В полной тишине они двигались по ночному драконьему городу.
Но куда же течет эта река? Неужто Непомук обманул их и течение проходит по Земле тысячи вулканов? Или есть какая-то тайна, скрытая от полудраконов?
Течение реки убыстрялось. Насколько было видно в темноте, путешественники приблизились к краю города и, значит, к стене кратера вулкана, окружавшей город наподобие крепости.
— Осторожно! — воскликнул Лукас, который вместе с Джимом сидел впереди на котле. Все пригнулись, и река нырнула в непроницаемую темноту подземелья.
Вода неслась все стремительнее. Ничего не было видно. Только шум воды гулко отдавался в узком проходе.
Лукас очень тревожился за детей. Будь он один с Джимом, он бы не так опасался. Ведь, как-никак они уже привыкли к приключениям. А дети — перенесут ли они неожиданные трудности путешествия? Ведь среди них есть малыши и девочки. Наверное, они умирали от страха. Но назад возврата нет, а в гулком грохоте быстрого потока они не расслышали бы слов утешения и ободрения.
Оставалось только ждать, что будет.
Течение устремлялось вниз все более круто. Дети зажмурились и прижались друг к другу и к паровозу. Они ничего не видели и не слышали, только чувствовали, что низвергаются куда-то вниз, и этому падению нет конца, будто их несет к центру земли.
Наконец течение немного замедлилось, и шумные волны успокоились. Вскоре река снова потекла так же бесшумно, как у истока, только теперь путешественники находились, видимо, где-то глубоко под землей.
Постепенно они начали открывать глаза и заметили странное разноцветное мерцание издали сквозь темноту. Но пока еще трудно было понять, что это. Лукас повернулся и крикнул:
— Никто не потерялся? Все на месте?
![Приключения Джима Пуговицы pic_24.png](https://litlife.club/books/258408/read/images/pic_24.png)
Дети еще не пришли как следует в себя и долго не могли пересчитаться. Но в конце концов передали Лукасу, что все в порядке.
— А что поделывает драконица? — спросил Лукас. — Жива ли она там? Не сорвалась с цепи?
Да и с драконицей не случилось ничего серьезного, разве что нахлебалась воды.
— Интересно, где мы? — спросил маленький мальчик в тюрбане.
— Понятия не имею, — ответил Лукас. — Надеюсь, скоро станет светлее, тогда разберемся.
И он закурил свою трубку, которую чуть было не потерял, когда нырнули в тоннель.
— Во всяком случае, мы на пути в Пинг! — успокоил всех Джим, видя, что некоторые малыши готовы расплакаться.
Дети быстро успокоились и стали с любопытством озираться по сторонам. Слабое мерцание между тем разрослось в пурпурную зарю, и в ее свете стало видно, что река протекает в высокой сводчатой пещере. Свечение же исходило от бесчисленного множества красных рубинов, которые длинными кристаллами росли на сводах пещеры. Эти рубины светились, как уличные фонари. Вид был неописуемый.
Через некоторое время свет изменился, превратившись в зеленый — он исходил от целого леса смарагдов, которые сосульками свисали с потолка чуть не до самой поверхности воды. Потом путешественников вынесло в низкий грот, где царил фиолетовый свет, исходивший от миллионов аметистов, покрывавших стены сплошным наростом. Потом миновали пещеру, наполненную таким ярким светом, что дети зажмурились. Там гроздьями свисали сверкающие бриллианты, словно множество люстр.
Дети вначале перешептывались, потом совсем замолкли от восхищения и только любовались всеми этими подземными чудесами.
Иногда течением проносило корабль так близко к стене, что дети могли отломить себе на память несколько драгоценных кристаллов.
Никто не знал, сколько времени они находятся в плавании, но тут Лукас заметил, что течение снова убыстряется. Стены скал сдвигались все ближе, проход суживался, свет приобретал красноватый оттенок, кое-где пронизанный белыми полосами и зигзагами.
А волшебная игра самоцветов постепенно замирала. Наконец стало темно, как в начале путешествия. Лишь изредка темноту прорезал луч, исходивший от какого-нибудь одинокого кристалла. Потом и это прекратилось. Вода снова начинала реветь, бурлить и клокотать, как в горном потоке, и путешественников снова понесло и с большой высоты низвергло течением вниз.
Однако на сей раз их ожидали весьма приятные новости. Шумные воды вынесли Эмму с ее прицепом-драконицей на свободу!
Их встретила чудная звездная ночь. Река струилась теперь в просторном русле величественно и спокойно. Берега поросли дремучим лесом. Даже в свете луны было видно, что деревья прозрачны, как цветное стекло. Ночной ветер шевелил ветки, и они издавали хрустальный звон, потому что были увешаны тысячами колокольчиков.
Вот паровоз скользнул под какой-то мост, в изящном изгибе перекинутый через реку — и мост этот оказался фарфоровым!
С удивлением путешественники озирались по сторонам. Первой обрела дар речи маленькая принцесса Ли Зи.
— Ура! — закричала она. — Это же Ландай! Мы приплыли в мою страну! Теперь мы спасены!
— Но этого не может быть! — сказал Джим. — Из Ландая мы ехали до Тоскании много дней, а тут прошло лишь несколько часов.
— Я бы тоже не поверил, — озадаченно пробормотал Лукас.
— Может, все это нам только мерещится?
Джим взобрался на трубу, чтобы дальше видеть в свете звезд, и оглядел окрестности. Позади он увидел могучие горы, протянувшиеся от одного края горизонта до другого. Каждая гора была с красно-белым узором. Сомнений не оставалось — то была Корона Мира.
Джим спустился с трубы и медленно и почти торжественно произнес, обращаясь к детям:
— Так и есть, мы в Ландае!
— Джим! — возликовала маленькая принцесса. — О Джим, я так рада, я так рада!
И от радости она поцеловала его. Джим стоял, как громом пораженный.
Дети от счастья стали смеяться и подняли такую возню, что Эмма закачалась и чуть не опрокинулась, но Лукас вовремя всех утихомирил.
— Я нахожу этому только одно объяснение, — сказал он Джиму, когда Эмма снова успокоилась. — Видимо, под землей мы срезали очень большой крюк. Как ты считаешь, Джим?
— Что-что? — спросил Джим. — Ты что-то сказал?
И наморщился, силясь вникнуть в происходящее. Ему казалось, что он в волшебном сне.
— Да ладно, ничего, — усмехнулся Лукас. Конечно же, он заметил, что Джим не видит и не слышит ничего вокруг, кроме маленькой принцессы.
И он повернулся к детям и предложил, чтобы каждый рассказал свою историю. Все равно им еще долго плыть до Пинга, и они бы скоротали время за рассказами, кто как очутился в Тоскании.
Все согласились. Лукас закурил новую трубку, и маленькая принцесса первой начала свой рассказ.
Двадцать третья глава, в которой ландайская принцесса рассказывает историю, а Джим ссорится с ней
— Это было в летние каникулы, — начала Ли Зи. — Я, как всегда в это время, поехала отдыхать к морю. Мой отец даже разрешил мне пригласить семерых подруг, чтобы мне не было скучно. За нами присматривали три придворные дамы.
Мы жили в небольшом замке из голубого фарфора. Прямо у порога плескалось море и золотился песок.
Придворные дамы каждый день напоминали нам, чтоб мы играли неподалеку. Вначале я слушалась и не отходила дальше, чем на расстояние зова. Но поскольку дамы все равно продолжали каждый день повторять свои наставления, во мне взыграло чувство протеста, и однажды я убежала и бродила по пляжу одна. Я видела издали, что меня ищут. Но вместо того, чтобы отозваться, спряталась в камышах. Дамы и подружки звали меня и были очень взволнованы, но я продолжала молчать в своем укрытии. Они говорили, что надо искать где-то в другом месте, я посмеивалась себе, а когда они ушли, выбралась из камышей и снова стала гулять, уходя все дальше от замка. Я собирала в передник красивые ракушки и напевала песенку, которую сама тут же сочинила: