— Привет, — произнесла она едва ли не шепотом. — Я только что собиралась приготовить себе выпивку, перед тем как одеться. Почему бы вам не войти и не составить мне компанию?
— Уф! — Я судорожно сглотнул и сделал попытку заговорить. — Вы Эллен Драри?
Она шире открыла дверь, давая мне возможность увидеть ее в полный рост, — и это зрелище стало воплощением снов детектива Бойда в явь. Я узрел ее стоящей в просвечивающей ночной рубашке бледно-лимонного цвета, еле доходящей до округлых плотных ягодиц. Будучи ошарашен видом прелестной попки, я даже не сразу заметил явственно проглядывающие через прозрачную ткань зрелые груди с розовыми сосками и чисто символические узенькие трусики. Зрелище было из тех, что захватывают дух, и я вдруг обнаружил, что едва могу дышать.
— Надеюсь, вы получили ответ на свой вопрос — кто я такая? — промурлыкала она и, повернувшись ко мне спиной, направилась в гостиную.
Следуя за ней, я мог наблюдать, как она колышет бедрами и как при этом поочередно подрагивают ягодицы, начиная от того места, где их туго стягивала резинка трусиков; мое разыгравшееся воображение начало рисовать настолько восхитительные картины, что у меня засвербило в паху и началась эрекция. Затем, примерно через пару секунд, эти восхитительно подрагивающие округлости исчезли за стойкой бара.
— Желудок подсказывает мне, что время пить мартини, — твердо заявила она, — а гости должны пить то же самое, что и я.
— Согласен, — не стал я спорить, — и виски тоже.
— А потом вы еще, пожалуй, потребуете вермут?
— Лишь затем, чтобы придать выпивке цвет и аромат, — успокоил я, добавив: — Между прочим, меня зовут Дэнни Бойд, может быть, вы…
— Какого черта!.. Чего ради вам взбрело в голову называть свое имя? Я что, спрашивала?
— Ухм, — вот все, что я успел сказать до того, как у меня отвисла челюсть.
— Да знаете ли вы, что только что сделали? — В ее взгляде вспыхнула ненависть. — Испортили мне все удовольствие, будьте вы прокляты! И это после такого многообещающего начала. Пара выпивок, сделанных в темпе, — и мы могли бы запрыгнуть в постель безо всяких проблем. Но вы все испортили, назвав свое дурацкое имя.
— Да что такого в моем имени? — недоуменно пробормотал я.
— Да то, что я знать его не хочу. Мне до лампочки как вы, так и весь этот дурацкий мир с его чертовыми условностями. — В ее голосе послышалась горечь. — У меня никогда не возникало никаких проблем, когда доходило до того, чтобы переспать с незнакомым мужчиной. Куда лучше, чем лечь в постель со знакомым, так как в последнем случае разговоров не оберешься. Но раз вы назвали мне свое имя, вы перестали быть для меня посторонним мужчиной.
— Чертовски сожалею о своей оплошности, — попробовал я подбить клинья.
— На кой черт мне ваши извинения? — Она слегка пожала плечами. — Думаю, ничего уже не исправить. — Она нацедила из шейкера две щедрые дозы спиртного и протянула один стакан мне. — Да не сидите же сиднем, Дэнни Бойд, скажите хоть что-нибудь. — Она нехотя улыбнулась. — Все, что вам теперь светит, — это задушевная беседа.
— Доктор Лэндел не звонил вам после полудня?
— Нет. — В ее глазах засветился слабый интерес, когда она взглянула на меня. — А что, должен был?
— Ох уж этот Лэндел! — посетовал я. — У него дыра в голове там, где положено быть памяти.
— Это так важно?
Я деликатно откашлялся, дабы прочистить горло.
— Вы помните малого по имени Пол Бэйкер из клиники?
— Смутно, — кивнула она.
— Работал там мужским суррогатом, — пояснил я и пустился в дальнейшие объяснения. — Он взломал шкаф прошлой ночью и похитил из картотеки три истории болезни из тех, что попались под руку. Одна из них оказалась вашей.
— И зачем ему такое понадобилось? — небрежно поинтересовалась она.
— Для шантажа, — не задумываясь ответил я. — Сейчас у него полное досье на вас, включая пленки, записи и пометки Лэндела. Словом — все.
— Ну и что с того, Дэнни Бойд? — Ее выпяченная нижняя губа скривилась как бы сама собой, без ведома хозяйки. — Что может быть такого невероятного в моей истории болезни, чтобы заставить меня платить деньги шантажисту?
— Думаю, вы знаете ответ на свой вопрос куда лучше меня, — хрипло заметил я. — Бэйкер ведь был близок с вами… уф… очень близок к вам все то время, пока вы находились в клинике, разве я не прав?
— Ну, если вы так утверждаете, тогда — да. — Голос ее показался мне каким-то странным.
— Лэндел нанял меня, чтобы я вернул ему эти истории болезни до того, как Бэйкер начнет угрожать бывшим пациентам клиники, чьи папки попали к нему в руки, — сообщил я и тут же поинтересовался: — Кстати, он еще не давал о себе знать?
— Нет. — Она медленно покачала головой.
— Ну а как он выглядит, этот Бэйкер?
— Вы что, не знаете его?
— Знал бы — не спрашивал, — огрызнулся я.
— Ну, по-моему, ему около тридцати. О таком, как Бэйкер, трудно сказать, каков его возраст.;, плюс-минус лет пять. Среднего роста, худоват, на мой взгляд, — лично мне нравятся мужики накачанные. — Ее голос стал более уверенным. — Темно-карие волосы, слегка спадающие на лоб, и глаза того же цвета.
— Есть какие-то особые приметы, шрамы и так далее?
— Нет, правда, об интимных местах сказать не могу — не знаю, может, там и есть особые приметы.
— А как насчет бороды?
— Бороды?.. — Она часто заморгала. — Ох, борода! Ну конечно, у него есть борода.
— Только не говорите, что уже успели забыть о наличии у Бэйкера длинного пушистого хвоста, — с издевкой заметил я. — Запамятовали о третьем глазе, что у него посреди лба, и про язык как у хамелеона, которым он, выстреливая изо рта, ловит комаров.
— Вы что, издеваетесь надо мной? — вспылила она. — Какую чушь вы несете — понять не могу!
— Зато даже ежу понятно, что вы никогда и в глаза не видели Бэйкера, — процедил я сквозь зубы.
— Я что, по-вашему, все выдумала? — Тут она увидела выражение моего лица и кивнула в знак согласия. — Да, это плод моей фантазии. Ловко вы меня подловили, спросив про бороду.
— И вы не Эллен Драри, — заключил я. — Ну а тогда кто же вы такая, черт побери?
— Кэрол Драри, — злорадно выдала она. — Вы со своей информацией, Дэнни Бойд, ниспосланы свыше в ответ на трогательные сестрины молитвы, то бишь мои. Итак, выходит, она провела три недели в закрытом заведении — некоем подобии публичного дома, где в роли шлюх подвизаются мужчины, — а не в загородном санатории, как она водила меня за нос самым наглым образом. О мой брат во Христе! С этой минуты события в этой квартире будут развиваться совсем по-другому сценарию.
В данный момент у меня не было уверенности, добьюсь я чего-нибудь, кроме отчаянных воплей, если врежу ей промеж глаз. Поэтому пришлось сдержаться.
— Где сейчас ваша сестра?
— Кто знает. — Она небрежно пожала плечами. — Возможно, где-нибудь в городе наносит визит еще в один дом терпимости, где содержатся шлюхи мужского рода. Дождитесь, когда она вернется, и спросите сами. — Тут она замурлыкала, как довольная кошка. — Стоит лишь подумать о тех докучливых лекциях, которые мне пришлось выслушивать о том, как я должна сдерживать свои низменные инстинкты, руки так и чешутся вцепиться ей в волосы. Ведь сама она, как теперь выяснилось, оказывается, была ненасытной нимфоманкой, нуждающейся в лечении.
— Полегче на поворотах! — чуть не взвыл я. — Доктор Лэндел содержит респектабельную клинику, и то, что там специализируются на проблемах по части секса, еще не означает…
— Суррогат? — прервала она меня холодно. — Неправда ли, мудреное название для шлюхи мужского рода?
Я одним глотком вытянул выпивку из стакана и потянулся к шейкеру.
— Нет. — Ответом ей был мой зубовный скрежет. — Это вовсе не то же самое. Насколько я мог понять из объяснения Лэндела, некоторые люди могут правильно функционировать в сексуальном плане лишь с помощью…
— Моя дорогая старшая сестрица, — продолжила она, не слушая меня, низким, полным яда голосом, — подумать только! — допрыгалась до того, что ее вот-вот начнет шантажировать шлюха-самец!