Ладно. К чёрту. О, кажется, выступление талисманов. Мм, болгарские вейлы.
Первое, они симпатичные.
Второе - они гибкие и пластичные, и танцуют красиво.
Третье - у них великолепные улыбки.
Четвёртое - они нехило ломают людям мозг.
Я начал себя осознавать, когда вцепился обеими руками в ограждение. Правое плечо невыносимо жгло, а меня тянуло на поле. С одной стороны, я понимал, что это безумие. С другой стороны я чувствовал, что если не спущусь сейчас на поле к этим великолепным созданиям, к этому природному совершенству, - моё сердце разорвётся от тоски и горя...
Привёл меня в себя Поттер, за что отдельное ему спасибо. Он уже полез через заграждение. Э, куда?! Эдак мы скоро без избранного останемся!..
Злость и тревога захлестнули меня с головой, и я нехитрым рывком за шкиряк откинул Гарри обратно на сидения. А потом танец вейл закончился. Я, мотая головой, наткнулся взглядом на Забини, который точно так же шествовал к своему месту, и краем глаза отметил белую от напряжения руку Люциуса на плече красного Драко, маслянистыми глазками глядящего на поле. И только потом приметил на себе взгляды остальных, частью удивлённые, частью лукавые.
Ну да, чёрт. Рон. Несдержанный, прямой как тапка Рон сдерживается при виде вейл и ещё и друга спасает. Три раза "Ха". Особенно если учесть, что, судя по всему, у четырнадцатилетних пацанов, насколько бы они не выглядели самостоятельными и самодостаточными (я вспомнил Блейза на аукционе), иммунитета к фишкам волшебных блондинок быть не может.
Надо подтянуть знания о магических существах и их взаимодействии с людьми.
Глубоко вздохнув, я достал из рюкзака флягу и почти демонстративно отпил из неё.
- Рон, а зачем ты взял флягу? - отвлечённо, для порядка поинтересовалась Гермиона.
- Да подумал - вдруг мне апельсинового сока на игре захочется... А вот надо же - захотелось...
Выступили лепреконы, живенькие бородачи, осыпавшие липовым золотом чуть не весь стадион, после началась игра. Но меня больше привлекли попытки Фаджа и Уолша объясниться с Гергиновым, в которых я - а чего теперь терять-то? - решил поучаствовать.
* * *
На удивление, мне не пришлось играть в тимуровца и вызываться волонтёром.
Фадж, к слову, произвёл на меня приятное впечатление. Милый низенький толстячок с ленивым взглядом и рассеянным выражением лица, он резко контрастировал со строгим подтянутым Гергиновым и масштабным амбалом Уолшем. Министра, к слову, можно было опознать только в серьёзном болгарине с умным взглядом, ибо ни напоминающий вальяжного кота англичанин, ни ирландец с лицом, не отягощённым печатью интеллекта, особого пиетета к себе не вызывали. И тем не менее я большим пальцем левой ноги чуял, что вполне разумны и адекватны все трое.
Как позже оказалось, насчёт Фаджа я абсолютно точно был прав. С Уолшем я особо потом не контактировал и новостей о нём не читал, а вот англичанин в моих глазах вопреки каноническому образу и фанонным инсинуациям был полностью оправдан!
Так вот, означенный Фадж чуть устало обозревал ложу, в которой оказался (Уизли и две третьих Золотой троицы были увлечены игрой, в среде "моих" приглашённых потихоньку разжигался огонёк беседы, причём если со Скиттер осторожничали (и она в долгу не оставалась), то с Картером вполне спокойно на равных общались, чему последний был несколько удивлён и рад), и вдруг его взгляд остановился на мне. Пару минут он меня порассматривал, после чего, извинившись перед коллегами, недолго поговорил о чём-то с рядом стоявшим Перси. После этой беседы братишка тишком пробрался ко мне, умудрившись с профессионализмом бывалого эсбэшника остаться абсолютно незамеченным остальными. Он тихо попросил меня пройти к Министру, и мы также тихо пробрались обратно, провожаемые косым взглядом Гермионы. Как раз на том моменте, когда я подошёл, Гергинов флегматично пытался высказаться, с безнадёгой глядя на Уолша и Фаджа. Первые три языка мне были незнакомы (и если вам скажут, будто болгарский лёгок для понимания людям, знающим русский - не верьте! Говорю, как человек с порядочным русским и приличным украинским), но вот прозвучали русские слова. И я, вежливо поздоровавшись с Министрами, тихо сообщил Фаджу, что болгарин хочет воды.
...Для меня так и осталось тайной отсутствие родных переводчиков и свиты у болгарина...
Фадж, в свою очередь, посмотрел на меня с возросшим интересом, после чего осведомился, могу ли я понимать болгарина в действительности или это говорит моя интуиция?.. Я скромно выразился в том духе, что, мол, изучал на досуге русский, а болгарин вроде его знает. Вот так буднично я и стал временной заменой Краучу.
После этого я представился Гергинову, который с явной радостью воспринял появление хоть какого-то средства коммуникации, причём всем Министрам на радостях было откровенно плевать на мой непротокольный вид. Затем мы прошли к трём отдельным креслам для Министров, где я почтенно застыл справа сзади от болгарина и усиленно напрягал мозг, стараясь правильным образом переводить туда-сюда, при этом не забывая ничего - как ни крути, до синхронного перевода мне ещё как до дна Марианской впадины на гвозде.
В принципе обстановка на переговорах была тёплой и непринуждённой. А может, и нет - я не специалист, и разбираться во вторых-третьих смыслах фраз, также как и искать в скрытом смысле ещё один скрытый смысл... короче, мне было влом, лень и неохота, плюс ещё голова малость болела. Тем более что на первый взгляд в беседе о погоде в разных уголках мира и обсуждении новостей ничего военного не было.
Благо, что на мои отхлёбывания из фляги господа Министры смотрели благосклонно.
Чуть позже причина подобного благоволения выяснилась. Гергинову и Уолшу было в принципе фиолетово и выбору англичанина они верили. А вот Фа-адж...
Игра закончилась, и я вздохнул посвободней. Болгария проиграла, но снитч поймал Крам. У меня есть деньги! Ещё деньги. Эх, почему мне всё ещё кажется что "нужно больше золота"?..
Министры спускались на поле для приветственных речей и награждения. Как-то незаметно рядом нарисовался Крауч, но меня не спешили отсылать назад. И вот, пока мы спускались на стадион, Фадж тихо отделился от тройки Министров, шедшей впереди, и приблизился ко мне, после чего сказал:
- Мистер Прюэтт, я весьма благодарен вам за помощь в вопросе с болгарским Министром, и всё же... Я бы попросил вас впредь проворачивать свои афёры менее заметно, хотя бы чтобы мне не пришлось платить за мною же оказанную услугу леди Крестон.
А вот теперь мне стало стыдно, но я только спокойно извинился. Фадж на этом остался доволен и вернулся вперёд, прогонять меня обратно на трибуны не стал. Тем более что потихоньку болельщики высыпали на поле, образуя вокруг его центра, где уже стояли игроки, своеобразное живое ограждение.
Чудесно. Внимание, вопрос в студию - что теперь делать со Скиттер, если мне ещё и придётся играть на стороне Дамблдора? Допустим, Фаджа я отныне трогать особо не буду, учитывая его тёплые отношения с Мюриэль и огромный кредит доверия мне, который был только что выявлен. Ну, по моим меркам - огромный.
Чёрт, Дамблдор, опять Дамблдор. Я слишком много о нём думаю, и по прошествии времени со дня рождения Поттера, когда впечатления несколько притупились, персона директора вызывает всё больше сомнений. Ну да ладно, не сейчас же об этом думать...
* * *
- Скажи мне, где я неправ, - тихо спрашивал Шейтхар на следующий день, пока я прижимал пакет со льдом ко лбу. - Ты был в компании Министров трёх стран. - Гергинов, кстати, если и говорил по-английски, то никак этого не показал. - Ты присутствовал рядом на награждении. Ты даже общался с Крамом, - Виктор оказался классным парнем. Он, кстати, худо-бедно знал английский, но переводчику в моём виде (Крауч оставался рядом с власть имущими) обрадовался как родному. В результате хитрых перипетий судьбы я перезнакомился с некоторыми болгарскими болельщиками и, по-быстрому отпросившись с очень честным видом у Артура, посидев немного с Уизли и Гарри с Гермионой, и в конце концов извинившись перед друзьями, направился в стан соперника. Мимоходом только заметил Картера, поймавшего Крама и о чём-то с последним беседующего.