Вместе с Артуром мы отправились на поиски следов, оставленных богами и демонами, добрыми и злыми духами. Об их божественных делах рассказывают чудесные древние сказания чаморро, полные гордости за свою родину. Среди тысяч микронезийских островов, о существовании которых жители Гуама, разумеется, знали, именно свой остров они провозгласили сердцем обитаемого пространства, краеугольным камнем мироздания, самой древней и долгое время единственной землей на свете и (что особенно важно для философии чаморро и их отношения к чужеземцам) родиной первого человека.
В поисках подтверждения всему сказанному выше мы с Артуром отправляемся к заливу Фоуга, где недалеко от берега из воды торчит треугольная скала. Артур называет ее Фаун-горой, или просто Фауной.
Предание гласит, что когда-то жили в еще совершенно пустом пространстве два существа. Одним из них была Фауна. Ее брат – бог Пунтан – властвовал здесь в течение тысячелетий. В конце концов бог состарился. Тогда он попросил сестру, чтобы после его смерти она распорядилась божественным телом по своему усмотрению. Фауна исполнила желание брата: из груди Пунтана она создала небосклон, из правого ока – солнце, из левого – луну, ресницы превратила в радугу, а ягодицы – в один-единственный остров, вокруг которого распростерся бесконечный океан. Так Гуам стал первой землей планеты. Из двух элементов (которые уже существовали) – океана и острова – Фауна вылепила треугольную скалу, до сих пор носящую ее имя и украшающую залив Фоуга. Но богине показалось, что на прекрасном острове чего-то не хватает. Тогда она решила создать живых существ – людей. Для этого она отломила от скалы кусочек, который в ее божественных руках превратился в первого человека на планете, первого чаморро. Затем Фауна отломила еще один – и появился на свет второй человек. После этого из камней стало появляться все больше и больше людей, пока ими не был заселен весь Гуам.
Позже, когда из вод океана поднялись другие острова и континенты, потомки Фаун-горы расселились и на них. Повсюду несли они свой язык и предания о своей прародине. Жители Гуама убеждены, что язык чаморро является праязыком всей планеты. И когда Гуам стали посещать первые испанцы, голландцы, англичане, местные жители совершенно серьезно утверждали, что языки чужеземцев – лишь искаженные формы древнейшего языка чаморро.
Так я увидел место сотворения первого человека на земле. Затем Артур отвез меня к холмам, поднимающимся высоко над морем. Он показал рукой на север: очертания северной части Гуама действительно напоминают ту часть тела бога Пунтана, из которой остров был создан.
Вид с Ордота – горной дороги, которая пересекает вытянувшийся остров в его самой узкой части, – это повод, чтобы рассказать еще одну легенду Гуама. Справа в тело острова глубоко врезается залив Паго, слева – узкий и длинный залив Аганья. Оказывается, «осиная талия» острова Гуам тоже образовалась не случайно: она – результат воздействия сверхъестественного существа. Однажды к острову будто бы приплыло страшное морское чудовище. Красота Гуама взбесила его. Чудовище стало вгрызаться в землю острова под водой, стараясь его разрушить.
Чаморро вскоре поняли, что смертельная опасность нависла над их островом. Они кинулись искать чудовище. Но нигде не могли его обнаружить. Непрекращающийся лязг роющих землю зубов наводил на них ужас. Подобно бесстрашным рыцарям средневековых европейских баллад, воины чаморро изо дня в день выплывали на своих пирогах в поисках морского дракона, но каждый раз возвращались ни с чем.
Но однажды... в заливе Аганья молодая островитянка, как обычно, мыла свои волосы шкурками «мыльных» апельсинов. Девушка заметила, что вскоре эти шкурки всплыли в заливе Паго. Почему это могло случиться? Она сообразила: дракон именно в этом месте прорыл под Гуамом подземный ход и теперь начнет продвигаться к поверхности, после чего остров распадется на части, а затем...
Девушка рассказала о своей догадке подругам. «Если наш остров не могут спасти мужчины, то за это дело придется взяться нам», – решили они. И на следующий день к заливу Аганья пришли самые прекрасные девушки острова. Они сели у берега, словно собрались мыть волосы, и запели сладкие песни. Морское чудовище не устояло перед соблазном. Дракон подплыл к берегу залива, чтобы насладиться нежными голосами аганьинских сирен. Именно этого момента и ждали девушки. Они быстро сплели из своих длинных черных волос сеть и поймали чудовище. Так благодаря красоте, смекалке и нежным голосам девушек был спасен остров.
Существует и еще одно предание, связанное с морем. В заливе Аганья есть небольшой островок, который якобы принесли сюда сами гуамцы. Вот как это случилось. Когда-то на Аганью собиралось напасть враждебное племя. Чаморро узнали о готовящемся нападении и, чтобы воспрепятствовать высадке чужеземцев, решили перенести со своего острова в залив огромную скалу Гапанг.
Задача эта была возложена на род Агуада. Силачи Агуада сочли, что это детская забава, и передоверили выполнение задачи своим детям. В те давние времена мальчики и девочки не имели права покидать свои хижины днем, поэтому они взялись за дело сразу же как только стемнело. Вскоре ребята увидели звезду, которую приняли за утреннюю, и отправились по домам, оставив скалу на краю залива. Чужеземцам удалось беспрепятственно высадиться на берег и до наступления вечера оплодотворить десятки женщин чаморро. Таким образом, кровь первых людей на земле – микронезийских чаморро – была разбавлена чужой, «слабой» кровью. После этого жители Гуама возненавидели звезду, которая обманула их детей, и назвали ее «Лживой звездой». Но она, несмотря на всю ненависть чаморро, осталась на ночном небосводе. И скала, которую так и не водрузили на место, – островок Гапанг – тоже лежит в заливе Аганья.
Артур показал мне также и другие острова у побережья Гуама, имеющие столь же сверхъестественное происхождение. Например, островок Палае в заливе Агат. Это будто бы перевернутая окаменевшая дырявая затонувшая рыбацкая лодка. Отверстие в ней так и осталось. И теперь, когда в океане поднимается шторм, скала начинает гудеть, как бы предупреждая рыбаков о том, что и их может постичь судьба далеких предков.
Однако самую романтическую гуамскую легенду Артур рассказал мне в конце нашего совместного путешествия. Из Тамунинга мы отправились пешком на север. Добрались до деревни Хармон и повернули налево, к морю. Наконец подошли к высокой скале, поднимающейся прямо из морских вод. Этот узкий, нависший над волнами утес местные жители называют Пунта-Амантес. Я знаю, что амантес в переводе с испанского означает «влюбленные», а пунта – «мыс». Так что Пунта-Амантес – это Мыс влюбленных. Трогательное, нежное имя. Но почему же скальный отрог Гуама назвали именно так?
Эта изящная скала напоминает островитянам о тех временах, когда на их острове появились белые люди. Однажды в Аганье испанский офицер познакомился с дочерью знатного чаморро. Вскоре они стали мужем и женой. От этого брака родилась девочка удивительной красоты. Ею восхищались все кавалеры Аганьи. Отец выбрал для нее жениха. Это был офицер испанской королевской армии. Каким же оказалось разочарование отца, когда он узнал, что его дочь тайно влюблена в простого островитянина. Отец решил настоять на своем и, объявив об обручении дочери с испанским офицером, начал готовиться к свадьбе. Однако гуамские Ромео и Джульетта не захотели разлучаться. Накануне ненавистной свадьбы молодые люди поднялись на высокую скалу, сплели волосы и, обнявшись, бросились в волны океана. Теперь это место называется Мыс влюбленных.
Когда отец добежал до скалы, он увидел на поверхности воды лишь два сплетенных венка из черных волос. С тех пор на Пунта-Амантес приходят влюбленные. И хотя я путешествую по Микронезии в одиночестве, однако благодаря Артуру мне удалось также побывать на этом прекрасном и романтическом мысе.