды походили на россыпи бриллиантов на голубом бархате. Миновав ворота, я проехал к большому зданию с ярко освещенным парадным входом — фантазии из мрамора и стекла. Большие голубые буквы, горевшие над входом, складывались в слово «КАЗИНО». Все здание было освещено до такой степени, что казалось, свет излучали сами стены. Это выглядело довольно необычно. Медные пуговицы на ливрее негра-швейцара были надраены так, что блестели, как золотые. Он распахнул дверь моего «бьюика», а другой негр тут же отогнал машину в гараж. Я вошел под синий навес и очутился в коридоре, по обе стороны которого находились двери кабинетов, каждая под своим номером. В конце коридора была арка, а слева, в гардеробе, царила молодая блондинка.
— Вашу шляпу, мистер? — спросила блондинка гнусавым голосом.
Я пожирал ее глазами. На ней была небесного цвета кофточка, плотно облегавшая тело и открытая до талии, весьма небрежно зашнурованная черным шелковым шнуром. Никакого бюстгальтера, никакого белья. Такой костюм вызывает жар у всех, не считая его обладательницы. Я протянул ей шляпу и дружески подмигнул.
— Вы прекрасно выглядите, — любезно сказал я.
— Мне кажется, что я скоро сойду с ума, если каждый день буду слышать один и тот же комплимент, — девица томно вздохнула. — Это не более чем моя униформа.