Он рыщет всюду волком, ради
Корыстных целей – верный путь,
Иль врет бессовестно в докладе,
Чтоб скрыть растрату как-нибудь...
Иль распинается за вора
Он, жаждой денежной томим,
На все – способности актера.
Жив Хлестаков и невредим!
112 ГПБ. ОР. Архив «Исторического вестника». Оп. 1. Д. 116. Л. 35.
113 ГПБ. ОР. Архив «Исторического вестника». Оп. 1. Д. 116. Л. 36.
114 Исторический вестник. 1906. № 10. С. 292.
115 Исторический вестник. 1906. № 10. С. 293.
В 1894 г. Панов поступает на службу в государственный контроль, чтобы хоть как-то
обеспечить себе более или менее сносное существование. Но деятельность чиновника не
нравилась поэту. В письме к А. И. Яцимирскому он делился своими тревогами: «Служба меня
душит казенщиной, а без службы не обойдешься: есть, пить надо, да я же и не один. Чиновником
сделаться не хочу, да и не сумею: какой я чиновник? Начальство это видит и терпит меня как
литератора, пока главнейший наш начальник по департаменту, тоже литератор А. В. Васильев,
служит и оказывает маленькое покровительство116. Нас, литераторов, пока не гонят. За
дальнейшее поручиться нельзя»117. Через двенадцать лет, в напечатанном 30 августа 1906 г. в
газете «Голос правды» некрологе о Панове автор назовет Васильева в числе самых близких поэту
людей.
В 1890-е гг. Панов работал над монографией о Некрасове и собрал довольно обширный
материал. Предполагаемое название исследования – «Некрасов, его время, жизнь и
деятельность». Издателем, вероятно, должен был быть П. А. Картавов. В его архиве есть расписка
Панова о получении им в 1904 г. 50 рублей в счет за книгу о Некрасове. В одном из своих писем к
писателю и критику А. А. Измайлову Панов рассказывает любопытный эпизод, связанный с
освобождением Н. Г. Чернышевского: «Некрасов, посвящая Боткину поэму «Кому на Руси жить
хорошо», слезно умолял его об этом (освобождении – А. М.); Александр III уважил просьбу Боткина
в благодарность к нему за лечение. Н. Г. Чернышевский знал об этом, но уже после смерти
Некрасова, и не мог о последнем говорить без слез трогательной благодарности»118. В этом же
письме Панов сообщает и о своем намерении организовать лекции-концерты о жизни и творчестве
Некрасова.
Жизнь поэта была тяжелой. Он влачил жалкое существование и сильно бедствовал. Об этом
свидетельствует его переписка и воспоминания современников. Так, в письме к редактору журнала
«Беседа» И. И. Ясинскому 22 марта 1906 г. Панов сообщает, что остался без работы и просит его
напечатать в «Беседе» стихотворение «Дорожная гроза». Через несколько дней, 28 марта, в
письме к Картавову поэт с горечью пишет: «Убедительно прошу Вас дать пятьдесят рублей в счет
уплаты за мою книгу о Некрасове. Поверьте, очень нуждаюсь... и вот уже с месяц не имею никакой
работы. Ради бога выручите, не оставьте к празднику без денег. Просимую сумму вручите
подательнице сего письма Александре Игнатьевне, моей жене. Уважающий Вас Н. Панов»119.
Неизвестно, откликнулся ли на этот крик души Картавов. Беспрерывные унижения, ужасающая
бедность и неустроенность быта привели поэта на больничную койку. После скитаний по
различным столичным больницам Панов попадает в больницу для чернорабочих, где и умирает 29
августа 1906 г.
Творчество Н. А. Панова развивалось в русле демократической поэзии конца XIX века,
продолжающей гражданские традиции Некрасова. Важнейшие мотивы лирики Панова –
изображение жизни народа, тяжелая участь женщины, русские (в основном самарские) пейзажи,
назначение поэзии и искусства. Лирический герой его стихотворений чаше всего неудовлетворен
действительностью, возмущен и подавлен несправедливыми ударами судьбы. Характерным
примером может служить стихотворение, написанное 22 декабря 1879 г. в Батраках и помещенное
в сборнике 1882 г. «Думы и песни»:
Уныло дни переживать,
Терпеть, позорно унижаться,
Святые чувства подавлять,
От убеждений отрекаться.
Сносить советы мудрецов
Житейской пошленькой морали
Среди упитанных тельцов
Вседневной прозы и печали.
Зачем ты жил, еще вопрос:
Скажи нам, что твои страданья
В сравненьи с морем чуждых слез?
Укол жестокого сознанья!
Ты жил затем, чтобы сказать
(Когда откроется могила):
116 Васильев Афанасий Васильевич (1851-1917) – публицист, поэт, издатель, видный славянофил,
активный деятель славянского благотворительного общества, с 1893 г. возглавлял Департамент
железнодорожной отчетности.
117 Исторический вестник. 1906. № 10. С. 293.
118 ГПБ. ОР. Ф. 309. Д. 29. Л. 1.
119 ГПБ. ОР. Ф. 341. Архив П. А. Картавова.
«Иль мира я не мог понять,
Иль тускло жизнь моя светила!»
Поэтические произведения Панова наполнены фольклорными элементами. Важнейшие
особенности его стиля: слова с уменьшительными суффиксами, повторы, параллелизмы,
постоянные эпитеты. Например, ставшая народной песня «Лучинушка» начинается так:
Ночь темна-темнешенька,
В доме тишина;
Я сижу младешенька,
С вечера одна.
Словно мать желанная
По сынке родном,
Плачет неустанная
Буря под окном.
В данном отрывке есть все черты стиля, характерные для Панова. Часто поэт вводит в свои
произведения рефрены, выполняющие в его песенных стихах функцию припева. Они всегда
музыкальны и выразительны. Например, в «Песне об урожае», опубликованной в 23-м номере
журнала «Игрушечка» за 1882 г.:
Еще выше расти, поднимайся,
Колосись, колосись ты, кормилица рожь,
Колосись, наливайся!
Панов немало произведений посвятил роли писателей и поэтов в общественной жизни. Так,
в стихотворении «На могиле Д. Д. Минаева» он размышляет о судьбе талантливого поэта-
сатирика, о его взаимоотношениях с толпой, не желавшей прощать ему обличительных
произведений:
И вот: туда, где прах певца зарыт,
Толпа следов своих не проложила,
И лучший сын страны уже забыт,
Забыта славная могила120.
К сожалению, и судьба самого Н. А. Панова, его поэтического наследия, в котором немало
произведений отражают жизнь самарского края, известна лишь узким специалистам. Его стихи
почти не перепечатывались в последние восемьдесят лет. Между тем произведения и жизнь поэта,
посвятившего себя служению Отечеству, достойны того, чтобы не быть забытыми.
Из истории литературного движения в Самаре XX века121
Своеобразие литературного движения самарского края конца XIX – начала XX вв.
определялось характером взаимосвязей литературы с идеей крестьянского социализма. Первый
удар народническим иллюзиям был нанесен очерками Г. И. Успенского «Из деревенского
дневника» (вторая часть книги написана на материале жизни самарской деревни). Объективно,
реалистической логикой своего творчества, писатель, пытаясь в теории отстаивать и
поэтизировать «стройность» крестьянской жизни, «пришел к тому, что подписал смертный
приговор народничеству»122. Кризис народнических идеалов и крах практических опытов утопистов
правдиво отразился в творчестве Н. Г. Гарина-Михайловского, связанного с жизнью Самарской
губернии с 1882 по 1903 гг. Начиная свой творческий путь, Гарин в очерках «Несколько лет в
деревне» (1892) рассказал, как он, одушевленный народническими идеалами, попытался
«повернуть реку жизни в старое русло» и после нескольких лет самоотверженных усилий
«потерпел фиаско». В последующем его цикле «Деревенские панорамы» картины крестьянского
разорения и одичания развеивали утопические надежды на создание «мужицкого рая» в стороне
от дороги прогресса, технического и культурного развития страны. Наиболее сложно кризис
120 Бурлак \\ Самара. 1892. С. 141.