Спас бедолагу овчинный полушубок. Расстегнутый, он надулся и сработал, как складки кожи у белки летяги. Получилось не падение, а в некотором роде планирование. Высота была небольшая, снег удачно глубоким, словом, человек вторично родился. Не помню, почему понадобилось ему открывать дверь в вертолете — то ли окурок захотел выбросить, то ли решил облегчиться. История эта, помню, рассказана была в «Известиях». Там же лет тридцать назад прочел я заметку о том, что сбить самолет вполне возможно бутылкой. И такой случай был. Летчик на двукрылом «Антоне» распылял с небольшой высоты удобрения. А в лесной полосе сидела компания у костерка, на котором закипала уха. То ли ветер не вовремя потянул, то ли летчик созорничал, но уха, как видно, была подпорчена. И когда «Антон» сделал новый заход над пашней, навстречу ему полетела бутылка. И угодила в крыло. Летчик вынужден был приземлиться…
Заглянем в другой конверт моей картотеки.
Лев Толстой на охоте оказался под разъяренным медведем… Подводная лодка попала в рыбацкий трал и была вынуждена всплыть. Газета «Сельская жизнь» в 60-х годах рассказала, как на лесном северном перегоне в паровозную будку забрался медведь. Машинист с кочегаром выпрыгнули. А Михайло «вел» поезд, пока хватило пара в котле… В степном селе к доктору обратилась взволнованная молодуха: «Проглотила вилку…» Доктор не мог поверить. Но когда в районной больнице включили рентген, увидели: вилка была в желудке. Как это могло случиться? «Пришла с сенокоса голодная и куда-то спешила — решила протолкнуть мясо…»
Жизнь полна удивительных случаев — смешных, трагических, нелепых, роковых, счастливых, занятных и поучительных. Случай на войне, на охоте, на рыбалке, на дороге, в поле, в школе, во дворе, в космосе, на отдыхе, в путешествии, в доме, в бане и в океане. Всюду с нами что-то случается. И каждый может рассказать что-то не рядовое, запавшее в память.
А еще лучше что-то совсем недавнее. Для этих коротких рассказов — «Был случай…» — по субботам мы будем отводить в газете специальное место. Пишите! Пишите не длинно. Любой случай вполне уместится на двух страницах. А если история окажется интересной — попросим деталей. И помните: жизнь изобретательней любых фантазий, делитесь лишь тем, что действительно было и что кажется вам интересным.
Фотографии, подтверждающие рассказ, увеличат шансы на публикацию. Надпись на конверте «Был случай…» откроет письму дорогу в нужные руки. Поскольку уверены, «случаев» будет немало, из редакции писем не ждите. Что интересно — напечатаем, что нет — извините.
![Полное собрание сочинений. Том 18. Посиделки на закате _28.jpg](https://litlife.club/books/264570/read/images/_28.jpg)
Достают самолет, севший в Неву.
Фото из архива В. Пескова. 4 января 1992 г.
Вооруженный взгляд
(Окно в природу)
Есть миры, невооруженным глазом не видимые. «Любознательный человек хоть раз в жизни должен посмотреть в телескоп и микроскоп», — советуют мудрецы. Бинокль и обычная лупа тоже дают кое-что, а вот лупа бинокулярная с увеличением в десятки раз заставила меня замереть от восторга и мечтать заиметь этот нехитрый в общем-то инструмент.
Лет семь назад новосибирский художник и энтомолог Виктор Степанович Гребенников преподнес мне сюрприз. Загадочно помахав над цветущим лугом сачком, он обработал добычу эфиром и отделил ее от семян и соринок. «Теперь смотрите…» — сказал он, зная заранее, что заглянувший в стеклышко оптического прибора будет увиденным поражен.
Так и было. Я увидел то, что от нашего глаза скрыто в травяных джунглях: полупрозрачная, налитая соком, — «бочонок с ножками» — тля, жучок, как рыцарь, закован был в латы, какие-то ангельской красоты существа с крыльями сверкали золотыми глазами, строевой выправки муравьишко блестел хитиновым лаком, муха в этом изысканном обществе выглядела мохнатым чудовищем — все тело в крючках, волосах и щетинках.
Более крупное увеличение позволяло в деталях рассмотреть каждое существо. Поражало многообразие инструментов, приспособленных добывать и поглощать пищу. Чего только не было: скрученные в спиральку полые хоботки, мощные челюсти, пилки, шприцы, щипчики, ножички, щетки, буравчики, шильца, сверла, зажимы, крючья — все предназначено было для ощупывания, кусанья, сосанья, слизыванья, измельчения. Поддержания пищи. Да что вам рассказывать. Вот перед вами на снимке одно из этих чудес. Многие, наверное, уже догадались, это увеличенная в 160 раз голова обычного комара. Ну разве можно оторвать глаза от стеклышка, разглядывая это чудо!
Кто изобрел микроскоп, в точности неизвестно. Говорят, уже Галилей смотрел не только на звезды, но и на мелких спутников нашей жизни. (Насекомые, кстати, — древнейшие обитатели на земле. Бальзамированные в кусках янтаря, они, жившие десятки миллионов лет назад, предстают перед нами в облике, очень похожем на нынешнюю мелкоту. По числу видов насекомые — самый многочисленный из отрядов в животном мире. Например, птиц на земле 8600 видов, а насекомых — более двух миллионов. И многие еще не открыты, не изучены человеком.)
Прославил микроскоп голландец Антони ван Левенгук, живший во времена Петра I. И очень возможно, что любознательный царь, бывая в Голландии, заглядывал в стеклышки инструментов, которые делал здешний умелец — слава Левенгука была в те годы огромна.
Любопытно знать: средства на жизнь Левенгук добывал торговлей сукном и разной галантереей. А страстным увлечением его было конструировать микроскопы и рассматривать все, что глазу невооруженному было недоступно. Лезвие бритвы, например, под «стеклом Левенгука» выглядело совсем не острым, а зазубренным, как пила, конец иголки походил на тупой гвоздь, зернышко мака казалось булыжником. Но главное — насекомые! Открылось зрелище, доселе неведомое человеку: удивительные глаза, ротовой механизм, жилки «слюдяных» крыльев, сочленения ножек, кровеносная система… Обнаружены были яички, которые насекомые «подобно курам кладут в заранее выбранные места». Это было весьма любопытно, поскольку со времен Аристотеля считалось, что насекомые «сами собой образуются из отбросов и нечистот».
Левенгук был страстным натуралистом. Все увиденное описывал и посылал в английскую академию наук. Так галантерейщик и мастер — золотые руки вошел в историю. С легкой его руки пошло увлечение микроскопами. Занятие это доставляло удовольствие каждому любознательному человеку. И, конечно, новый прибор поступил на вооружение науки. Он совершенствовался. Уже не козявку или там ножку козявки можно было увидеть, обнаружены были мельчайшие живые существа — бактерии, и, таким образом, была разгадана тайна страшных болезней: сыпного тифа, чумы. До этого считалось, что причиной этих «божьих напастей» (от них людей на земле до конца XIX века погибло больше, чем от всех войн вместе взятых) было «заражение воздуха» идущими из земли «миазмами» при определенном сочетании планет. Потом на астрологов махнули рукой, в заражении чумой подозревать стали собак, свиней, голубей, крыс. Черная крыса, как оказалось, имеет прямое отношение к распространению чумы. Но как объяснить, что заболели люди, с крысами не соприкасавшиеся? Заподозрили блох, кусающих и крыс, и людей. Догадку в истину обратил микроскоп, в который разглядели и блох. И кровь с «червячками» — возбудителями чумы, которыми насекомые заражали здоровых людей.
О блохе, о ее удивительном строении, позволяющем совершать фантастические прыжки, о моде на собирание блох в великосветском обществе XVIII века, о блошиных цирках, доживших до середины века текущего, о коллекционировании блох «микроскопистом», финансовым магнатом Ротшильдом побеседуем мы особо. Теперь же скажем: микроскоп помог открыть механизм распространения и «военной болезни» — сыпного тифа, «транспортировщиком» его оказалась вошь. С помощью микроскопа были открыты возбудители и переносчики малярии, бешенства, клещевого энцефалита.