Дальше стало не до разговоров. Нет возможности даже позволить себе короткую молитву Небу. Я протянул руку, и Она вложила свою тонкую, почти прозрачную ладошку в мою, ступая на эту землю.
-- Прекрасная ночь, моя Леди.
-- Здравствуй, мой Рыцарь, -- она улыбнулась мне. Какая у неё улыбка... -- Ты долго не звал меня. Не скучал?..
-- Скучал, Прекраснейшая. Но я не хотел тревожить Леди своим вниманием. Кто я такой, чтобы отвлекать по пустякам богиню?..
-- О, ты не потревожил бы меня. Скорее, избавил от скуки, -- смешинки в антрацитовых звёздах. -- Это твой зверь?
-- Мой, -- согласившись, подозвал кота поближе. -- Это хвостатое недоразумение зовут Коррас. Не обижайтесь на него, моя Леди, он не обучен хорошим манерам.
-- Зато какой пушистый! -- и Госпожа принялась тискать ошалевшего кошака совсем как я недавно. -- Красивый. Когтистый, зубастый и пушистый. Само совершенство!
И как прикажете на это реагировать?!
-- Ты ранен, мой Рыцарь? -- Леди встревожено взглянула на меня.
-- Пустяки, -- отмахнулся я. -- Госпожа, нам лучше уйти отсюда. Боюсь, здесь нас могут в скором времени потревожить некоторые... ушастые недоумки. Не желаете прогуляться?
-- Ты заботишься... обо мне? -- приподняла изящную бровку богиня всех богов.
-- Не хочу, чтобы они досаждали моей Леди, -- я позволил себе улыбку. -- Придётся бить им наглые морды, а я немного не в форме сегодня.
Она взяла меня под руку и мы пошли, не выбирая направления. Кот бесшумно ступал следом, то и дело тыкаясь под руки и выпрашивая свою порцию ласки.
-- Я всегда слушаю, как ты поёшь, -- сказала Госпожа, и взгляд её был направлен в небо.
-- Смею надеяться, что тебе нравятся мои песни? -- фигею от собственной наглости.
-- О, да! Ты ведь даже не осознаёшь своего великого дара, мой тёмный.
-- Дара?.. -- опять меня в чём-то странном подозревают!
-- Действительно не понимаешь... В твою музыку вложено столько души, что она способна пробудить камни к жизни.
-- Едва ли...
-- Поверь мне, Рыцарь.
Что нужно, чтобы выжить рядом с богиней всех богов? Правила просты -- не лгать, не смеяться над ней, не притворяться. Не надевать никаких масок, даже самых безобидных.
Водоём идеально круглый, цветная галька по берегам, удобная каменная скамейка... Качели. Много сил ушастые потратили, обустраивая всё это. Выбирая между качелей и скамейкой, я снова невольно потянулся рукой к ноющей ране.
-- Тебя надо перевязать, -- твёрдо сказала Госпожа, почти силком усаживая меня на скамейку.
Рубашку я сам снял, не дожидаясь её приказа. А вот с какой стороны подойти к плотно стянутым бинтам...
-- Убери руки и выпрямись. -- Она ловко разрезала повязку похожим на коготь кинжалом. -- Очень нехорошая рана... Били ведь насмерть?
-- Сколько раз пытались убить, столько раз не удалось, -- выдавил я. Болело просто зверски. Пока стягивало было гораздо легче. -- И не удастся, пока мне жить не надоест.
-- Потерпи...
Когда она тем же ножиком отрезала длинную полосу от своего платья, мне стало резко не по себе. Шёлк платья Госпожи -- это нечто большее, чем просто одежда. Она резала не по подолу, а от низа до самого верха юбки. Я обратил внимание на кинжал. Рукоять в виде искусно выполненного паука.
-- Почему паук? -- спросил, когда она ловко стягивала мою рану.
-- Подарок одной королевы, -- ответила мне богиня.
Когда Госпожа ведёт себя так, я забываю, кто предо мной. Ловко затянув и завязав последний узелок, она села рядом и коснулась пальчиками моей чёрной метки.
-- Ты весь в шрамах...
-- Что ты, почти все раны затягиваются без следа, -- этот массивный перстень на твоём тонком пальчике, Госпожа, совершенно не к месту.
-- А на сердце -- тоже без следа?.. -- антрацитовые звёзды смотрят прямо в душу.
-- Говорят, что время лечит. -- Не надо так, Леди.
Грязную рубашку одевать не хотелось. Ночь прохладная... а может просто меня знобит. С сомнением взял свою одежду в руки.
-- Дай-ка, -- богиня забрала вызывавшую дилемму вещь и дальше сделала то, от чего захотелось проверить, не сплю ли я.
-- У этих... ушастых недоумков, как ты метко выразился, мой принц, -- сказала она, тщательно прополоскав рубашку в водоёме, -- есть один неоспоримый плюс. То, как они делают одежду.
Отжав и пару раз встряхнув, богиня протянула мне чистую и почти высохшую вещь. Э-э-э... Заткнись, паранойя... Леди Ночь всегда отличалась непредсказуемостью, но чтоб настолько... Паранойя, заткнись!!! Крылатый идиот, оденься.
-- Спасибо, -- поблагодарил я, застёгивая клёпки.
-- Пожалуйста, -- улыбнулась она. Совсем не как богиня.
Качели, на которых мы вскоре расположились, удобные, широкие и легко раскачивались. При желании здесь могли поместиться три человека или четверо ушастых... Или один тёмный. Не в силу физического размера, а в силу эгоизма, конечно! Как же хорошо качаться, ни о чём не заботясь, разговаривать обо всём на свете, шутить и смеяться!
Рассвет подступил незаметно.
-- Ирдес, мне пора, -- вдруг погрустнела моя Госпожа.
-- Ещё немного времени есть, Таэш? -- я сам не заметил, когда решился называть её по имени. Поймал её ладошку в свою. -- Зачем тебе этот жуткий перстень? Он ведь только мешает.
-- Сними, если сможешь, -- лукаво прищурилась моя собственная богиня.
-- Это вызов? Ну, сейчас!..
И я потянул с тонкого пальчика массивное чёрное кольцо с незнакомой тускло-белой руной. Оно поддалось, упало на сидение качели. А я снял с мизинца своё серебряное колечко, надел на место перстня. Раз какая-то королева может подарить тебе ножик с пауком, чем я хуже?! Кольцо было немного великовато, и я частично трансформировал руку, чтобы чуть-чуть сжать тонкую витую полоску серебра.
-- Вот так-то лучше. Таэш?..
Белая кожа казалась ещё белее чем обычно. Растерянная и испуганная, она прошептала:
-- А я столько лет пыталась его снять!..
Поднявшись, она пошатнулась и упала бы, не подхвати её я.
-- Что случилось? Я сделал что-то не так, моя Прекраснейшая Госпожа?
Если сделал, то мне, пожалуй, хана.
-- Нет... -- слабо ответила она. -- Всё так... Если тебе не очень больно... поделись со мной силами...
-- Что я должен сделать? -- моя личная богиня, я сделаю всё, что ты прикажешь.
-- Спеть ты уже не успеешь...
Тонкая рука обхватила меня за шею, богиня приподнялась на цыпочки... Этот поцелуй был чем-то большим... такого со мной не было никогда. Казалось, что я умираю и снова живу... слов мне не хватит, чтобы сказать, как иногда бывает сладка смерть и восхитительна жизнь...
-- Спасибо...
-- Всё что захочешь... Для тебя не жалко...
Она всё ещё слаба и бледна. Рассвет.
-- Коррас, помоги Госпоже. Охраняй её. Возьми кота с собой, Таэш, прошу, -- а голос дрожит... не выдать бы себя сейчас.
-- Хорошо, -- она только кивнула.
Барсу не надо было говорить лишних слов. Он лёг, позволяя Леди сесть ему на спину. Вот и пригодилась прорезь в юбке моей богини. Иначе бы она не смогла так сесть.
-- Держись крепче, -- сказал я на прощание.
Кот исчез среди деревьев белой молнией. Собственное тело казалось ватным, как если бы мне хорошенько двинули по голове. Сознание с телом связываться толком не желало и изрядно плыло. Кое-как заставив себя взять перстень, я, недолго думая, бросил его в воду. И спотыкаясь через каждый шаг, побрёл наугад.
Блуждания с полуотключившимся сознанием всё же вывели меня к дому Ариса. Брат сидел на крыльце и разглядывал сбитые костяшки пальцев. Ладно, дома он не дурак подраться, но здесь-то когда успел?
-- Как ты? -- глухо спросил светлый.
Вместо ответа я чуть не завалился лицом вперёд, прямо на ступеньки. Ван, тихо ругаясь, перекинул мою руку через своё плечо и потащил в дом. Где-то на середине пути сознание я всё же потерял. И так не понять на чём держался...