Я поднимаю свои карие глаза на Эмерсона, пораженная его собранностью. Он готов отказаться от секса в одну единственную ночь, которая у нас может быть, из-за уважения ко мне. И в этот момент я знаю, что могу верить ему. И, если честно, я знала это давно. Я готова.
- Чего я хочу, - говорю ему, мой голос стал еще ниже, - чтобы ты поцеловал меня.
Ему не нужно говорить дважды.
Губы Эмерсона касаются моих сначала мягко. Мы заводим друг друга в одно мгновенье, отставляя наши чашки с шампанским в сторону, поскольку поцелуй превращается в напористый и пронизывающий. Я скольжу руками по его широким плечам, запутываюсь пальчиками в его каштановых волосах. Он скользит рукой вокруг моей талии, притягивая ближе. Эмерсон усаживает меня к себе на колени, прижимая к твердой груди, пока наши языки скользят напротив друг друга. Его вкус пьянит сильнее шампанского, которое я пила.
- Отнеси меня в кровать, - шепчу, спускаясь с поцелуями к его горлу.
Я чувствую, как рука Эмерсона скользит под мои колени, и он легко приподнимает меня. Он на целый фут выше и, вероятно, на 75 фунтов тяжелее, поэтому, кажется, что для него я легкая, как перышко, или просто чувствую себя так в его руках. В несколько шагов он перенес меня из ванной комнаты на кровать королевских размеров. Все именно так, как и представляла себе тысячи раз. Он кладет меня на покрывало и впивается в меня своими голубыми глазами. Только в этот раз все намного лучше, чем я себе представляла.
Потому что в этот раз все реально.
- Раздень меня, - говорю ему. - Я хочу тебя.
Эмерсон встает на колени на кровать, в его взгляде горит восхищение.
- Так точно, - бормочет, его голос низкий и хриплый. - Мне нравится, когда ты озвучиваешь свои желания.
Он стягивает через голову мою черную, хлопковую футболку и избавляется от своей фланелевой. Поймав меня за запястья, он заводит их мне за голову и опускается на меня, целуя от шеи до ложбинки между грудями. С щелчком расстегивает застежку лифчика и прикусывает за край одной из чашечек, глядя на меня с дьявольской ухмылкой. Глубоко между ног я ощущаю пульсацию, пока он стягивает лифчик зубами, затем снимает свою нательную майку через голову и незамедлительно опускает свои губы на мою грудь.
Я втягиваю воздух, когда его губы накрывают мой напряженный сосок, а руки гуляют по всему телу. Кончик его языка теребит твердую вершинку, посылая волны наслаждения к кончикам пальцев на руках и ногах. Голова откидывается на кровать, пока он посасывает мою грудь, и я настолько рассеяна, что почти не замечаю, как легко Эмерсон стягивает мои зауженные джинсы вниз.
- Ты надела их, - усмехается он, садясь на пятки, чтобы полюбоваться моим выбором трусиков.
Я посмотрела вниз на черные кружевные стринги, едва прикрывавшие мое интимное местечко. Это те самые трусики, что были на мне в ту ночь на вечеринке, когда мы, наконец, позволили друг другу увидеть, что на самом деле чувствуем, но еще не произнесли этого вслух. Та ночь, кажется, была вечность назад, но прошло всего несколько недель. Вот пример того, насколько все может измениться, если ты честен в своих желаниях.
- Я подумала, что ты оценишь, - шепчу, позволяя моим ногам открыться перед ним.
- Не то слово, как оценил, - рычит он, расстегивая свой ремень и стягивая джинсы.
Выпуклость едва ли умещается в его трусах. Из-за меня он твердый, как скала, и абсолютно огромный. Эмерсон, подцепив пальцами мои стринги, медленно, благоговейно, стягивает их по моим ногам. Я лежу перед ним полностью голая, прохладный воздух играет с моей гладкой киской. Глядя мне в глаза, Эмерсон стягивает свои трусы, позволяя мне увидеть его во всем величии.
На мгновение все, что мы делаем, это смотрим друг на друга. Эмерсон становится на колени, его член полностью захватывает мое внимание. Упиваюсь его видом, толстый и пульсирующий от желания. Не думая, я тяну руку к его твердой длине, мне нужно схватить его. Эмерсон рычит, когда встаю на колени напротив него, работая рукой по всей длине его члена. Принимая мою инициативу, ложится на спину, а я продолжаю поглаживать его, чувствуя, как он становится тверже в моих руках. Как только его голова касается подушки, я не могу больше ждать. Прикасаюсь ртом к его округлой, приятной формы головке и обхватываю ее губами.
Его глаза закрываются от блаженства, когда беру в рот его член, пробежавшись языком по нежному стержню. Я работаю ртом, используя обе руки, чтобы держать крепче. Мне нравится то, как он ощущается, как наполняет мой рот, его вкус, и как пульсирует для меня.
- Эбби, - стонет он, протягивая руку. - Ты нужна мне... Мне нужно...
- Скажи мне, - выдыхаю, оторвавшись, но сначала провожу языком по его разбухшей головке. - Скажи мне, чего ты хочешь.
В ответ я чувствую, как его руки берут меня за бедра и тянут к себе. Я позволяю ему направлять, не зная, к чему это приведет, но и не заботясь слишком сильно. Сильными руками он разворачивает мое тело. И прежде чем я успеваю спросить, чего от меня хочет, он притягивает мои бедра прямо к своему лицу, лежа подо мной.
Я вскрикиваю от восторга, когда он прикасается губами к моей киске, полизывая вдоль мокрой щелочки. Спина выгибается от наслаждения, когда кончик его языка находит мой очень твердый клитор, и я стону, когда он сжимает губы вокруг него. Его член стал еще длиннее, тверже, чем до этого, и выглядит слишком вкусным. Когда Эмерсон щелкает языком по моему ноющему клитору, я наклоняюсь вперед и беру его в рот так жадно, как никогда ранее.
Мы доводим друг друга до безумия, получая и даря взамен столько, сколько можем. Что еще способно вызвать чувство запретности и естественности одновременно? Я сильнее сосу член Эмерсона, когда чувствую, что балансирую на краю оргазма. Он, должно быть, замечает это, потому что не останавливается. Я ощущаю, как в меня скользят два сильных пальца, пока он облизывает всю мою киску. Его пальцы внутри касаются чувствительной точки, в то время как кончик языка ударяет по клитору.
И я улетаю.
Я кончаю сильно, а он упивается моим желанием, комната вращается вокруг меня. Пока оргазм еще сотрясает мое тело, Эмерсон переворачивает меня на спину. Я растягиваюсь под ним с широко открытыми глазами в блаженном удивлении. Не говоря ни слова, он тянется к карману своих сброшенных джинсов и вытаскивает презерватив. Открыв обертку зубами, он ни на секунду не отводит от меня глаз. Раскатывает презерватив по своей пульсирующей длине, и меня, наконец, накрывает осознанием: это реально происходит. Его глаза сверкают, когда он опускает на меня свое подтянутое тело. Обернув лодыжками его талию, я стону, когда чувствую его набухшую головку, прижимающуюся к моей мокрой киске. Вот оно. Наконец-то.
Эмерсон удерживает на мне взгляд, и мы будто бы единственные люди на всей земле. Он ненадолго задерживается на грани узнавания друг друга совершенно по-новому. Все мое тело кричит, ожидая, когда он войдет в меня, разрушит и соберет заново со всей силой своего желания. Я тянусь и беру его лицо в руки.
- Я вся твоя, - шепчу, не отводя от него своих карих глаз. - Возьми меня.
Что-то вспыхивает в его глазах, когда он тянется к моим губам. Он подается вперед бедрами, прижимаясь ко мне. Стон формируется у меня в горле, когда он входит в мою шелковистую плоть на всю длину. Я чувствую, как глубоко он вошел. И наконец, полностью во мне, и я не могу поверить, что он уместился. Но он это сделал. И это чувствуется чертовски фантастически.
Наши тела двигаются вместе, ноги переплелись, груди вздымаются. Он входит глубже, когда я подталкиваю его, каждый из нас пытается почувствовать другого так полно, как это возможно. Еще раз наслаждение начинает формироваться внутри меня, и я чувствую, как он увеличивается во мне, и уже на грани. Он толкается сильно и глубоко, на его лице маска восторга. Я хватаю его за идеальную, упругую задницу, чтобы вошел еще глубже и говорю:
- Давай.
Наши стоны сливаются в один, когда он толкается еще раз и кончает. Сильно. Я цепляюсь за него, когда чувствую, как он содрогается и изливается внутри меня, поднимаю глаза, когда его рот открывается в идеальном «О». Ощущение, что прошли годы, прежде чем мы начинаем спускаться обратно на землю.