Все сходились в одном: чем сильнее человек был предан Свету до того, как его забирали, тем сильнее он становился предан Тени после того, как сдавался перед обращением. А значит…
А значит, этого человека, одинаково равнодушного к обеим сторонам, легче, чем прочих, сломать, подкупить или переманить на свою сторону. Это важно, поскольку прихлебатели Таима скорее всего разберутся что к чему, как только…
— Добсер? — раздался чей-то голос. Дверной проём загородили две фигуры. — Ты нашёл вино? За фасадом незачем следить, этой женщины здесь…
На пороге стояли Велин и ещё один дружок Таима — Лимс.
Певара мгновенно нанесла удар плетениями сразу по обоим, одновременно формируя нить Духа. Они парировали её попытки отсечь их щитом от Источника, поскольку сложно оградить того, кто уже удерживает Единую Силу, но кляпы заняли своё место, заглушив их крики.
Она почувствовала, как её оплели потоки Воздуха, как щит попытался скользнуть между ней и Источником. В ответ она ударила туда, где по её догадке должны были находиться чужие плетения, режущими потоками Духа.
Удивлённый тем, что его плетения распались, Лимс отступил назад. Сплетя новый щит, Певара бросилась вперёд, врезалась в мужчину, впечатав его в стену, и одновременно вогнала щит между ним и Источником. Ей удалось его отвлечь, и противник оказался отрезанным от Единой Силы.
Она набросила второй щит на Велина, но тот в свою очередь ударил её своими плетениями Воздуха, отбрасывая её в глубь помещения. С глухим вскриком врезавшись в стену, она создала плетение Воздуха. В глазах потемнело, но она уцепилась за эту единственную нить Воздуха и инстинктивно бросила плетение вперёд, ухватив кинувшегося к выходу Велина за ногу.
Она почувствовала, как от чьего-то падения содрогнулся пол. Он споткнулся, верно? Голова кружилась, и она не могла ничего разглядеть.
Чувствуя боль во всём теле, она села, вцепившись в плетения кляпов из Воздуха. Исчезни они — и подручные Таима тут же позовут на помощь. Если это случится, она умрёт. Они все умрут. Или случится нечто гораздо худшее.
Она сморгнула слёзы боли с глаз и увидела Андрола, стоявшего над поверженными Аша’манами с дубинкой в руках. Он оглушил обоих, не доверяя щитам, плетения которых он не мог видеть. Это хорошо, поскольку брошенный ею второй щит так и не достиг цели. Она поставила его только сейчас.
Добсер так и висел там, где она его оставила, только ещё больше выпучил глаза. Андрол взглянул на Певару:
— Свет! Певара, это было невероятно. Ты практически в одиночку свалила двоих Аша’манов!
Она удовлетворённо улыбнулась и вяло протянула руку Андролу, чтобы он помог ей подняться.
— А как ты думал, Андрол, чем всё это время занимались сёстры из Красной Айя? Сидели и жаловались друг другу на мужчин? Мы учились сражаться с другими способными направлять.
Пока Андрол затаскивал Велина внутрь, запирал дверь и проверял у окон, не заметил ли кто случившегося, Певара чувствовала, как выросло его уважение. Он быстро задёрнул шторы и направил Силу, освещая помещение.
Певара глубоко вздохнула и опёрлась рукой о стену.
Андрол резко поднял глаза.
— Тебя следует отвести к другим для Исцеления.
— Со мной всё будет в порядке, — ответила она. — Просто пропустила удар в голову, от этого вся комната кружится. Это пройдёт.
— Дай посмотрю. — Андрол подошёл ближе вместе с висящим около него шаром света. Певара позволила ему несколько мгновений посуетиться вокруг неё, заглянуть ей в глаза и ощупать голову, нет ли шишек. Он приблизил свет к её глазам.
— Смотреть на него больно?
— Да, — отводя взгляд, подтвердила Певара.
— Тошнит?
— Немного.
Андрол хмыкнул, вынул из кармана платок и смочил его водой из фляги. Вид у него стал сосредоточенным, и созданный им свет погас. Платок негромко хрустнул, и, когда Андрол протянул его Певаре, ткань оказалась покрыта льдом.
— Приложи к ушибу, — посоветовал он. — Предупреди, если станет клонить ко сну. Если заснёшь, станет хуже.
— Неужели ты обо мне беспокоишься? — приятно удивившись, спросила она, выполняя его указания.
— Просто… помнишь, что ты мне говорила? Насчёт того, что нужно присматривать за нашими ценными вложениями.
— Точно, — согласилась она, прикладывая ледяную повязку к голове. — Значит, ты ещё и с полевой медициной знаком?
— Я когда-то обучался у городской Мудрой, — рассеянно пояснил он, опустившись на колено и связывая бесчувственных противников. Певара с удовольствием отпустила потоки Воздуха на пленниках, но щиты не убрала.
— Неужели Мудрая взяла в ученики мужчину?
— Далеко не сразу, но это… длинная история.
— Прекрасно, долгая история не даст мне уснуть, пока за нами не явятся остальные.
Эмарину с товарищами было дано задание оставаться на виду, чтобы обеспечить для всей группы алиби на случай, если исчезновение Добсера будет обнаружено.
Андрол взглянул на неё и вновь вызвал свет. Потом он пожал плечами и продолжил возиться с верёвками.
— Всё началось, когда мы отплыли из Майена на ловлю щуки-серебрянки и мой друг умер от лихорадки. Вернувшись на материк, я решил, что мы могли бы спасти Сэйера, если бы кто-нибудь из нас знал, что нужно делать. И я отправился на поиски того, кто смог бы меня научить…
Глава 4
ПРЕИМУЩЕСТВА УЗ
![Память Света/Память огня (др. перевод) Ch.Drag.Fang.png](https://litlife.club/books/259339/read/images/Ch.Drag.Fang.png)
— И на этом всё закончилось, — произнесла Певара, сидевшая у стены.
Андрол ощущал её эмоции. Они с Певарой сидели на складе, там же, где сражались с людьми Таима, и ждали Эмарина, заявившего, что сумеет разговорить Добсера. Сам Андрол в допросах был не силён. Запах зерна давно сменился прогорклым смрадом. Порой оно портилось мгновенно.
Рассказав историю гибели своей семьи от рук давних друзей, Певара умолкла, даже в мыслях.
— Знаешь, я до сих пор их ненавижу, — призналась она. — Я могу вспоминать своих родных без боли, но тех Приспешников Тёмного… их я ненавижу. Что ж, по крайней мере, я могу считать, что им немного воздалось по заслугам, ведь Тёмный, конечно же, не защитил их. Они всю жизнь следовали за ним, надеясь на тёплое местечко в его новом мире, а смерть настигла их задолго до Последней Битвы. Думаю, те, что ещё живы, закончат ничуть не лучше. Как только мы победим в Последней Битве, он получит их души. И я надеюсь, их пытка будет бесконечной.
— Ты настолько уверена в нашей победе? — спросил Андрол.
— Разумеется, мы победим. Это не обсуждается, Андрол. В этом мы не имеем права сомневаться.
Он кивнул.
— Ты права. Продолжай.
— А это всё. Больше говорить не о чем. Странно рассказывать эту историю спустя столько лет. Я очень долго не могла ни с кем говорить на эту тему.
В комнате повисла тишина. Добсер с заткнутыми плетениями Певары ушами по-прежнему висел лицом к стене. Остальные двое до сих пор были без сознания. Андрол хорошенько врезал им, постаравшись, чтобы они нескоро очнулись.
Певара оградила их, но, если мужчины попытаются вырваться, три щита одновременно она удержать не сможет. Обычно для поддержания щита только одного мужчины Айз Седай использовали несколько сестёр. Одной женщине, как бы сильна та ни была, удержать троих будет не под силу. Певара могла бы завязать плетения, но Таим заставлял Аша’манов практиковаться в пробивании завязанных щитов.
Так что лучше убедиться, что эта парочка не очнётся. Проще было бы просто перерезать им глотки, но у него не хватило на это духу. Вместо этого Андрол направил крохотный поток Духа и Воздуха к глазам лежащих. Ему пришлось использовать всего один очень слабый поток, но ему удалось прикоснуться им к векам каждого пленника. Если чьё-то веко хоть чуточку дрогнет, он об этом узнает. Этого должно быть достаточно.
Мысли Певары по-прежнему были о семье. Она сказала правду: она действительно ненавидела Приспешников Тёмного. Всех без исключения. Это была холодная ненависть: не выходящая из-под контроля, но и не угасшая спустя столько лет.