Я уже отмечал искусственность этого построения, вступающего к тому же в противоречие с показаниями русских летописей (см.: Карпов А.Ю. [Рец. на] Назаренко А.В. Русь и Германия… // Архив русской истории. Вып. 6. М, 1995. С. 276–279). Согласно последним, Ярополк не просто был женат в 70-е гг. X в. (что констатирует А.В. Назаренко), но и вел переговоры о новом браке с Рогнедой, дочерью полоцкого князя Рогволода, как раз в последние месяцы своего пребывания в Киеве (конец 977 — начало 978 г.), причем этот брак предполагался по языческому обряду (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 75–76, 299). Как мне кажется, хронологическое совпадение гипотетических переговоров Ярополка в Германии с реальными его переговорами в Полоцке делает крайне маловероятным предположение А.В. Назаренко о тождестве «короля ругов» Генеалогии Вельфов с князем Ярополком. (Позднее А.В. Назаренко все же отметил вскользь факт брачных переговоров между Ярополком и Рогнедой, но при этом изменил датировку полоцкой войны Владимира (в связи с которой в летописи говорится о сватовстве Ярополка) и отнес ее к лету 976 г. (Древняя Русь на международных путях. С. 370–371). Однако и в таком случае хронологическое совпадение полоцких переговоров Ярополка с его же гипотетическими переговорами о браке с немецкой принцессой сохраняется.)
Хронологические расчеты действительно подрывают доверие к гипотезе Н. Баумгартена о выдаче дочери Куно за князя Владимира Святославича. Но и атрибуция А.В. Назаренко не кажется убедительной. Возможно, решение вопроса о появлении «короля ругов» в Генеалогии Вельфов нашел в свое время немецкий исследователь К. Шмид: сведения о «русском браке» в Генеалогии могут быть анахронизмом — составитель Генеалогии мог перенести данные о браке с «королем ругов» Оды Штаденской (супруги Святослава Ярославича) на одну из дочерей ее предка Куно. См., однако, возражения А.В. Назаренко: Русь и Германия… С. 108–113.
В более поздней работе (Древняя Русь на международных путях. С. 375–390) А.В. Назаренко приходит к выводу о том, что крещение Ярополка латинскими миссионерами все же состоялось (ок. 975 г., по версии исследователя, Ярополк принял собственно крещение (помазание), а ок. 977/978 г. предположительно состоялась его конфирмация). Однако приходится констатировать, что никакими новыми серьезными аргументами этот вывод не подкреплен, а те соображения, которые приводит исследователь в этой связи (например, относительно появления в Византии на службе у императора Василия II ок. 978/979 г. некоего Петра, родственника «короля германцев»; или упоминание в Проложном Житии князя Владимира церкви «Петровой», получившей свое название якобы по совершаемой в ней памяти (!) князю Ярополку Святославичу), либо не имеют никакого отношения к Руси, либо представляются совершенно фантастическими.
70
ПСРЛ. Т. 9. С. 39.
71
Рыбаков Б.А. Древняя Русь… С. 52–58.
72
См. об этом: Назаренко А.В. Русь и Германия… С. 120–121.
73
ПСРЛ. Т. 1. Стб. 74. В дальнейшем текст «Повести временных лет» цитируется в основном по Лаврентьевской летописи.
74
Новгородская Первая летопись. С. 110 (под 942 г.).
75
Версия «Повести временных лет». Иаков мних, автор «Памяти и похвалы князю Владимиру», по-другому (хотя и кратко) излагает ход Древлянской войны: «…А Ярополк сел в Киеве, на месте отца своего Святослава, и Олег пошел с воями…» (Срезневский В.И. Память и похвала князю Владимиру и его Житие по сп. 1494 г. // Записки Имп. Академии наук по ист.-филолог, отдел. Т. 1. № 6. СПб., 1897. С. 7; далее — Срезневский). В этой связи уместно отметить, что и польский историк XV в. Ян Длугош, пользовавшийся, возможно, какими-то не дошедшими до нас русскими летописями, знал лишь об одной причине войны между Ярополком и Олегом — борьбе за власть над Русью (ср.: Dtugosz J. Roczniki czyli Kroniki stawnego krolewstwa Polskiego. Ks. 1–2. Warszawa, 1962.
Как уже отмечалось, А.А. Шахматов считал весь летописный рассказ о Свенельде позднейшим тенденциозным искажением; в частности, по его мнению, в первоначальном летописном тексте виновником распри между Ярополком и Олегом выступал не Свенельд, а Блуд (Разыскания… С. 234–242). Однако это предположение кажется произвольным (см. также прим. 6 к главе 1).
76
Флоровский А.В. Русское летописание и Я.А. Коменский // Летописи и хроники. 1973. М., 1974. С. 312–316. По-другому историю русского князя рассказывал чешский просветитель XVII в. Ян Амос Коменский (там же).
77
Назаренко А.В. Русь и Германия… С. 120–121. По мнению А.В. Назаренко, и Олег, и Владимир выступали союзниками Болеслава II Чешского, гипотетического противника Ярополка. О союзе между Владимиром и Болеславом, по его мнению, свидетельствует известный факт женитьбы Владимира на некой «чехине» около 976–977 гг. Думаю, однако, что наличие «чехинь» (причем двух) в гареме Владимира можно объяснить не династическим союзом князя-язычника с чешским правителем-христианином, а скорее военными действиями русского князя против Чехии.
78
См. пред. прим.
79
Срезневский. С. 8. О структуре и происхождении текста «Памяти и похвалы» см.: Бугославский С.А. К литературной истории «Памяти и похвалы» князю Владимиру // Известия Отделения русского языка и словесности Академии наук. 1925. Т. 29. С. 105–159.
80
«Память и похвала» и «перечень княжений» «Повести временных лет» (ПСРЛ. Т. 1. Стб. 17–18) сообщают о тридцати семи годах княжения Владимира в Киеве; это дает 978 г. как год его вступления в Киев. Князь Ярослав, по расчетам летописцев, также должен был родиться в 978 г. (что, впрочем, едва ли соответствует действительности). См. об этом подробнее прим. 21 к главе 5.
А.А. Шахматов полагал, что дата 11 июня 6486 г. выведена составителем древнейшей летописи, отраженной в «Памяти и похвале», искусственно, на основании, в частности, известной даты гибели в Киеве варягов-христиан, случившейся якобы в год вокняжения Владимира — 12 июля (Разыскания… С. 26–27). Однако предложенное им объяснение не кажется убедительным. Более вероятно искусственное происхождение как раз даты 6488 (980) г. в «Повести временных лет»: летописец рассчитывал восемь лет княжения Ярополка в Киеве (согласно «перечню княжений»), исходя не из 6478 (970) или 6477 (969) г., а из 6480 (972) г. (см. Голубинский Е.Е. История Русской Церкви. Т. 1. 1-я пол. тома. С. 106, прим. 1).
81
ПСРЛ. Т. 9. С. 39; Татищев. Т. 2. С. 55.
82
Татищев. Т. 1. С. 112.
83
ПСРЛ. Т. 1. Стб. 75–76. Летописная дата Владимирова сватовства к Рогнеде и его войны с Рогволодом вызывала и вызывает сомнения историков. Так, В.Н. Татищев в своей «Истории Российской», «по счислению», относил брак Владимира и Рогнеды к 975 г. (Т. 2. С. 53). Однако он исходил из того, что Ярослав, названный в летописном перечне Владимировых сыновей третьим сыном Рогнеды, родился в 978 г.; следовательно, первый сын Рогнеды должен был родиться в 976-м, а сам брак был заключен не позднее 975/976 г. (там же. С. 226; отчасти Татищев опирался на предполагаемую им дату рождения самого Владимира — см. прим. 9 к главе 1). Но отнесение рождения Ярослава к 978 г., вероятно, объясняется тенденциозным стремлением летописца представить Ярослава старшим среди Владимировичей (см.: Кузьмин А.Г. Начальные этапы древнерусского летописания. М., 1977. С. 275–276), и, следовательно, не может служить аргументом в спорах о времени брака Владимира.