Снова все контролирующая.
Я подъезжаю к студенческому городку и останавливаюсь возле главного корпуса юридической библиотеки. Обычно Дэниел проводит все утро на занятиях, но в это время он делает перерыв на ланч. Я усаживаюсь на одну из скамей, расположенных у входа в библиотеку, и жду, но он появляется всего через несколько минут, выглядя усталым и отстраненным.
― Эй, малыш! ― махаю я ему рукой, и при виде меня его лицо проясняется.
― Джульет, что ты здесь делаешь? ― он хватает меня в объятия и, усмехаясь, мягко целует в лоб. ― Ты же говорила, что будешь отсутствовать всю неделю.
― Знаю, ― я крепко его обнимаю, расслабляясь от близости его тела. Чувствуя себя в безопасности. И защищенной. ― Но я по тебе соскучилась. И, к тому же, мне нужно проконсультироваться с одним из преподавателей о примечаниях к обзору, ― добавляю я, чтобы оправдать мое неожиданное возвращение.
― Ты сегодня обратно? ― спрашивает Дэниел, глядя на меня сверху вниз.
Его каштановые волосы стильно подстрижены, и даже в обычный учебный день, когда остальные его однокурсники ходят в старье и в поношенных джинсах, он чисто выбрит и одет в застегнутую на все пуговицы оксфордскую рубашку и опрятные брюки.
Я вдыхаю его знакомый чистый аромат цитрусовых и лосьона после бритья, и воспоминания о Сидар Коув безо всяких усилий с моей стороны отступают на задворки моего сознания.
Даже не знаю, о чем я думала, когда собиралась рассказать ему об Эмерсоне. Видимо, вообще ни о чем. Я сумасшедшая, если хотела испортить отношения с таким человеком. Он отличный парень, который меня любит, а не ублюдок, который разбил мне сердце.
― Джулс? ― Я моргаю, смущаясь под пристальным взглядом Дэниела. Он ослабляет свои объятия и хмурится. ― Я спросил, когда ты возвращаешься обратно? Эй, ты в порядке? ― он насмешливо на меня смотрит.
― Все в порядке! ― отвечаю быстро. ― Просто устала с дороги, ― я перевожу дыхание. ― Я еще не знаю, когда вернусь. Там слишком много работы. Возможно, следует нанять уборщиков, ― добавляю я. ― Агент по продаже недвижимости сказала, что может кого-то посоветовать.
― Я думал, ты хотела, чтобы у тебя было время для учебы.
Дэниел берет меня за руку и ведет за собой. Я даже не интересуюсь, куда мы направляемся, потому что знаю: он всегда проводит свой обеденный перерыв в бутербродной, расположенной вниз по улице, и берет жареную индейку на цельнозерновом хлебе, с горчицей, но без соуса.
― Ты говорила, что там тебе будет легче сосредоточиться, когда никто не отвлекает.
Сосредоточиться? Ха. Я сто процентов не смогу учиться в доме, куда в любой момент готов ворваться Эмерсон, чтобы сбить меня с ног и захлопнуть дверь.
― Понимаешь, ― я неопределенно пожимаю плечами. ― В тот доме… слишком много воспоминаний.
Каких именно, я умалчиваю.
Дэниел сочувственно сжимает мою руку.
― Как тебе будет угодно, малыш. Или подожди до окончания занятий, ― восторженно говорит он, ― и мы сможем поехать туда вместе. У нас будет настоящий отпуск в течении нескольких недель. И за то время мы все соберем.
Кровь стынет у меня в жилах, стоит лишь подумать о Дэниеле и Эмерсоне, находящихся поблизости друг от друга. Только не это!
― Нет! ― визжу я. ― То есть, папа хочет продать дом как можно скорее. В следующем месяце. Но так мило, что ты это предложил, ― продолжаю быстро. ― И это — моя проблема. Поэтому я с ней разберусь сама.
― Я в этом не сомневаюсь, ― улыбается мне Дэниел. ― Кстати, я тут вспомнил. Твоя сестра пригласила нас сегодня вечером на ужин с ней и Александром. Я сказал, что тебя нет в городе, но теперь могу сообщить, что мы придем.
Я замираю. Одного упоминания о моей сестре достаточно, чтобы заставить меня напрячься.
― Ужин? Неужели? Вообще-то сегодня вечером я хотела побыть с тобой.
― Да ладно, это будет весело, ― продолжает убеждать меня Дэниел. ― Мы должны пойти. Ты не можешь отказаться от первого за многие месяцы приглашения.
― Вот поэтому я и не хочу идти, ― бормочу угрюмо.
Дэниел смеется:
― Она — твоя сестра, все будет хорошо. И я поведу, так что у тебя даже будет возможность пропустить стакан вина.
― Потребуется целая чертова бутылка, ― добавляю я тихо.
― Так я ее наберу, ― улыбается он, обнимая меня.
Я хочу начать спорить, но знаю, как для Дэниела важна семья. Он очень часто общается со старшим братом и звонит своим родителям каждое воскресенье, как по расписанию. Раньше, когда мы только начинали встречаться, я не хотела, чтобы он знал, насколько отстойные отношения в моей семье, поэтому делала вид, будто мы обычные родственники: живущие отдельно, но от этого не менее дружные. Вместо того, чтобы оставить все как есть, Дэниел решил, что обязан сводить нас всех вместе при любой возможности.
Я смотрю на него. Дэниел так хочет услышать мой положительный ответ, а я чувствую себя настолько виноватой, что я лишь вздыхаю и киваю:
― Прекрасно, давай пойдем.
― Здорово. ― Дэниел выглядит удовлетворенным: еще один шаг на пути по «воссоединению семьи» сделан. ― Сейчас у меня еще одна консультация. Как ты смотришь на то, что мы увидимся позже?
Я снова киваю.
Он улыбается:
― Я рад, что ты вернулась. Я по тебе скучал.
Дэниел притягивает меня ближе и целует, оставляя на моих губах мягкий, медленный поцелуй. Я сжимаюсь в его объятиях, пытаясь отгородиться ото всех своих обвиняющих мыслей, но когда закрываю глаза, то вижу перед собой не лицо Дэниела, склонившееся надо мной, и не его губы, которые прижимаются к моим в этот момент.
Эмерсон.
Я отстраняюсь.
― Тебе лучше поторопиться, если не хочешь опоздать! ― оживленно восклицаю я.
Он смотрит на свои часы.
― Черт, ты права. Увидимся позже у меня? ― он скользит руками по моей талии, сжимая ее с намеком. ― Я действительно соскучился, ― добавляет с многозначительной усмешкой.
С трудом сглотнув комок в горле, я выдавливаю:
― Я тоже! ― и отступаю. ― До скорого!
Дэниел поспешно уходит, направляясь через кампус, а я вздыхаю. Удивительно, как он ничего не понял по моему лицу. Моя кожа покрывается виноватым румянцем, а сердце колотится так, будто я ограбила банк.
«Как обман может быть лучше?»
Я отгораживаюсь от шепота своей совести, разворачиваюсь и спешу через кампус, стремительно пробираясь сквозь полуденную толкучку возле бизнес-центра. Я убеждаю себя, будто действительно вернулась из-за консультации, но в глубине души желаю, чтобы хотя бы часть из моего рассказа Дэниелу была правдой. Я сбежала из Сидар Коув не потому что не в состоянии держаться вдалеке от своего бывшего, а только лишь из-за целиком оправданных учебных нужд.
«В точку.»
Мой маршрут проходит мимо здания искусств, и я на мгновение останавливаюсь. Приверженцев художественной братии можно узнать за милю. И не потому, что их одежда измазана в краске (хотя у некоторых так и есть), но в большей степени из-за их внешнего вида в целом: причудливые и разношерстные, в винтажной одежде. Оригинальные и креативные. Мимо меня проходят несколько девушек, одетых в симпатичные цветастые платья из секонд-хэнда, с красной помадой на губах. Они несут огромные альбомы для рисования и портфели, из которых выглядывают рулоны бумаги.
Я помню, что Эмерсон сказал мне на пляже, смутив меня обвинением, которое явно звучало в его голосе. Когда мы с ним познакомились, я еще собиралась стать одной из тех девушек. Я была зачислена в калифорнийский колледж по направлению «Фотосъемка», и была взволнована возможностью бросить все и начать новую жизнь, полностью погрузившись в искусство. И даже когда я так сильно влюбилась, я не изменила своей мечте, поменяв только свое местоположение. Мы планировали, что я пропущу один год занятий, а после поступлю в художественную школу на Побережье Мексиканского Залива, или даже в Каролине. Роли, Ашвилл — в пределах нескольких часов езды до Сидар Коув есть куча подходящих городов. Эмерсон должен был остаться в городке, чтобы заботиться о Брит и Рэй Джее, но я могла жить с ним и работать в городе, а следующей осенью начать учебу где-нибудь поблизости.