Голубь проплыл над полосой прибоя, направился к Афре и сел в нескольких футах от нее. Она ощутила запах морской пены, который он принес на своих крыльях. Но через несколько секунд его оперение было уже сухим. Голубь пошел к ней, наклоняя при каждом шаге голову вперед, словно цыпленок. Подойдя совсем близко, он уставился на нее красным глазом.
— Добро пожаловать на Марс, дорогуша, — сказал он.
Шен! Он таки отыскал ее и явился к ней в том виде, в котором она совсем не ожидала его встретить.
— Как вы меня нашли?
— Ну, мне не нужно сообщать тебе счет, милая моя. На Луне у тебя получалось уже неплохо, но ты все испортила, когда сбежала оттуда. Так дела не делаются. Судья сказал, что счет 10:5 в мою пользу.
— А кто судья?
— Любопытно. У меня Марс в знаке Тельца, там же, где и твой восходящий, а вот у тебя Марс в знаке Овна. Как ты думаешь, от перемены мест что-нибудь изменится? Кстати, Марс — планета инициативы.
— Вы уклоняетесь от ответов на мои вопросы, голубок, — заметила она.
Но она и так уже знала ответ. Очевидно, они все еще персонифицировали символы, а в этом случае все ее внешне самостоятельные действия предопределены. А он ведь знал значения символов и, значит, имел определенное преимущество. И он будет выигрывать каждый раз, когда ему удастся ее запугать, вывести из равновесия и обратить в бегство. Нужно брать инициативу в свои руки и, похоже, это подходящее для этого место.
Она встала и разрушила чары символа. Это уже был не океанский берег, а большой зал, заполненный работающими машинами, их гул напоминал отдаленный рокот океанского прибоя. Это, по-видимому, была силовая установка станции. В мощных генераторах пульсировало, грохотало, ревело сжатое гравитационное поле. Где-то там, в глубине, был ядерный котел, в котором материя без остатка превращалась в энергию. Все это были лишь вспомогательные устройства, задачей которых было обуздать эту невероятную мощь и направить ее в пространство в виде потока излучения.
Шен стоял рядом и насмешливо смотрел на нее. Если бы он просто хотел овладеть ее телом, он давно бы заполучил то, что хотел без всякого соревнования. Ее сознание — вот чего он домогался, хотя и отрицал это на словах. Он не уймется, пока баран не получит свое, либо пока коза не окажется вне пределов его досягаемости. Была ли у него когда-нибудь овца, подумала Афра.
— Ты знаешь происхождение символа Марса, — спросил он, и тут же нарисовал его в воздухе: кружок, из которого на северо-восток торчит стрелка.
— Конечно знаю. Он означает…
— Только не нужно той лапши, которую ты вешала инженеру. Ведь ты сразу поняла фаллический подтекст этой пиктограммы. И Венера, — он нарисовал в воздухе символ Венеры, — столь очевидное изображение женского полового аппарата…
— Все зависит от точки зрения, — прервала его Афра.
Она никогда не видела в этих символах ничего такого, несмотря на то, что они традиционно обозначали мужской и женский пол.
На самом-то деле, Шен наносил сейчас ей прямые удары, пытаясь сбить с ног, как настоящему боксеру, ему нужно было одно — нокаут.
Несомненно, его восходящий знак определял его манеру ведения игры. Точно так же, как ее восходящий заставлял ее все время отступать под натиском Шена, — ей необходимо было это честно признать, чтобы попытаться оказать ему хоть какое-то сопротивление.
Сколько еще планет? Сколько раундов осталось до конца поединка? Семь?
— А знала ли ты, что маленький невинный Иво думал, что у тебя роман с Гарольдом Гротоном?
Она попыталась сдержать свои эмоции, но это было равносильно тому, чтобы пытаться дышать после апперкота в солнечное сплетение.
— Что?!
— Иво не мог взять в толк, что это не флирт, а типичный для Козерога каприз, к тому же, он весьма был обременен старомодными предрассудками — много чего о вас насочинял. Белая девушка, белый мужчина, все эти многозначительные диалоги…
— Но ведь это все было только потому, что Гарольд понимал, как я… — она запнулась, и продолжила упавшим голосом. — Как я позволила Браду умереть…
— И отдала свое переменчивое сердце Иво, посчитав излишним даже уведомить его об этом. Ты прогуливалась под ручку с инженером, тебе это нравилось, ты ждала романтической минуты, когда Иво узнает, что же ему уготовано, и совершенно не беспокоилась о том, что же он чувствует. О, красотка, это был твой звездный час. Это было прекрасно! Меня очень забавляла ваша комедия ошибок! Помнишь, он чуть было однажды не догадался, но, к счастью, мне удалось отвлечь его, прежде чем он все осознал.
Она с ужасом посмотрела на него.
— Вы, вы и вправду…
— Нужно мыслить практично, куколка. Почему собственно я должен сводить Марс и Венеру или дарить водолею его козочку? Если бы Иво знал о твоих истинных чувствах, он бы никогда меня не выпустил. А развязка была так близко! Если бы не его депрессия, и если бы ты, так сказать, не наступила на горло его песне в самый неподходящий момент, когда он…
— Ох, Иво! — воскликнула она, душу ее разрывало отчаяние.
— Поздно-то каяться, дорогая. Иво больше нет, правда, если тебя интересуют его воспоминания, то теперь они часть моей памяти. В настоящий момент он не более реален, чем я в то время, когда он был во власти. Так что придется тебе довольствоваться его телом.
Опять она побежала, вновь за ней была погоня.
Она знала, что преследователь неизбежно схватит ее, так как ей некуда укрыться, и некому ее защитить. Ее отец погиб: она видела, как он упал после выстрела пистолета, она видела его тело в пальто, его шляпу, на самом деле не шелковую, которая катилась к ней, словно отрубленная голова…
Сейчас черный злодей почти уже настиг ее, он хотел убить и ее. Еще немного, и его грубые лапы сцапают ее хрупкое тельце и разорвут пополам… Она споткнулась и растянулась в полный рост на тротуаре. Убийца рядом, черная тень упала на нее, и, как в кошмарном сне, она не могла пошевелить и пальцем.
— Поймал! — воскликнул он.
Венера
![Макроскоп (др. перевод) i_029.png](https://litlife.club/books/263224/read/images/i_029.png)
Шла пасхальная заутреня. Иисус Христос умер и воскрес, и она пришла в этот светлый праздник помолиться господу. Но на сердце ее была тоска, в жизни своей она никогда не видела воскрешения. Два, три раза ее слова могли спасти жизнь дорогого ей человека — но она либо слишком смущалась, либо была слишком горда, чтобы сказать…
Она опять проиграла, но поражение дало ей духовную силу, непоколебимую веру, которые помогут ей перенести все, что произошло и что еще грядет. Эта заутреня молитва…
Она стояла под деревом, среди сельского люда, собравшегося на службу.
Это был развесистый виргинский дуб, элегантно увешанный гирляндами мха. На ближайшей к ней ветке висел большой, но изящный кокон.
Она отвлеклась от службы, разглядывая кокон, как вдруг куколка раскрылась, и появилась яркая, еще влажная бабочка. Она развернула свои новорожденные крылышки для просушки. Это было неописуемо прекрасное создание, такого Афра в жизни еще не видывала.
Бабочка затрепетала крыльями, по ним побежали радужные переливы.
— Меня называют Шеном не просто так, — сказала она Афре.
Афра выскочила из видения.
Это была еще одна напичканная машинами комната в недрах станции.
Чудовищные силовые кабеля отходили от многослойной сетчатой конструкции, предназначение которой она не могла представить даже приблизительно. Но устройство по-своему было тоже прекрасно, на что бы она ни посмотрела, все ей напоминало радугу.
— Гравитационный генератор, — раздался громкий голос Шена. — Любопытная штучка, весьма эффективно преобразует электрическую энергию в гравитационную. Они, конечно, не сами это выдумали, а разузнали принцип действия и устройство генератора несколько миллионов лет назад из макронной передачи другой цивилизации; никто не знает, кто же первый разработал и построил первый макронный передатчик — в старые времена побаивались его использовать. Как только мы вернемся на Землю, мы построим местный узел связи, с его помощью можно будет не только отсылать информацию в космос, но и проделать массу других интересных делишек.