Больше всего пилоты-любители хотели заполучить знаменитые японские истребители «Зеро», которых здесь оказалось немало, но ни один из них не был способен подняться в воздух. Тогда коллекционеры попытались собрать из нескольких машин одну и совершить полет по трассе тихоокеанской войны, в которой «Зеро» принимали самое непосредственное участие с момента нападения на Пёрл-Харбор и до полного поражения Японии.
Удалось ли моим спутникам осуществить свой замысел, я так и не знаю. Во всяком случае, дело это рискованное. Возможно, они на своем собранном по частям самолете разбились и оказались на дне морском.
Тем не менее здесь, на Сайпане, а часто вспоминал о них. Ведь кругом видны следы страшной, кровопролитной битвы. Чего я только на Сайпане не увидел! Карабины и каски, орудия и минометы, танки и бронетранспортеры, десантные суда и даже затонувшую подводную лодку, которой не удалось скрыться от точных попаданий вражеских снарядов. Кругом валялись черепа и кости как солдат императорских войск, так и их противников. Нигде японцы не дрались с американцами так яростно, как на Сайпане и других островах, прикрывавших прямой выход в Страну восходящего солнца.
Американцы уже почти всех своих солдат предали земле. Впрочем, если вы не антрополог, то сумеете ли распознать, кому принадлежит данный череп – солдату победившей или побежденной армии? Японцы же лишь в последнее время стали вновь появляться в Микронезии. Представители союза ветеранов войны посещают микронезийские острова, прочесывают джунгли, ведут поиски в горных пещерах, в бункерах, бывших крепостных сооружениях, собирают останки своих земляков, считают найденные черепа, чтобы затем во время торжественного церемониала, сопровождаемого самурайскими песнями, их сжечь.
Я сам; оказался свидетелем жуткого зрелища – поиска черепов на Сайпане. Уже сам факт прикосновения к скелетам давно погибших людей отдает средневековым мистицизмом, от которого пробегает дрожь по коже. А чего стоит обряд сожжения черепов! Тщательно пересчитанные и зарегистрированные берцовые кости и голеностопы, лопатки и отдельные позвонки, собранные на всем острове «похоронными отрядами», упаковывают в нейлоновые мешки и перевозят в определенное, как бы ритуальное место. После того как с японской скрупулезностью даже самая маленькая косточка занесена в реестр, человек, руководящий церемониалом, чиркает спичкой, и пламя вспыхивает. В этом открытом крематории в пепел превращаются останки тех, кто уже никогда больше не увидит своей родины.
Полыхает огонь, ветераны поют похоронные песни, и над холмами Сайпана, словно траурная вуаль, стелется дым.
Остров холмист. В центре его находится самая высокая гора Микронезии – Тапотчау. Главный сайпанский хребет соединяет величественную Тапотчау с другой, расположенной на севере горной вершиной – Марпи. На востоке поднимаются Кагманские холмы, а на юге возвышается гора Нафутан, у подножия которой лежит одноименный мыс.
Так как восточное побережье Сайпана неровно, американцы начали высадку на западной стороне острова, хотя там доступ к берегу в значительной степени затрудняет разветвленный коралловый риф. Сайпан действительно не самое лучшее место для высадки десанта. И все же именно этот остров американцы избрали в качестве опорного пункта на боевом пути к Японии. В Пелелиу я узнал, что в годы войны в штабе союзников возникли разногласия между двумя группами, планировавшими военные операции на Тихом океане. Одна, руководимая Макартуром, предлагала вести фронтальное наступление с юга – овладеть островами Палау, освободить Филиппины и затем начать захват Японии. Вторая группа, возглавляемая адмиралом Эрнстом Кингом, отстаивала другую точку зрения: постепенно овладеть всей Микронезией и с Марианских островов, без всяких обходов, наступать прямо на Японию.
Пока генералы спорили, эту проблему решили, сами того не подозревая, гражданские люди – авиаконструкторы, которым удалось разработать и построить новый четырехмоторный бомбардировщик Б-29, способный поднять четыре тонны бомб. Это был один из лучших тяжелых бомбардировщиков того времени, который решили использовать для налетов на Токио и другие японские города. Однако радиус действия бомбардировщика Б-29 оказался ограниченным, и, что бы он мог наносить свои смертоносные удары, необходимо было вблизи Японии захватить острова, на которых бомбардировщики могли бы базироваться.
Верх одержала точка зрения Э. Кинга, и в качестве базы для бомбардировщиков Б-29 выбрали один из островов Марианской группы – Сайпан. Однако этим островом еще предстояло овладеть. Марианские же острова были пока еще далеко: американцы к тому времени захватили лишь атолл Кваджалейн. От него до Сайпана – около пяти тысяч километров, к тому же на пути стоят острова Трук. Военный японский флот, стоявший на рейде Трука, был поврежден массированными ударами американской авиации. Часть японского военно-морского флота оперировала непосредственно в водах Марианских островов. Он был выведен из строя неожиданным ударом, который история микронезийской войны называет «Охота на индюшек на Марианах». Во время этой операции были потоплены два японских авианосца. Вместе с ними на дно океана пошли и триста тридцать самолетов.
После уничтожения «плавучей обороны» Марианских островов можно было уже подыскивать место для десанта. И здесь впервые в истории войн союзники использовали ныряльщиков в ластах для того, чтобы обследовать проходы в сложном переплетении рифа возле Сайпана и проверить, не установлены ли под водой искусственные заграждения. Результат оказался обнадеживающим. Под водой американцам опасность не грозила. Однако на самом острове авиаразведка обнаружила два японских аэродрома – в Арпи и в Ac-Лито. Упреждающий налет американских бомбардировщиков уничтожил на земле еще полтораста японских боевых машин. И теперь уже действительно пришло время начать давно запланированную десантную операцию в северной Микронезии. Такого огромного флота Микронезия еще не видела: ведь в ключевой операции приняло участие двести семь американских боевых кораблей. Чтобы достичь Сайпана, им пришлось преодолеть тысячи километров. С Гавайских островов, где к десанту готовилась морская пехота, они прошли через всю Микронезию, пока наконец 11 июня 1944 года не увидели на горизонте Сайпан.
Остров этот стал свидетелем самых кровопролитных боев, которые только знала Микронезия. Но прежде чем отправиться по следам этих сражений, я хотел бы рассказать о судьбе, выпавшей на долю чаморро – коренных жителей острова. Обитатели Сайпана, как я уже говорил, по культуре и укладу жизни – чаморро, уже знакомые нам по Гуаму.
После окончания американо-испанской войны тесные связи между двумя крупнейшими микронезийскими островами были нарушены. В результате этой войны Гуам оказался под административным управлением Соединенных Штатов. Сайпан колонизовала кайзеровская Германия, а после ее поражения остров попал под управление Японии. Сайпан – один из крупных, стратегически важных микронезийских островов – находится ближе других к Японии. Поэтому неудивительно, что северные Марианы были колонизованы японцами в большей степени, чем любая другая часть Микронезии. Причем практичные японцы быстро обнаружили, что прибрежные долины Сайпана словно созданы для выращивания сахарного тростника.
Однако созданию сахарных плантаций всячески препятствовали местные жители. Чаморро предпочитали выращивать на своей земле кокосовые пальмы. Тысячи лет они питались кокосовыми орехами, таро и плодами хлебного дерева и не понимали, зачем надо отказываться от своей традиционной пищи и тем более от своей земли в пользу каких-то сахарных магнатов.
Тогда японцы, не решившись открыто истребить чаморро, принялись уничтожать кокосовые пальмы. Если Буффало Билл расправился с индейцами, перебив их бизонов, то Мацуо, глава сахарной компании, убивал чаморро тем, что губил кокосовые пальмы. Для этой цели в ствол грациозных пальм тайно впрыскивали препарат, вызывающий болезнь, которую образно можно было назвать «кокосовой чумой». Пальмы перестали плодоносить, и их владельцам не осталось ничего иного, как продать землю, на которой росли деревья, чтобы хотя бы выручить какие-то гроши.